Анна Велес – Камень Всевластия (страница 9)

И вся эта история с пропажей сына все-таки выглядела слишком странно. А главное, какая в этом роль профессора? Да и вторая часть проблемы остается непонятной. Хорошо, некто очень нехороший решил зачем-то, хотя так и не понятно зачем, инициировать двоих парнишек. Получил одного маньяка и непонятно кого второго. А с какой целью ему это надо? Уж явно не для захвата столицы. Но зачем этому неизвестному преступнику захват Москвы? Не тот масштаб. Тогда что же этому неизвестному надо? И причем тут мальчишки? И все тот же совершенно странный вопрос: зачем Никола прилетал к Еве? И как он о ней узнал?

Покончив с первой порцией блинчиков, Ева решила, что готова продолжать поиски. На миг, зажмурив глаза, она представила несложный огненный знак, а потом вытянула руку, в которую тут же легла плоская худенькая папочка. Там было все, что ведьма и ее профессор могли сказать о своем сыне. Маг оставила предусмотрительно папочку на столике у себя в гостиной, откуда сейчас так ловко ее перенесла.

В папке лежала визитка Аниты. Простой смертный прочел бы на черном лакированном прямоугольничке о бизнес-консультанте Аните Степановне Волоховой. А маг увидел истинную надпись: Анита, высшая ведьма, глава Багровой громады.

С давних времен Волшебный мир имел кастовое строение. Два высших сословия – это маги и вампиры. Ведьмы и оборотни относились к низшим кастам. Вообще в Волшебном мире были и другие существа: полукровки, духи, эмпаты и прочие. А в кастах было свое разделение. Так маги делились на гильдии. Можно считать – ремесленные цеха. У вампиров было аж двенадцать кланов. Сообщества оборотней назывались стаями. Ведьмы объединялись в громады, которые иначе назывались ковенами. Их тоже было двенадцать. Это де юре, де факто – их было одиннадцать, синяя громада полностью была уничтожена во время Великой Отечественной Войны. Ведьмы без всяких шуток пали смертью храбрых, причем страшной, геройской смертью. Память о громаде осталась, но больше в нее никого не набирали. А вот Багровая громада была довольно многочисленной, но к числу сильнейших не принадлежала. Что, кстати, многое рассказывало об Аните.

Еще в папке была уже виденная Евой фотография Никола. Маг чуть подержала над ней руку, сказала короткое заклинание. От фото пахнуло теплом. Значит, мальчишка еще жив. И это уже хорошо. Так же в папке были краткие сведения о молодом человеке. Жил он с родителями на Рублевке. Хотя были у них и шикарные апартаменты в самой Москве. Из которых Никола и пропал. Учился мальчишка в ММА – в Московской магической академии. Как и все Избранные его возраста. Предпочитал Никола ничем не примечательный факультет истории магии. Друзей у него особенно не было. Или родители о них не знали. Время проводил мальчишка с однокурсниками, или дома. Никола любил музыку, и оборудовал в родном доме неплохую студию. Где экспериментировал со звуком. Посещал ли он клубы, и какие именно, понять было невозможно. Но вроде бы, больше бывал в человеческих развлекательных заведениях. О девушках в папке не было практически ничего. Только одно упоминание, некоей Роны. Кстати, об этой даме Никола говорил отцу буквально за день до исчезновения.

Исчез паренек неделю назад. Ушел, как он сам сообщил профессору, в ночной клуб «Рассвет». То, что Никола в данное заведение просто по определению податься не мог, Ева решила еще ночью. По странному стечению обстоятельств, маг знала этот клуб. Там собирались молодые оборотни и вампиры одного из самых низших и агрессивных кланов. Домашнему мальчику там делать было нечего. Или все-таки он туда пошел? В принципе, учитывая, кем стал Никола теперь, ему в этом клубе самое место. А еще… Ева прекрасно знала, кто такая эта Рона. И вот этот клуб стоял как раз на той территории, где Рону и можно было встретить, и этот факт очень Еву встревожил. Ведь Рона тоже для мага была почти что членом семьи.

Ладно, пора было двигаться дальше. Прежде всего, как рассудила Ева, надо встретиться с профессором. Все-таки шанс, что он что-то не договаривает был слишком вероятен. В папке был номер сотового телефона профессора. После серии долгих гудков Эдуард Федорович ответил.

– Госпожа Ева? – чуть с заминкой спросил профессор в трубку.

– А вы ждали моего звонка? – спросила маг.

– Естественно, – с достоинством отозвался ее собеседник. – Вы быстро разобрались в ситуации. И, конечно, я вас жду. На данный момент я нахожусь в нашем доме на Рублевском шоссе.

– И вы предлагаете к вам приехать? – разговор с профессором немного удивлял. – Может, как говорится, лучше вы к нам?

– Не думаю, – суховато отреагировал Эдуард Федорович. – В папке, которую мы с женой передали вам утром, есть платок. Это моя вещь, и она поможет выстроить вам портал. Я в своей лаборатории. Тут нам никто не помешает.

И не прощаясь, профессор отключил вызов. Ева позволила себе спокойно, или почти спокойно, допить кофе. Она понимала, что профессор на самом деле не так прост. А еще… Откуда-то он очень хорошо знает негласные правила Волшебного мира. Ева была слишком молода, и не смотря на ее репутацию, многие другие представители сообщества Избранных позволяли себе несколько пренебрежительное отношение к ней. Вот только профессор смертный. И вряд ли это позволено ему. Но… посмотрим. Закончив обед, маг пошла искать какой-нибудь безлюдный переулок. Откуда можно было перенестись на Рублевку.

Помещение, куда попала Ева, выйдя из портала, просто поражало воображение. Общий вид напоминал душевую общественного бассейна советских времен. Невнятный серо-голубоватый кафель на стенах, еще менее симпатичная плитка на полу, окна в решетках, по отсутствию хоть какого-то мало-мальски внятного вида из которых, можно было понять, что это помещение находится в подвале. Все здесь было заставлено металлическими столами, как из ближайшего морга, на которых стояло оборудование: колбы, реторты, перегонные кубы и прочая подобная малопонятная химическая амуниция. Кое-где на стенах висели большие чертежи и непонятные формулы, причем все указывало на то, что они очень старые, если не сказать, средневековые. Профессор, все такой же, лысоватый, в очках в старой оправе, с весьма заметным животиком, обтянутым грязным медицинским халатом, шагнул навстречу магу из-за одного из столов.

– Это ваша лаборатория? – чуть потрясенно спросила об очевидном Ева. – Вы химик?

– Я алхимик, – уточнил Эдуард Федорович, явно довольный замешательством мага.

– Вы профессор алхимии? – Ева все еще не могла прийти в себя. Такой имидж совсем не вязался с видом этого смертного.

– Я профессор истории магии в Магической Академии, – вновь покладисто объяснил хозяин этого полусредневекового безумия. – А алхимия это мой любимый подраздел. И моя слабость.

Тут профессор позволил себе улыбнуться, немного хитро.

Ева помнила курс алхимии в академии, и не любила его всей душой. Ну, не давался девушке этот предмет, притом, что в целом история ее очень даже привлекала, да и сегодня являлась частью профессии Евы. В студенческие годы девушка пообещала себе, что убьется, но все же победит алхимию. И на экзамене ей даже удалось получить грамм золота из какой-то вязкой сероватой массы, когда-то являвшейся сплавом иных металлов.

Потом Ева заключила свой «приз» в мизерную круглую ампулу, выкачала оттуда весь воздух, оставив золото висеть в вакууме. Маг оплела капсулу парой заклятий собственного изобретения, и в результате получился отличный магический компас. Стоило послать кусочку золота мыслеобраз искомого предмета или существа, и так долго и трудно добываемый грамм начинал стучаться в стекло, указывая направление. Примерно так же действовали ведьмовские клубочки, хорошо известные широкой публике по русским народным сказкам.

– Так, – Ева собралась с мыслями, прогнала прочь студенческие воспоминания. – Николай, значит, проходит специализацию именно на вашей кафедре?

– Да, – охотно и даже радостно принялся отвечать профессор. В знакомой обстановке он выглядел более решительным и казался живее, чем при первой их встрече. – Но, к моему великому сожалению, он не любит алхимию. Сына интересуют артефакты. Как и вас. Он сейчас дописывает диплом по скифско-сарматскому наследию. И кстати, он выяснил, что один из сохранившихся до наших дней артефактов, хранится именно в вашей коллекции.

Возможно, профессор хотел как-то магу польстить, но у Евы все эти разговоры вызвали совершенно иные чувства и мысли. Может, Никола сошел с ума из-за насильственной инициации и прилетал к девушке за этим самым артефактом? Конечно, это чушь. Но, по крайней мере, становится понятно, что этот мальчишка о Еве знал, хотя цель его странного визита от этого понятнее не становится.

– Я рада за успехи вашего сына, – осторожно заметила маг. – Но, кажется, с ним связана некая проблема, которая меня сейчас волнует больше. То есть его исчезновение. А еще мне почему-то кажется, что вы и ваша жена не были со мной полностью откровенны сегодня утром, хотя вроде бы, вас эта проблема должна заботить больше, чем меня.

– Потому-то я вас и ждал, – сознался Эдуард Федорович уже не так радостно, но явно взволнованно. – Поймите меня, пожалуйста. Я просто не хочу тревожить Аниту. Мы живем в браке уже тридцать лет. И поверите, счастливы. Она верная жена, хотя любит делать вид, что это не так. Но таков уж ее имидж. И сын ей дорог по-настоящему. Поэтому я просто не мог все честно рассказать при ней.