Анна Верба – Доченька от бывшего. Нас (не) вернуть (страница 6)
– Зам твой. Ты же всегда говорил, что только ему доверять можешь, – напоминает Диана, но для меня яснее не становится.
Но раз уж такое дело, пусть этот Голубев пока посидит за главного. Мне не жалко. Я ведь все равно не помню.
– Но есть еще одно дело, зай, – продолжает моя жена и тянется к папке, которую я только что у нее и заметил. – Нужно документы подписать. Срочно. Это надо было сделать еще пару дней назад. Нотариус ждет.
Девчонка протягивает мне бумаги, но как-то неуверенно. Наверное, хочет чтобы подмахнул не глядя. Но что-то мне подсказывает, что я никогда так не делаю.
– Просто подпиши. И поедем. Выписка готовится, машина ждет.
Беру в руки документы.
Брачный договор.
Серьезно, блин?!
– Это что? – чувствую, как во мне зверь просыпается.
– Брачный договор, – голос девушки чуть срывается, но она старается не показывать виду.
– Это я вижу, – строго произношу. – Нахрен ты мне его суешь?
– Так хотели же переподписать, но не успели, нотариус…
– Ты меня за дурака что ли держишь? – рявкаю, отчего девчонка подскакивает на ноги. – У меня память отшибло, а не мозги! – раздраженно выпаливаю. – Или ты разницы не видишь?
– Артур… честное слово собирались переделывать! Ты новый проект сам утверждал, просто оформить не успели.
– Короче, так, – усаживаюсь поудобнее. Говорить буду четко, чтобы у губастой не осталось никаких сомнений. – Пока память не вернется, я ничего подписывать не буду. Запомни и больше не раздражай.
– Но…
– Без «но». И в Москву я пока не возвращаюсь. Мне тут нормально, поняла?
Диана вздыхает.
А я смотрю на нее и думаю: где были мои глаза?
– А этому своему Голубеву передай…
– Он твой, а не мой… – обиженно бубнит жена.
– Да срал я! Просто предупреди, чтобы пасть на мой бизнес не разевал. Память вернется, и, не дай Бог, мне не понравится то, что я там увижу.
– А у тебя точно память пропала? – сомневается в моей беде Диана. – Ведешь себя так, будто…
– Я все сказал, – предупреждаю ее. – Надеюсь, ты услышала меня, Диана?
– Знаешь что, зай?! Я приду завтра. Ты тут обдумай все как-то. Не знаю, успокоительных попроси. А потом о твоем отъезде мы поговорим снова.
Девчонка еще раз окидывает меня критическим взглядом, после чего выходит из палаты с гордо поднятой головой.
А я снова остаюсь один.
Укладываюсь обратно на постель, подкладывая руки под голову.
Кто же ты такой, блин, Артур Чернов? Не терпится уже с тобой познакомиться.
Оставшийся день тянется бесконечностью. Я все жду, когда в моей палате появится нежная нимфа со сладким именем Алина, которое я выведал у врача еще вчера. Но вместо ее два раза мыть мою палату приходит какая-то бабка.
Тогда я злой несусь прямо в кабинет заведующего, где мне клятвенно обещают, что завтра с самого утра Алина будет в полном моем распоряжении.
Вот только утром ко мне заглядывает совсем другой человек.
– А вы чего тут делаете? – спрашивает девчушка лет пяти, выглядывая из-за двери.
– Лежу. А ты?
– А я стою.
Не знаю почему ее вид вызывает у меня расплывшуюся во все лицо улыбку. Почему-то кажется, что к детям обычно я не питаю каких-то теплых чувств, но здесь вдруг ощутил потребность продолжить общение. Потянуло. Странным образом.
– Иди сюда, – подзываю девочку.
Та сначала оглядывается, а потом все же заходит в палату.
Мелкая она, конечно. Глазастая. Волосики чуть кудрявятся на висках.
– А вы не мой папа? – вдруг спрашивает она, заговорщически сузив глаза.
При этих словах что-то екает внутри. Но я не показываю вида.
– Нет. А что есть такие подозрения? – тоже щурюсь. Эта игра в гляделки мне нравится.
Но ее резко приходится прервать, потому что в палате неожиданно возникает моя Алина.
– Малышка просто обозналась, – она спешит схватить девочку и вытащить ее за дверь.
Глава 8
– Пойдем, – кивком указываю дочери на выход.
– Мамуль, ну, можно я останусь? На пять минут? – дочка складывает ладошки в молящем жесте.
Она делано надувает губки, как поступает обычно в таким случаях, и трясет передо мной прижатыми друг к другу ладонями.
И это частенько у нее срабатывает, потому что я мягкая и постоянно ведусь, не желая, чтобы мой ребенок расстраивался.
Но сейчас совсем иная ситуация. Кардинально другая.
Я не хочу оставлять ее с отцом, даже учитывая, что Артур ничего не помнит.
А вдруг Катюша привяжется к нему?
Что, если после начнутся ненужные вопросы?
Да и вообще моя девочка разочаруется, как только Чернов укатит в свою Москву.
А он уедет. Обязательно. Скорее всего, за ним пока просто не прислали охраняемый кортеж. Уверена, как только машина будет, мой бывший свалит в туман, потеряв ко мне и моей малышке всякий интерес.
– По-моему, надо соглашаться, – подначивает меня мужчина.
Он крутит в пальцах «Аленку», подаренную дочерью, а смотрит прямо на меня.
– Разберусь без ваших советов, – с раздражением отвечаю ему.
На самом деле, я просто боюсь. И очень. Чувствую, что если Артур меня вспомнит, а это может случиться в любой момент, ничего хорошего из этого не выйдет.
Страшно, что он надумает забрать себе дочь.
Когда-то мы мечтали о малыше, и мне казалось, что, когда узнаем о беременности, не будет никого счастливее.
Артур тогда сказал, что первой, непременно, должна родиться дочка. Он бы назвал ее Катей. «Екатерина Артуровна Чернова. Звучит ведь?» – примерялся он, воображая, что дочь будет обязательно похожа на меня. А после родится и сын. Наследник. А, может, и не один. Но сначала принцесса.
Сказать, что я была вне себя от счастья после таких разговоров – ничего не сказать. Я даже дышать боялась, чтобы не спугнуть эту эйфорию. Будто Камаз с апельсинами перевернулся именно на моей улице.
А в итоге…