Анна Варшевская – Первая скрипка для злого доктора (страница 24)

Правда, долго задумываться о чём-то у меня не получается. Потому что мужчина спускается ещё ниже и располагается между моих ног, придерживая, чтобы я не могла сдвинуть колени.

– Не надо.… – зажмуриваюсь от неловкости, а потом вскрикиваю от совершенно непривычных, но таких острых ощущений, что сдерживаться не получается.

– Расслабься, ёжик, – слышу сквозь колотящееся будто прямо в ушах сердце. – Ты везде прекрасна…

Он не даёт мне двигаться, прижимая к постели, и не останавливается. Меня уже трясёт, просто колотит от подступающего удовольствия, когда Антон наконец рывком поднимается и входит сразу, полностью, одним движением.

– Сладкая моя… – прижимается к моим губам, не переставая двигаться.

Его тоже потряхивает, я обхватываю его руками и ногами, желая слиться с ним в одно целое. Спустя буквально минуту мы стонем оба, в голос, вжимаясь друг в друга с такой силой, что, кажется, никогда не сможем разделиться.

– Какая же ты.… – слышу задыхающийся шёпот. – С ума от тебя схожу, Алёнка…

Закусываю губу, чтобы не вырвалось что-нибудь, о чём я потом пожалею. Мужчина ложится рядом, успокаивая дыхание, но не отпускает, прижимая к себе. Глаза у меня невольно начинают закрываться.

– Отдыхай, малышка, – доносится уже сквозь сон. – Невеста моя…

Улыбаюсь. Невеста… Да, действительно.… И, кажется, я уже совершенно не против!

– Ты куда? – спрашиваю сонно, почувствовав шевеление возле себя.

– Доброе утро! – шёпот на ухо, поцелуй. – Малышка, ты спи дальше. А мне пора, у меня смена через час начинается.

– Подожди, я тебя провожу, – с трудом открываю глаза, в них словно песка насыпали.

Проморгавшись, кое-как поднимаюсь. Хорошо, на спинке кровати висел халат, который у меня получается накинуть, не вылезая из-под одеяла. Антон уже одевается, с улыбкой поглядывая на мои изощрения.

– Ты что, стесняешься меня? – накинув, но не застегнув рубашку, подходит и прижимает к себе, пробирается руками под только что завязанный халат.

– Ай!... Что творишь? – закусываю губу, потому что его ладони уже сжимают и поглаживают мою пятую точку.

– Ох, если бы не дежурство, – Антон многообещающе улыбается. – Ёжик, у нас завтра свидание!

– Да? Это ты меня в известность ставишь? – улыбаюсь, закидывая руки ему на плечи.

– Это я тебя так приглашаю, – фыркает мужчина. – Отказы не принимаются, невестушка!

– Ладно уж, женишок, – прыскаю в ответ, и меня тут же целуют.

– Так, если…. я сейчас же не уйду… то опоздаю, – он покусывает мои губы, умудряясь одновременно говорить.

– Иди! – подталкиваю его к коридору.

– Я уже соскучился! – Антон на секунду заглядывает обратно, снова коротко, но жарко целует. – Убежал! До завтра!

– До завтра, – шепчу, прижимая пальцы к губам и улыбаясь, как дурочка.

В результате всё утро хожу по квартире в каком-то восторженно-идиотском состоянии. То улыбаюсь, то начинаю напевать, то бесцельно переставляю всякие безделушки на полках…

Кое-как на землю меня возвращает только звонок мобильного.

– Алёна, здравствуй!

Услышав голос, я пугаюсь на секунду, но потом беру себя в руки.

– Здравствуйте, Жанна Вадимовна, – отвечаю спокойно. – Как вы себя чувствуете?

– Ох, ну как, – женщина глубоко вздыхает. – В соответствии с возрастом, знаешь ли.

Мать Антона и моя вероятная будущая свекровь любит поговорить о своих болячках, поэтому я только поддакиваю, не вслушиваясь особенно в её речь. За что мне и приходится поплатиться.

Жанна Вадимовна, похоже, сознательно усыпляет мою бдительность, а потом сбивает с толку вопросом:

– Приходите с Антоном ко мне на ужин? Знаю, у него завтра дежурства нет, вот завтра и приходите! Я уже и рыбу купила, и мясо поставила мариноваться!

– А-а-а… – тяну неопределённо, пытаясь придумать, что бы сказать, но в голову, как назло, ничего не приходит. – Я не уверена, что он будет…

– Ох, ну конечно, у него найдётся время. Или это у тебя большая занятость? – тон голоса у нее меняется.

Что за вопрос с подвохом?

– Я напишу Антону, – выдавливаю наконец. – И он вам позвонит, Жанна Вадимовна.

– Отлично, – по ее голосу слышно, что она не сомневается в нашем визите. – До завтра!

– Фу, блин! – кладу трубку и недовольно смотрю на телефон.

Меньше всего мне хочется сидеть за накрытым столом с жареным и пареным.… Да и насчёт Антона сомневаюсь. Но, наверное, лучше не нагнетать обстановку.

Вздохнув, пишу мужчине, предсказуемо получаю зелёные смайлики с тошнотой, но вроде бы он соглашается. Пишет, что сходим ненадолго. Мать он сам предупредит, чтобы меня не обвиняли.

Вздохнув, откладываю телефон и начинаю собираться в школу.

Что-то у меня есть подозрение, что виноватой во всём по мнению Жанны всё равно окажусь я.

Глава 16

– Вов, да чего с тобой такое сегодня? – хмурясь, смотрю на своего ученика. – Что с руками? У тебя руки вообще не шевелятся!

– Извините, Алёна Михайловна, – мальчик опускает скрипку. – Не знаю…. Устал.

– Так все устали, Вов, – вздыхаю, кидая взгляд на часы.

Уже без пяти восемь вечера. Это у меня последний урок, а ребёнку ещё добираться домой по темноте в свой район.

– Ладно, иди, – киваю мальчику. – И отдохни, пожалуйста, как следует! Концерт вы отыграли, но впереди ещё фестиваль. Там тоже выступать будете. Знаю, весна – время тяжёлое. Но давай, Вов, соберись, ладно?

– Ага, – ученик уныло кивает, убирая скрипку в футляр, прощается и выходит из кабинета, а я в очередной раз лезу в мобильный, который проверяю каждую перемену.

Невольно улыбаюсь, увидев иконку сообщения. Антон написал. Мы переписывались весь день – с перерывами, правда. То у меня уроки, то он занят.

Не успеваю прочитать сообщение, как раздаётся звонок.

– Я просто хотел услышать твой голос, – слышно, что мужчина улыбается. – Как у тебя дела, ёжик?

– Закончилось последнее занятие, – присаживаюсь на край стола и тоже улыбаюсь. – Свобода! Никто не радуется окончанию уроков больше, чем учитель. А ты как?

– Только что купировал приступ у больного из своей палаты, – вздыхает утомлённо.

– С ним всё будет хорошо?

– Прогноз не слишком обнадёживающий.… с другой стороны, а какой ещё он может быть в семьдесят пять лет с двумя инфарктами и инсультом в анамнезе.

– Мне жаль, – говорю сочувственно. – Устал?

– Да нет, ёжик, – Антон зевает. – Не больше, чем обычно. Но знаешь… я соскучился!

– Я тоже соскучилась, – признаюсь, закусив губу и теребя край свитера, который надела сегодня – ветер не утихает, и на улице холодно.

– Что у тебя завтра? Ты в школе? Или репетиция?

– И школа, и репетиция, – закатываю глаза. – А ещё ужин у твоей мамы вечером.

– Тьфу, чёрт! – мужчина негромко стонет. – Слушай, может, отменим? Меньше всего хочу сидеть выслушивать сплетни…

– Невежливо, Антон, – говорю негромко, хотя мне тоже совершенно не хочется идти к Жанне Вадимовне. – Она готовилась. Это твоя мама, в конце концов. Понимаю, с ней нелегко, но.… знаешь, родители не вечные.

– Прости, малышка, – его голос смягчается. – Да, ты права. Конечно, права. Сходим, посидим часочек и уйдём, так ведь?