Анна Ветренко – Тринадцать (страница 3)

Ева выскочила из очередных кустов и ощетинилась, увидев незнакомца. Она грозно и громко залаяла, подвывая.

– Ева, фу, успокойся! Совсем не понимаю, что на нее нашло, – стала я оправдываться перед парнем. – Извините, но нам нужно идти, собака волнуется.

Не хотелось обижать мужчину, но надо было как-то от него отделаться.

Мы пошли дальше, ускорив шаг. Незнакомец отстал, видимо, определился с маршрутом к базе.

– Странный какой-то, как будто не из мира сего, – сказала я, взглянув на Артема. – Что думаешь?

– Не знаю, мужик, как мужик, но Еве он точно не по душе. Давай-ка будем осторожнее, всё-таки лес, мало ли кто здесь бродит, – Тёма криво усмехнулся.

Добравшись до карьера, мы задрали головы: небо затягивали чёрные тучи, молния полоснула по горизонту, и вот уже дождь сеял мелкую сетку.

– Ну вот, теперь точно промокнем до нитки, – констатировала я, глядя на хмурое небо.

– Здравствуй, внученька, – услышали мы сзади.

– Дедушка, вы как здесь? Сейчас ливень начнется, гроза! Ох, и не вовремя вы решили по лесу прогуляться, – повернувшись, я с улыбкой взглянула на знакомого старичка.

– Милая, что мне гроза? Не она страшна, тут дела пострашнее творятся. Слушай внимательно и не перебивай. Как только скажу – бегите, то неситесь со всех ног домой, а я следы запутаю. В лес пока ни ногой, зло здесь караулит. Теперь оно знает вас в лицо, но это не беда, главное – больше не попадаться ему на глаза. Артём, береги маму, она у тебя замечательная. И спасибо тебе, что всегда здороваешься со мной, я это ценю. Объяснять некогда, беги, внученька, БЕГОМ!!!

Мы с Артёмом сорвались с места и помчались от карьера в сторону дома, ломая сучья под ногами. Ева бежала рядом и радостно лаяла. Добежав до опушки, мы уже не чувствовали ни рук, ни ног. А в лесу разыгрывалось настоящее светопредставление.

– Ну что, старый хрыч, попался? Опять палки в колеса вставляешь? Попробуй остановить меня, лесной дух! – Демон расставил руки и жутко захохотал.

Раскат грома сотряс воздух, молния ударила в землю. Старик вдруг превратился в огромного ворона и ринулся в атаку на Демона. Со всех сторон на Тёмного бросились белки, вгрызаясь в его ноги и руки. Агалиарепт щелкнул пальцами, и всё вокруг замерло, словно в замедленной съёмке. Сбросив грызунов, он схватил ворона за клюв и отшвырнул в траву, как тряпку. Ворон больше не шевелился. Лес затрясся, загудел, заплакал.

Демон плюнул в сторону птицы и бросился преследовать свою жертву. Кусты цеплялись за одежду, царапали руки и лицо. Молнии вспыхивали рядом с ногами. Когда Тёмный вырвался к опушке, красотки и след простыл.

Оказавшись дома, мы с Темой переглянулись, и я задала сыну мучивший меня вопрос:

– Что это, чёрт возьми, было? Я, конечно, в этой жизни, может, чего-то не понимаю, в чудеса и мистику не верю, но то, что этот старичок и наш ворон – одно лицо, это я прекрасно осознала. Что нам теперь делать?

Видимо, я выглядела слишком испуганной, потому что Артём обнял меня и твердо сказал:

– Не высовываться. В лес пока ни ногой. Делать, как сказал наш общий друг, верный ворон – старичок.

Мы выпили чаю и каждый занялся своими делами.

Агалиарепт был доволен. Он сделал всё необходимое. Теперь ему известно лицо жертвы, а найти её в этой глуши – плевое дело.

– Ну, держись, детка. Посмотрим, что в тебе такого, чем ты так приглянулась Сатане. Скоро, очень скоро увидимся, обещаю…

Попалась, а может и нет.

– Мессир, задание исполнено, – произнес Агалиарепт, склоняясь в глубоком, почтительном поклоне перед Сатаной. – Облик искомой познан, старый спорщик наказан, но дабы отыскать ее в этом муравейнике, нужно время.

– Агал, неужто забыл, кто пред тобой? Покажи мне образ возлюбленной, и сего будет довольно, чтобы ощутить пространство и узреть ее место, – усмехнулся Сатана, бросив взгляд, исполненный лукавства, на своего давнего друга.

Взгляд Сатаны, словно рентген, пронзил очи Агалиарепта, и вот, наконец, он увидел ее – ту, что искал сквозь века. Душа женщины пульсировала в его сознании, отзываясь знакомым эхом. Чем дольше он всматривался в образ, явленный Агалиарептом, тем сильнее осознавал, сколь дивно прекрасна оболочка, в которой заключено его сокровище, даже в нынешнем, смертном обличье.

– В ее глазах – целая вселенная, давно не встречал столь бездонных очей. Теперь я понимаю Его, – Сатана указал перстом ввысь, а затем поморщился. – Зачем Ему понадобилось столь тщательно скрывать ее от меня? Что ж, тем интереснее будет наша игра. Посмотрим, сумею ли я на сей раз вернуть то, что принадлежит мне по праву!

Великий прикрыл веки, и перед его внутренним взором пронеслась вся недолгая жизнь женщины, в чьей груди пылала душа его вечной супруги.

– Знаешь, Агал, она мне подходит. Лишь слегка подкорректируем эту смертную оболочку. Мне нужен божественный нектар, в малых дозах, для моей будущей жены.

– Зачем? Неужели не хочешь исторгнуть ее смертную душу из бренного тела? – изумился Агалиарепт, вскинув брови. – Для чего тебе эта смертная? Недурна, конечно, но, кроме глаз, там смотреть особо не на что.

– Все не так просто. Сперва необходимо склонить ее к совершению греха, и лишь тогда ее душа станет моей. Другого пути нет, увы. И да, она должна быть моложе, дабы выдержать всю силу моей любви, понимаешь?

Сатана узрел то, что искал. Вся жизнь женщины была пронизана числом тринадцать – зловещая цифра преследовала ее во всех значимых событиях.

– Да уж, это точно моя суженая, – прошептал Сатана, улыбаясь. – Поборемся за твою душу, милая!

Агалиарепт покинул покои Сатаны, погрузившись в раздумья. К кому же обратиться за божественным нектаром? Вспомнив об одной давней знакомой, он ощутил прилив интереса: как же она отреагирует на его появление после всего, что между ними было? Беатрис… Ангел, чье сердце некогда пылало к нему, но она так и не позволила страсти разгореться. Что с нее взять, Ангел!

Агал взмыл ввысь и направился к скале Плача, тихо взывая к Беатрис:

– Беа, милая, явись!

Он прикрыл очи и прислушался. Вначале донесся тихий перезвон крыльев, а затем возникла и она сама.

– Малышка, мне очень нужна твоя помощь, – взмолился Агал.

– Чего тебе надобно, мой любимый Демон? Я обещала тебе одно желание. Подумай хорошенько, готов ли ты использовать его сейчас, ибо после этого ты не получишь от меня ничего, ни одной просьбы твоей я больше не исполню, – прошептала Беатрис тонким, мелодичным голоском.

– Мне нужен нектар, – произнес Агалиарепт и отвернулся. Воспоминания о том, как Ангел отвергла его, все еще бередили душу, но, дабы сохранить остатки достоинства, он согласился на ее милость – одну-единственную услугу.

– Хорошо, Аги, будет тебе божественный напиток.

Беатрис простерла руку вправо, и в тот же миг в ее ладони возник небольшой флакон.

– Возьми, дружок. Мы в расчете.

С этими словами Ангел растаяла в воздухе, оставив Демона в одиночестве.

Агалиарепт показал язык Небесам и поплелся обратно к Сатане.

Тот уже ждал его, довольный проворством своего подручного. Хлопнув друга по плечу, он пообещал:

– Когда вся эта суматоха закончится, исполню любое твое желание. А теперь возьми нектар, добавь ей в любой напиток и возвращайся незамедлительно. Ах да, ее зовут Аня. Помню я одну Анну-мученицу: как только не искушал ее исполнением всех желаний, но нет, кремень! Ну да ладно, эту дамочку мы должны, просто обязаны додавить на какой-нибудь грех. Как ее найти, ты знаешь. Только, прошу, когда будешь материализовываться в ее квартире, убедись, что тебя никто не заметит. Жду тебя, друг Агал, и только с хорошими новостями.

Агалиарепту не составило труда возникнуть рядом с избранницей Сатаны: он был невидим, посему опасаться ему было нечего. Она сидела на диване, просматривая новостную ленту в телефоне, а рядом стояла чашка свежесваренного кофе. Откупорив крышку флакона с нектаром, Демон поднес его к кружке женщины. В этот момент она подняла глаза, устремив взор в то место, где он находился. Их взгляды на мгновение встретились, и Демон утонул в омуте этих глаз. Не медля более ни секунды, он вылил содержимое флакона в чашку, предназначенную для жены Сатаны, а затем отошел в сторону, дабы проследить, как будет выпито все до дна, как и повелел Великий.

– Артем, иди сюда, ты не чувствуешь чьего-то присутствия? Словно кто-то наблюдает, аж жутко! – Я увидела удивленные глаза сына и продолжила: – Знаешь что, бабушка Лариса собиралась в Испанию с твоей двоюродной сестрой Дашей, но девочка заболела. Давай попрошу, чтобы она взяла тебя с собой? Отдохнешь, развеешься.

– Если баба Лариса не против, то я всегда за. Позвони и спроси у нее, – Артем даже повеселел.

Набирая номер бабушки Лары, я немного волновалась: она была дама с характером, что, впрочем, неудивительно – в кого-то же был ее сын, отец Темы. В трубке послышались гудки, а затем я услышала долгожданное "Алло" на другом конце провода.

– Лариса Павловна, здравствуйте. Знаю, вы собрались в Испанию, но Дашенька заболела, и путевка пропадает. Может, вы возьмете с собой, за компанию, Артема? Я оплачу его поездку.

После упоминания об оплате голос бабушки смягчился, и она сразу же дала свое согласие.

– Артем, пойдем собирать сумку. Бабушка тебя возьмет с собой. Выезд через два дня из Екатеринбурга, поэтому выехать вам придется уже завтра.