Анна Велес – Внутри пророчества (страница 16)
– Ага, как на кошке, – ответил Барс. – Кстати, не мясо ли того льва мы сегодня получим на ужин?
– От него остались лишь высохшие кости, – Витт невольно нахмурился. – Даже роскошная шкура пропала. Не был бы я там, решил бы, что это очень старые останки.
– Вот как.
– Странная история.
– Да. Но я не удивлён, – Барс ненадолго задумался, а потом продолжал. – Враги бывают разные, странник. Одних нам выбирает сама Судьба. Другие переходят к нам по наследству от предков. Но есть и такие, которых ты находишь сам. Есть ли у тебя личный враг?
– Трудно сказать. Возможно, что нет. Лишь Завоеватель. Но и его мне предназначили другие.
– А у меня теперь есть, – Барс тяжело вздохнул. – Это женщина. Служанка Тьмы. Высший маг. Похоже, часто буду я встречать её посланников.
– Так этого льва создала она? – уточнил Витт.
– Ребёнок был приманкой.
– Это страшно, – прокомментировал Витт. – С личным врагом ты связан теснее, чем с семьёй и друзьями. Она станет частью тебя. И пойдёт за тобой, хоть на край света.
– На край мне не надо, – хмыкнув, отозвался Барс. – А дорога моя теперь одна. За тобой.
Витт нахмурился. Как-то легко сказал это Барс, будто так и должно быть. Но имел ли он право разделить свою ношу с этим юношей?
– Не о чем тут задумываться, – прочтя мысли по лицу собеседника, сказал Барс. – У моего клана есть законы. Свой Кодекс. И я, как и все остальные, живу по нему. В правилах же сказано, что жизнь спасённая принадлежит спасителю. Не будешь же ты спорить с истиной моих предков? Не будь тебя сегодня в лесу, я истёк бы кровью. Или замёрз.
– О каком клане ты говоришь? – не понял Витт.
– Воинов-оборотней. Клан Кота. Наверное, ты и не слышал о нас. Уже несколько лет мы в опале. Не принимают люди тех, кого считают сынами Тьмы. А ведь она не всегда зло.
– О, Боги! – воскликнул Витт. – Я должен был догадаться. Я же видел. Но…
– Что такое? – потрясённое лицо нового приятеля зародило тревогу в душе Барса.
– Давно ли ты слышал военные новости? – с какой-то осторожностью спросил Витт.
– Я всё по лесам хожу. Уже месяц, наверное.
– Нет больше опалы на воинов-Котов, – грустно сказал странник с гор. – Теперь их чтят, как героев. Две недели отстаивал клан просторы Великой Степи.
– И что потом? – сердце стучало, как бешеное. Боль уже захватила душу. Барс знал ответ.
– Их нет больше, Барс. Прости.
Плечи воина-кота опустились, погас взгляд. Не мог он говорить, с трудом дышал. Всё, ничего не осталось у него на земле. Нет клана. Нет родины и близких. Нет и дороги назад. Слёзы подступали к глазам, а рукам хотелось битвы. Крушить всё и всех. С горя, от боли. Пошатываясь, встал Барс из-за стола, опираясь о стену, пошёл к выходу. Витт не пытался его удержать. Не было смысла, да и память о великих воинах не давала сдерживать горе последнего из клана.
Вернулся Барс, когда уже совсем стемнело. Его трясло от холода, а на лице застыло выражение решимости. В глубине жёлтых кошачьих глаз затаилась тоска.
– Куда ты пойдёшь? – спросил он у Витта, принимаясь за почти холодный ужин.
– Не знаю, – честно сказал воин. – Сначала мой путь тянулся на юг. Но потом судьба заставила свернуть.
– Понимаю, как это бывает. Кто-то слово сказал, знак некий заметил, а потом и дорога сама свернула. Я всегда так хожу.
– Почему?
– Ищу предназначение. Так у нас… Так в клане было принято.
– Кодекс?
– Да, – Барс поднял глаза от еды. – А ты знаешь о герое с гор?
– И ты читал эту проклятую книгу? – сердито спросил Витт.
– Какую книгу? – Барс смотрел на собеседника изумлённо.
– Великая легенда о герое с гор, – в тоне Витта проскальзывала усталость.
– Нет. Книги я не знал. Но сам шёл на восток, чтобы найти этого героя.
– Зачем?
– Нить моей Судьбы сплетена с его.
– Ты веришь?
– А ты?
– Не хотелось бы. Но должен.
– Вера либо есть, либо её нет, – рассудил Барс. – Ты можешь быть неуверен, но вера – это совсем другое.
– Мудро, – прокомментировал Витт. – Тогда, конечно, верю.
– А ты не хочешь пойти со мной?
– А есть ли у меня выбор? – насмешливо и грустно спросил Витт.
– Всё зависит от того, где начался твой путь, и куда он должен был тебя привести.
– Я спустился с гор, чтобы, пройдя всю страну, подарить Захватчику смерть.
Барс внимательно смотрел в глаза Витта. Понимание и сочувствие были теперь в его взгляде.
– Тогда тебе точно со мной по пути, – сказал воин-кот. – Я ведь искал именно тебя. Так?
– Да. Выходит, что так.
– Не сомневайся, – предупредил Барс. – У меня три причины следовать за тобой. Память о клане, мечта и предназначение. Теперь-то я точно его нашёл.
– Похоже, выбора у меня, и правда, нет, – опять усмехнулся Витт.
– Выбор есть всегда. И ты свой сделал. Потому что у тебя есть вера. Скажи только, куда нам идти.
– Не могу. Не было слов, не было знака, да и дорога пока не поворачивает.
Некоторое время они молчали, а потом Барс спросил.
– О той книге. Её нет у тебя?
– Есть, – Витт протянул руку и достал из сумки книгу. – Но эта легенда иносказательна. Нет чётких указаний. Только символы.
– Я люблю решать загадки, – озорная улыбка мелькнула на лице воина-кота. – Мы найдём то, что нам надо.
– Но это может быть не тем, что хотят сказать нам авторы легенды.
– Забыл? У нас всегда есть выбор. А если ошибёмся, Судьба исправит.
Они листали книгу. Символы создавали странные картины, наполняли души странников призрачными откровениями. Но вот Барс увидел слова, которых ждал и не ждал, одновременно.
– Видишь? – спросил он Витта. – И не нужны разгадки и сомнения. Нас ждут в столице. Верь, и всё найдёшь, как нашёл меня.
Глава седьмая
Смерч был уничтожен, и знание этого рождало в душе Даэрона странные чувства. В первый миг он испытал радость. Собственная ярость, обретшая такую силу, испугала мага. Тем более благодаря смерчу сошлись те двое, что заглядывали в судьбу Завоевателя. Теперь он их знал. И это тоже радовало. Но ещё испытывал Даэрон невольное чувство потери, будто вместе с чёрной спиралью ветра умерла и частичка её создателя. А Даэрон не любил что-то терять.
Тем более, что испытать гнетущее чувство его заставил Деррик. По отношению к своему названному брату маг не испытывал никаких тёплых чувств, скорее наоборот. Сильно огорчало Даэрона то, что сам он не знал, какую картину увидел Деррик в магическом зеркале Судьбы. Это незнание делало Завоевателя уязвимым перед одним из его врагов. Да и женщина, которая пришла на помощь названному брату, тоже не относилась к числу друзей Даэрона. У него вообще не было друзей.
Каждый человек создан быть одиноким. И нет смысла искать средства, что бы от своего одиночества избавиться. Чем больше борешься с ним, тем скорее оно станет твоим врагом. А в такой борьбе оно всё равно одержит победу. Можно забыть об одиночестве и стараться не замечать его, но это равносильно потере памяти. Вместе с одиночеством забудешь и самого себя. Есть лишь один способ, как выиграть эту битву. Нужно подружиться с одиночеством, свыкнуться с ним и превратить его пустоту в собственный уютный мирок. Если получится, то уже не будут нужны никакие другие друзья, не нужными станут также и муки любви, переживания за близких и родственников.