Анна Варшевская – Секретарь для монстра. Аллергия на любовь (страница 37)

Во рту вдруг скапливается горечь, к горлу подкатывает тошнота.

Я… чего-то не знаю?

- Не нужно, пойдемте вместе, - отвечаю машинально, осторожно придерживаю ее за руку повыше локтя.

И тут же замечаю взгляд брата, остановившийся на моей кисти. Затем Адам многозначительно вздергивает бровь и усмехается.

Я что, по его мнению, не могу коснуться женщины? Раздражение вспыхивает моментально, с трудом успеваю сдержать язвительное замечание, так и рвущееся на язык.

- Не будет ли слишком большой наглостью напроситься к вам в компанию? - спрашивает брат тоном пай-мальчика. - Я еще не ужинал. И, Марк, есть кое-что, что ты должен знать… это по поводу работы, - добавляет тут же, но я успеваю почувствовать, как вздрагивает рядом со мной Ева.

Она боится его? С чего вдруг? Каким бы Адам ни был самоуверенным засранцем, я совершенно точно знаю, что брат никогда не сможет совершить насилие над женщиной.

- Хорошо, - киваю, сдержав вздох.

Я бы предпочел остаться с ней наедине. Поговорить. Расспросить о чем-то… обычном, о чем мужчина и женщина могут разговаривать просто так. Хоть даже о том, где и когда она в последний раз была на море.

С другой стороны, Адам вряд ли тут задержится. Что бы ни привело его сюда.

В ресторане, куда мы приходим втроем, довольно уютно. Приглушенный свет, зал оформлен в мягких зеленых и бежевых тонах.

- Добрый вечер, - к нам тут же подлетает официант. - Столик на троих? Есть у окна…

- Можно тот, где стулья, а не диваны? - тихо просит Ева.

Молча киваю, соглашаясь. Слышу тихое хмыканье Адама, но игнорирую, стараясь не злиться.

В итоге мы располагаемся вокруг прямоугольного стола на четверых, и меня затапливает удовлетворением, когда Ева выбирает стул рядом со мной. Адам, продолжая наблюдать за ней, прищурившись, садится напротив и открывает меню.

- Хм, Ев, смотри, - слышу чуть развязное и поднимаю глаза на брата, успев увидеть, как бледнеет девушка и как впивается в него взглядом, словно требуя что-то…

- Ты же не любишь морепродукты, - говорит Адам, глядя прямо на нее. - Тут тоже есть теплый салат с баклажанами, похоже на то, что ты брала в прошлый раз.

Над столом повисает пауза.

Адам смотрит на Еву, Ева в стол. Я…. в первые секунды думать ни о чем не получается.

Зато потом, нахлынув волной, приходит осознание.

Значит, они все-таки встречались. Во всяком случае, начали.

Те цветы, которые он подарил ей на улице в первый вечер, дождавшись ее после работы - а я случайно увидел эту сцену из окна машины, проезжая мимо. Ее появление на следующий день на работе в последний момент… невыспавшуюся и с распухшими губами.

Ревность - я никак не мог понять, что это за чувство, и только в то утро осознал, что ревную… Ревную ее к Адаму.

Мой с ней разговор, когда я довел ее до слез. Первый раз, когда она меня обняла - потом, после того как сказал, что увольнять ее не собираюсь.

И сцена позже - когда Адам был так явно разозлен тем, что увидел девушку заплаканной.

- Слушай внимательно, Марк, - брат смотрит на меня исподлобья, когда Ева уходит на обед. - Не надо меня пугать, я, в отличие от твоих сотрудников, не из пугливых, и тебя знаю от и до! Не вздумай обижать девочку!

- Защищаешь ее? - прищуриваюсь, стискиваю зубы.

Откуда такие рыцарственные чувства у моего брата, который меняет девиц каждую неделю?

- Да, защищаю. Я серьезно, - Адам сжимает кулаки. - Какого черта ты вообще взял ее на работу?! Никогда с женщинами не работал ведь! Да, я в курсе, что тебя они напрягают, и неудивительно, в твоей ситуации. И про распоряжение насчет женского контингента слышал. Но что, нельзя было Еве найти какую-то простую должность, чтобы она спокойно работала? Ты же ее до нервного срыва доведешь!

- Ты про нее ничего не знаешь, а уже сделал свои выводы, - качаю головой, усмехаясь.

- Я не собираюсь смотреть, как ты и твой безумный перфекционизм ее сломают. Я тебя предупредил, - брат окидывает меня взглядом и выходит из кабинета.

Он явно не понимает, насколько эта девочка на самом деле сильная. Только человек с сильным характером мог вести себя так со мной.

И ею… нельзя не восхищаться.

Первый раз, когда я понял, что… это действительно восхищение.

Но не понял, к чему это меня приведет.

А оно привело.

К тому, что я сейчас сижу за столом и понимаю: я в нее влюбился.

Пусть никогда ничего похожего я не чувствовал. Но ничем другим это быть не может.

Я в нее влюбился, ночами смотрел, как она спит, а она… ходила на свидания с моим братом.

Может быть, и не только ходила.

- Какая осведомленность о вкусах моей помощницы, - у меня такое ощущение, что это говорю не я, настолько безэмоционально звучат слова.

Да ладно, Марк. Ты всегда так разговаривал.

Это только рядом с Евой начал становиться человеком.

- Ну так мы с ней ходили на ужин… как раз перед вашим отъездом, - голос у брата слегка дрожит, кажется, от злости. - Про тебя, Марк, разговаривали, да, Ева?!

- Это был просто ужин, - доносится до меня еле слышное от девушки.

- Вот только Ева почему-то не сказала мне, что едет в командировку с тобой, - Адам переводит взгляд на меня. - Ни словом не упомянула! Зато - надо же, как мило - я совершенно случайно узнаю от сотрудника, который занимался организацией твоей командировки, что, во-первых, вы эти три недели ездите вместе, а во-вторых, занимаете один номер!

Смотрю брату в глаза и вижу там отражение своих эмоций. Ревность. Злость.

- Что, Марк, нашел подходящий способ?! - выпаливает Адам мне в лицо. - Запугал или приказал?!

От этого обвинения сначала накатывает ярость, а потом становится тошно.

Никогда… никогда бы я не стал вести себя с Евой так, как вел с девицами по вызову! Резко встав, чуть было не роняю стул.

- Марк Давидович! - Ева подскакивает следом, но я качаю головой.

- Включай мозги и не говори ерунды, - тяжело обращаюсь к брату. - Как ты себе это представляешь?

Адам смотрит на меня и, кажется, чуть выдыхает. А я перевожу взгляд на свою помощницу.

- Оставайтесь и поужинайте вместе, - не даю ей ничего сказать. - У вас будет время поговорить. У вас выходные, - заставляю себя напомнить. - А у меня… еще есть дела.

У них были свидания. Ева явно нравится Адаму. Он, судя по всему, нравится ей, иначе она не стала бы с ним встречаться.

Третья переменная в этом уравнении совершенно точно лишняя.

А дела у меня действительно есть. Точнее, дело.

Я собираюсь напиться.

Так, кажется, поступают, когда выясняют, что любят кого-то без взаимности?

***

- Повторить?

Где-то я это уже слышал…

Заглядываю в стакан, вижу дно, и киваю бармену. Тот ставит передо мной новый.

Черт знает, где я и что это за место, потому что, вызывая такси, просто ткнул пальцем в первый попавшийся значок рюмки на карте города. Но хотя бы спиртное здесь нормальное.

- Я все равно ничего не могу ей дать, - выговариваю с трудом, перед глазами все плывет.