Анна Варнике – Загадка проклятого замка (страница 2)
Впрочем, к трапезе зайцам приступить не удалось, потому что неподалеку послышался какой-то шум и сопение. Выглянув из-под импровизированной крыши, Пончик увидел нутрия. Присев на корточки в нескольких метрах от братьев, тот с любопытством смотрел на них, поблескивая бусинами глаз. Одет он был в просторный комбинезон из мешковины и серый растянутый свитер. Из–под грязной кепки с залоснившимся козырьком вызывающе торчал залихватский чуб.
– Привет, – сказал незнакомцу Пончик.
– Привет, – неуверенно поздоровался тот.
– Драться будем? – после небольшой паузы осведомился он, скорее, вопросительно, чем агрессивно.
– А зачем? – в один голос спросили братья.
– Ну, мало ли, – пожал плечами нутрий, и не очень охотно пояснил, – вообще–то это моя территория.
– А мы на неё и не претендуем. Наоборот, ждём – не дождёмся, когда можно будет отсюда убраться.
– А куда отсюда уберёшься? Кругом болота, – равнодушно сказал нутрий и облизнулся, покосившись на бутерброды, разложенные на скатерти.
– Да ты подходи, не стесняйся. Мы как раз перекусить собирались. Присаживайся, еды на всех хватит.
Нутрий подошел, слегка косолапя на коротковатых ножках, обутых в разлапистые сандалии. Некоторое время он постоял возле братьев, независимо засунув лапки в огромные карманы комбинезона. Потом с деланным равнодушием присел на корточки возле стола, но тут же сглотнул набежавшую слюну. Зайцы поняли, что их случайный знакомец очень голоден.
– Бери–бери, не стесняйся, – сложив вместе два самых больших бутерброда с жареными грибами и луком, Пончик протянул их нутрию.
Зайцам понравилось, что, несмотря на очевидный голод, ел нутрий не торопясь, заботливо подставляя ладошку под падающие крошки. Худышка и Пончик, тоже успевшие к этому времени изрядно проголодаться, быстро расхватали оставшиеся бутерброды.
Не прошло и десяти минут, как весь продуктовый запас был уничтожен.
– Вкусно, – сказал нутрий, – честно говоря, давно уже так не наедался, а такой вкуснотищи вообще никогда не пробовал. Из чего это?
– Да так приготовил на скорую руку, – скромно ответил Пончик в глубине души очень гордившийся своим поварским искусством.
– Может, наконец, познакомимся? – предложил заяц. – Меня Пончиком зовут, а брата Худышкой. Я люблю готовить и всякие там вкусности изобретать. А брат у меня тоже изобретатель, только по другой части: механизмы там разные, электроника.
Нутрий посмотрел на братьев с нескрываемым уважением и тоже представился:
– Меня Рамиро зовут, но здесь меня все называют Археоптериксом или просто Риксом, – нутрий улыбнулся со скромной гордостью, показав передние зубы. Резцы походили на две жёлтые фасоли и наглядно доказывали, что их хозяин даже не подозревает о наличии в мире такой простой вещи, как зубная щетка.
– Почему? – воскликнули зайцы в один голос, немало удивленные странным прозвищем, никак не соответствующим внешнему виду его обладателя.
– А это я сам себе такое прозвище придумал, – немного застенчиво сообщил Рамиро, – слово очень красивое. «Археоптерикс» – это, наверное, ароматный, дивной красоты цветок.
Зайцы из чувства врожденной деликатности не стали разочаровывать беднягу Рамиро сообщением о том, что «археоптериксами» называли совсем несимпатичных по современным стандартам о красоте предков нынешних птиц.
Как позже выяснилось, это название нутрий вычитал в одной из книг, найденных на помойке. Слово, напечатанное крупными буквами, выглядело загадочно и роскошно. То, что было дальше написано мелким шрифтом, Рамиро, не очень-то сильный в грамоте, разобрать не смог.
– Слушай, как вы здесь живете? У вас, что дожди никогда не перестают? – спросил Пончик, которому вновь попала за шиворот холодная капля.
– Почему не перестают? Дождь здесь только днём идет. А ночью небо чистое, звёздное. Даже луна бывает. И потом мне дождь не особенно и мешает. Мы же, нутрии, непромокаемые, – пояснил Рамиро, равнодушно подставив струйкам дождя усатую мордочку.
– А почему здесь так… грязно? – осторожно спросил деликатный Худышка, не желая обидеть местного жителя.
– Если бы мы знали почему, – уныло ответил Рамиро, – раньше здесь всё по-другому было. Правда, я это время не застал, но бабушка Изаура рассказывала, что в старые времена здесь текла очень чистая, прозрачная река, было много родников, разных деревьев и цветов. Все жили в домах из белого камня с красными крышами.
– Слушай, ведь именно всё это мы и видели на экране, – шепнул Пончик Худышке, возбужденно толкнув его локтем.
– Я не заяц, а осёл, – тихо ответил Худышка, и пояснил:
– Совсем забыл, что в стране сказок время течёт совсем по-другому. Пока мы шли через экран, здесь уже всё изменилось! А я голову ломал, расчеты перепроверял. Думаю, ведь вроде правильно высчитал, а попали куда-то совсем не туда…
– Эй, о чём это вы? – удивленно спросил Рамиро, ничего не понявший из реплик братцев.
– Да, это теперь уже не имеет значения, – неопределенно махнул лапкой Худышка, – лучше расскажи, почему здесь всё так изменилось?
В стародавние времена, когда бабушки Рамиро: Изольда и Изаура, были совсем юными нутриями, в Долине Родников – именно так тогда называлось это место, всё было совсем по-другому. Бьющие из земли прозрачные ключи превращались в чудесные ручьи, весело бегущие по дну из разноцветных камней и сливавшиеся в широкую, спокойную реку. По берегам её росли крупные белые и розовые цветы с блестящими, будто отлакированными листьями. Название этих цветов бабушки за давностью лет позабыли, а Рамиро по наивности считал, что именно они и назывались «археоптериксами».
Дома в Долине Родников традиционно строили из светлого ракушечника и белоснежного известняка, покрывая крыши плитками из обожженной глины. Такими же плитками мостили и дорожки, ведущие от дома к дому, и тропинки к родникам. По рассказам старожилов, родники были живыми. С ними можно было разговаривать и в случае необходимости получить нужный совет. О родниках заботились, старательно очищая их от случайно попавших листьев, и столь же старательно обкладывая края красными кусочками обожжённой глины. Поселок, всегда был идеально чистым и выглядел очень нарядно из-за смеси ярких, веселых красок: жёлтой, красной, белой, синей и изумрудной.
Бабушки Изольда и Изаура уверяли, что все неприятности пошли от развалин старого замка, стоявшего на другом берегу реки. Замок стоял на взгорке из белоснежного известняка, заросшего ярким зелёным мхом и жёлтым лишайником. При этом сами развалины неизменно сохраняли унылый серый цвет вылинявшей тряпки, и старожилы уверяли, что даже в самые жаркие дни от них веяло холодом. Сами руины были давным-давно необитаемы, но все в Долине знали, что раньше в замке жила злобная и сварливая колдунья Грайя. Жители долины предпочитали обходить это место стороной. За много столетий все дороги к нему заросли колючими кустарниками, из которых продолжали зловеще торчать серые стены и остатки круглой башни. Старожилы вспоминали, что незадолго до неприятностей, в полном смысле слова, свалившихся на жителей Долины Родников, в узких оконцах башни стали время от времени вспыхивать странные огоньки. Среди обитателей Долины незамедлительно пополз слух, что в развалины замка вернулся призрак старой Грайи. Со страхом наблюдали они за мигающими разноцветными огнями, строго запретив своим малышам даже купаться в реке, омывавшей известковую скалу, на которой стоял замок.
В один из дней на небе вдруг появилась тёмно-фиолетовая туча. Старики рассказывали, что пришла она именно со стороны замка, быстро заслонив ослепительно синее небо. Вскоре подул ураганный ветер, и пошел дождь. Но необычный дождь. Из низкой страшной тучи на землю посыпался мусор. Буря бушевала несколько дней, а когда она стихла, Долину невозможно было узнать. Всё вокруг превратилось в свалку. Толстый слой мусора засыпал дома, деревья и цветы. Родники, которые на протяжении столетий так любили и почитали местные жители, оказались забитыми мусором и со временем превратились в топкие болотца и грязные лужи.
– А вы не пробовали всё это убрать, расчистить как-нибудь? – спросил Худышка у Рамиро.
– Пробовали. Только бесполезно это. Мусорные дожди повторяются, как минимум, раз в неделю. Так что вся работа сразу насмарку. Только и удается, что мусор в кучи сгрести, да дорожки немного расчистить, – вздохнув, сказал Рамиро. – Но, как любит говорить моя бабушка Изольда: «Нет худа без добра». Во время таких дождей продукты с неба тоже падают. Ну, там яблоки, не сильно подгнившие, морковка. В картофельных очистках недостатка вообще никогда не бывает. Из них оладьи, знаете, какие вкусные, – сказал Рамиро и облизнулся.
Пончик, вспомнив свою любимую кухню с набором разнообразнейших специй и кладовую, доверху набитую разными припасами, горестно вздохнул. Бутерброды были съедены, и к вечеру голод вновь ощутимо давал о себе знать. Идея полакомиться оладьями из картофельных очистков зайцев не прельщала, а перед мысленным взором вставала картофельно-грибная запеканка, ожидавшая их возвращения на кухне уютного, засыпанного снегом домика. Здесь, среди дождя и мусорных куч, снежная и морозная зима казалась родной, уютной, а главное, идеально чистой.