Анна Варшевская – Фиктивный бывший и кот в придачу (страница 28)
Меня почти что вталкивают в дверь и закрывают ей за мной. Выбросив пока из головы все лишние мысли, оглядываюсь по сторонам, вдыхаю аромат дерева и трав. Как здесь, оказывается, уютно… на полу тканые грубоватые, но очень подходящие для этого интерьера коврики. В углу скамьи и стол, накрытый скатертью, тут и электрический чайник, и чашки, и заварник, и прозрачный кувшин… видимо, с квасом. Приоткрываю дверь сбоку и вижу душ и еще один проход - там, видимо, парилка.
Тут же чувствую, как снова начинают стучать зубы. В бане очень тепло, но я естественно вся мокрая до трусов, и сырая ткань неприятно холодит кожу. Бросив на скамью полотенца, торопливо сдираю с себя платье и все остальное и решаю сначала чуть ополоснуться под душем, а потом уже идти греться. Знаю, что надо бы в обратном порядке, но в озере вода же не слишком чистая…
Хватаю широкую простынь, быстро заскакиваю под душ и спустя пять минут открываю тяжелую деревянную створку, ведущую в парную. Лицо тут же обдает жаром. Осторожно и плотно прикрываю за собой дверь, опускаюсь на скамью и осматриваюсь.
Одна часть помещения - два уровня недлинных, но таких, что вполне можно улечься в полный рост, скамеек вдоль одной стены. Напротив, у другой стены - какая-то сложной формы, хоть и небольшая, печь, окруженная глубоким поддоном, в котором выложены горой пышущие жаром камни, тут же рядом на полу ведро с водой и ковшом на длинной ручке. На стене пара веников, еще один - в углу, в тазу, оттуда поднимается резкий хвойный запах. Замочен в чем-то специально? Все-таки в бане я не специалист.
Ровно дышу, вдыхая горячий воздух. Удивительно, но мне комфортно - видимо, температура здесь сейчас не достигает каких-то высоких значений. И слава богу, погреться как раз, а вот экстрим с вениками и сиганием в бочку с ледяной водой - это не для меня. Хватит и того, что в ледяное озеро мы с Романом уже нырнули.
И тут меня накрывает, я вспоминаю его слова. Со стоном утыкаюсь лицом в ладони, даже слезы наворачиваются.
Он меня помнит…
Интересно, как давно? Сразу вспомнил? Или узнал недавно и просто молчал?
- Господи… - шепчу вслух, подтягиваю к груди колени, упираюсь в них лбом, обхватываю ноги руками, сжимаясь в комочек. - …как же стыдно….
И вскрикиваю от испуга, потому что...
- С чего вдруг? - раздается одновременно со звуком открывшейся двери.
- Какого черта?! - дергаю на себя сложенную под попой простыню, кое-как прикрываюсь, сжимаясь еще сильнее, и круглыми глазами смотрю на Романа, зашедшего внутрь и закрывшего за собой дверь.
Из одежды на нем только полотенце, небрежно обернутое вокруг бедер, и я против воли залипаю взглядом на мощной груди, не в состоянии отвести глаза.
Вот это да…
Мне вдруг становится горячо, все тело сводит, а пальцы начинают зудеть - так хочется прикоснуться к гладкой, чуть смуглой коже, обрисовать мышцы, погладить…
Агата! Стоп! Включай мозги!
Отчаянно пытаюсь стряхнуть с себя наваждение и выдыхаю:
- Ты что здесь делаешь?!
- Греться пришел, - невозмутимо отвечает хирург.
Хватаю ртом горячий воздух, не зная, что на это ответить, а мужчина в два шага оказывается возле меня и опускается на скамью совсем рядом, почти касаясь моей коленки.
- Я.… пойду, наверное… - мямлю так, что мне самой от себя тошно, кое-как пытаюсь натянуть ткань, чтобы прикрыть все стратегические места, но…
- Ты меня боишься? - негромкий вопрос, Роман поворачивается ко мне. - Чего ты стесняешься?
- Нет. Ничего, - шепчу, отворачиваясь.
- Ты сказала, что тебе стыдно!
- Мне неловко перед твоей мамой, - выдаю полуложь-полуправду.
- Ни за что не поверю, - мягкий ответ. - Посмотри на меня, Рыжик?
Это прозвище, то самое, детское прозвище, которым он меня называл когда-то, заставляет вздрогнуть, зажмуриться, закусить губу.
А потом происходит невозможное.
Мужчина просто резко, быстро разворачивает меня, практически усаживая к себе на колени, крепко сжимает руками, не давая вырваться.
- Пусти! - выдыхаю, не поднимая глаз.
- Нет, Рыжик, - сдавленный ответ. - Не отпущу. Помнишь, что ты сказала там, на озере?
- Нет.…
- Так жизнь закончится, не успеешь оглянуться. А потом будешь жалеть, что… - он не договаривает, подается вперед, и я чувствую его губы на своих.
Этот поцелуй как-то отличается от того, который совсем недавно случился у нас на озере. Но я не могу понять, что в нем другое… честно сказать, вообще ничего не могу понять. Потому что мне не дают даже шанса на то, чтобы задуматься.
Его пальцы зарываются в мои влажные волосы, тянут, распуская пучок, который я наспех накрутила себе после душа, заставляя запрокинуть голову. Роман тут же спускается к моей шее, с нажимом проводит по ней губами, прихватывая кожу над бешено бьющейся жилкой. Чуть прикусывает ключицу, заставив ахнуть.
Ниже, еще ниже, и у меня вырывается абсолютно бесстыдный стон, когда мужчина, сдернув кое-как замотанную на мне простыню, забирает в рот один из сосков.
Ох, что же он творит… Запускаю пальцы в его растрепанные волосы, вторую руку закидываю ему за спину, провожу по теплой, чуть вспотевшей коже, отчаянно кусаю губы, пытаясь сдерживаться.
- Вкусная… - выдыхает Роман, на секунду оторвавшись от моей груди, поднимает на меня лихорадочно блестящие в полутьме помещения глаза. - Сладкая… - очередной, уже совершенно не нежный, скорее напористый поцелуй в губы. - Моя… - еле слышно.
Меня вдруг резко приподнимают, усаживая на скамью второго уровня, а мужчина оказывается чуть ниже, между моих раздвинутых ног, отделенный только сползшей и съехавшей черте куда простыней.
- Нет…. - только и успеваю пискнуть и тут же ахаю, почувствовав его губы на своем животе, где-то возле пупка.
- Нет? - он вскидывает на меня хитрый взгляд, практически не отрываясь от моей ставшей невероятно чувствительной кожи, запускает руки под простыню, сжимает и поглаживает мои бедра, пробираясь все дальше.
- Н-нет… - выдыхаю уже не так уверенно.
- Точно? - его пальцы комкают и тянут ткань и, наконец, откидывают ее в сторону, а я зажмуриваюсь от стыда и одновременно от скручивающего все тело предвкушения.
- Красивая ты, Рыжик… - судорожный вздох, горячее дыхание на моей коже.
А потом он опускает голову, и я чувствую осторожное, но сильное касание его языка.
- Ох… - мне самой неловко звуков, которые издаю, но и сдержаться не получается.
Потому что… потому что… такого у меня никогда не было!
А Роман словно сам получает удовольствие от моих стонов, ласкает меня, не останавливаясь ни на секунду, одновременно то сжимая грудь, то тиская и поглаживая попу, и только усиливает напор, когда меня начинает потряхивать от подступающего удовольствия.
Зажимаю рот ладонью, прикусываю, чтобы хоть как-то сдержать крики, рвущиеся из груди, но ничего не выходит - все тело сводит судорогой, по мышцам волнами пробегает дрожь…
А я-то думала, что такого не бывает…
Ну уж во всяком случае, точно не со мной…
Мне вдруг становится тяжело дышать.
Жарко?... Воздуха не хватает?..
- Агата…. Рыжик мой… - сдавленный, вибрирующий голос прорывается в плывущее сознание. - Агата?!
Глава 17
Привет, Ромка!
Как твои дела? Я тут заболела, да так, что попала в больницу - мама (как всегда, ну ты помнишь, какая она) сошла с ума и вызвала скорую, а они не стали возиться, сразу предложили поехать. Честно сказать, лучше уж в больницу, чем терпеть мамины методы лечения, их даже папа опасается, хоть и сам врач. Точнее, не совсем врач, то есть, я тут узнала, что это называется «непрактикующий» врач или что-то типа того, но… ну, в общем, неважно.
В общем, я валяюсь в палате и познакомилась с классными девчонками. С одной, Любой, мы вообще подружились! На нас, правда, сердятся, что мы шушукаемся по ночам, но нам от этого только смешно.
Было бы забавно, если бы я, когда вырасту, случайно попала в больницу, где ты работаешь! Ты бы наверняка (густо зачеркнуты несколько слов).
Ну, в общем, ладно. Пока! Я скоро поправлюсь, и ты тоже не болей и будь здоров!
(Из двадцатого письма Агаты)
* * * * *
- Агата?! Ну-ка, посмотри на меня! Рыжик!
С трудом пытаюсь сфокусировать взгляд, но сконцентрироваться не получается. Слышу мат сквозь зубы, потом чувствую, как меня закутывают в простыню, подхватывают на руки, и спустя несколько секунд жар вокруг сменяется нормальной температурой.
- Ну же, Рыжик… - легкое похлопывание по щекам, я ощущаю крепкие пальцы на запястье, в том месте, где колотится пульс. - Давай, приходи в себя! Вот, выпей.