Анна Велес – Готика 21го века (страница 6)

Обе девицы кивнули с таким видом, будто он переспрашивает у них очевидные вещи.

– Час от часу не легче, – он достал сигарету. – Значит, этот Люк из Носферату и Катя была его невестой? – ему очень захотелось добавить то самое слово, что так часто стала последнее время повторять его дорогая подруга: «бред». – А она его как-то описывала? Как он выглядит?

– Высокий, в черном, волосы черные, крашеные, длинные, – испытывая явное удовольствие от эффекта, который произведут ее слова, доложила мелодичным голоском вторая готка.

– Блин, – Алек посмотрел на нее жалобным взглядом. – Такое чувство, что в этом городе я последний дурак, который еще не отрастил волосы и не выкрасил их в черный цвет. …

Центральная улица города была пешеходной и почиталась, как местный Арбат. Щербатая брусчатка, двух-трехэтажные домики сталинской постройки с обветшалыми фасадами вперемешку с новомодными монстрами из стекла и хрома. Правда, тоже не высокими. Яркие вывески дорогих магазинов с вечными распродажами. Хилые деревца, нелепо торчащие в самых странных местах. Полусломанные лавочки, где чаще сидят на спинках, ставя ноги на сиденье или то, что от него осталось.

Елена устроилась на насесте одной из таких скамеек, рядом с щуплым парнишкой лет семнадцати. Он был одет в привычно черные джинсы и такого же цвета куртку. Жидковатые, но длинные волосы, выкрашенные во все тот же черный цвет, выглядели давно не мытыми. Парень весь скорчился и сгорбился. Он курил, держа сигарету в ладони, на армейский манер.

Елена тоже прикурила, не снимая перчаток. И уставилась на парня с явным дружелюбием.

– Ну, Мертвец, расскажи мне, каково это, быть готом?

У нее самой сочетание слов «мертвец» и «расскажи» вызывало довольно неприятные ассоциации. Но она стойко не подавала виду.

– Клево, – коротко ответил Мертвец.

Елена чуть улыбнулась, ожидая продолжения. Его не последовало.

– Так… – она начала раздражаться. – А в чем это «клево» заключается?

– Просто клево, – после некоторой паузы, уточнил гот.

– А! – она не удержалась от насмешки. – Емкое словечко. И что ты такого клеевого делаешь?

– Курю, – совершенно серьезно констатировал Мертвец и в первый раз с начала разговора посмотрел на нее.

– У тебя классное чувство юмора, – недобро сообщила ему Елена. – Я даже боюсь спрашивать, что ты делаешь, будучи готом. Ты же можешь сказать, что и куришь ты, как гот.

– Ну да, – все так же, без тени улыбки, подтвердил он.

– Это и правда клево, – согласилась она. – Ну, а чем еще занимаются готы? Когда не курят?

– Музыку слушают, – подумав, выдал парень. – Ходят…

– Ага! – саркастично перехватила она инициативу. – Еще едят и спят! Я догадалась.

И тут он впервые улыбнулся.

– Слушай, – Елена тоже улыбнулась в ответ. – Мне, правда, интересно. Расскажи, а?

– Да что рассказать? – казалось, Мертвец смутился. – Мы собираемся, разговариваем, музыку слушаем.

– А о чем говорите? – уцепилась Елена за слово.

– Да так…

Он пожал плечами.

– Ладно, – она понимала, что явно терпит поражение. – А в чем философия готов?

– Чего? – у Мертвеца это прозвучало как-то… изумленно.

– Но… – хозяйка «Бюро» растерялась. – Как-то же готы себя определяют? Ну, чем они от других отличаются. Во что-то верят…

– В смерть, – доверительно выдал парень.

Ответы у него и правда были емкими. Даже слишком.

– В смысле? – решила все же уточнить Елена. – В смерть – это как?

– Смерть – это конец пути, – фраза звучала, как хорошо заученный урок.

– Логично, – она опять не удержалась от иронии. – И очевидно.

– Нет, – возразил Мертвец и обвел улицу взглядом. – Тут беспредел. И смерть – единственный выход. Мы чтим смерть.

– Чтите? А как? – вот это уже было интересно.

– Да так… – он пожал плечами с таким видом, будто все объяснил.

– И потому ходите на кладбище, стихи там всякие грустные пишите… – Елена чувствовала себя беспомощной. Кроме стихов и кладбища ей сказать было не о чем.

– Типа того, – подтвердил Мертвец неохотно.

– Вы все такие, да? – ей было себя жалко. Характер готов ей совсем не нравился. А еще тут было прохладно и Елене захотелось пожаловаться на жизнь…

– Нет, – вдруг оживился парень. – Готы бывают разные. Есть даже классификация.

Ей понадобилось несколько секунд, чтобы понять, что он не шутит.

– Погоди, – она смотрела на него с почти детским наивным удивлением. – То есть готы бывают разных видов? А какие виды готов существуют?

– Ну, вампиры, прежде всего, – теперь он говорил уже охотнее. – Их больше всего.

– А ты вампир? – у Елены было впечатление, что ее волосы светлеют на глазах, и вместе с цветом с головы уходят и мозги из нее.

– Я нет, – важно заявил Мертвец. – А вот Арман – да.

Никакого Армана Елена не знала. Но это и не было важно.

– А чего это вдруг вампиры? – задумчиво переспросила она.

– Ну, как, – он ненадолго задумался. – Готы – это романтики. А когда не можешь видеть солнца… И вынужден так жить… А любовь вечна…

– Спасибо, я поняла, – ошарашено остановила его хозяйка «Бюро». От этого бреда ее уже мутило. – Значит, вампиров много.

– И они тоже разные, – порадовал ее Мертвец.

Желание обратиться к психиатру становилось для Елены навязчивой идеей.

– И в чем разница? – немного раздраженно поинтересовалась она.

– Есть высшие, – сообщил ей гот. – Носферату. Есть другие касты. Их несколько. Книга есть… Там можно прочитать.

– Ага, ознакомлюсь, – суховато пообещала Елена. – Это что-то типа Энн Райс?

– Нет, это круче, – парень вновь потерял интерес к разговору. – Но она тоже ничего.

– Кто? – возмутилась искренне Елена. – Энн Райс? Да это же дешевка!

– Когда как, – подумав, не согласился Мертвец. – Но есть и другие готические романы.

– Типа этих ваших «Сумерек»? – Елену уже несло. Больше всего на свете она не любила некачественную художественную литературу.

– Вещь! – смачно оценил парень. – Настоящая готика!

– Да ты никак двинулся! – решила хозяйка «Бюро». – Какая, на фиг, готитка! И вообще! Последний готический роман был написан в начале двадцатого века. В 1905 году вышел, если я не ошибаюсь.

– Чего? – вот теперь парень смотрел на нее во все глаза. Вид у него был шокированный и жалобный. Нижняя губа начала как-то подозрительно подрагивать.

– Ну… – Елена растерялась. – Готический роман просуществовал, как жанр, где-то с полтора века. …. Это во второй половине восемнадцатого и до конца девятнадцатого… Если быть точнее.

– Нет, – решительно не поверил ей гот.

– Чего это нет! – тут же вновь возмутилась Елена. – Между прочим, это общеизвестный факт. И еще раз повторю, вся ваша готическая литература закончила свое существование в начале двадцатого века. На Бреме Стокере!