Анна Вальман – Консультант (страница 15)

— Налоговая книга. — И решив, что я тоже могу задавать вопросы, спросила, когда он завел машину и выехал на дорогу. — Как ты узнал, что я здесь?

— Я не знал. Поедем к южным воротам, Витя ищет тебя там.

Мы сели в машину, и я поняла, что мир стал кружиться, а перед глазами заплясали черные точки. Мой живот заурчал, 5и Кармайкл улыбнулся, видя, как я смутилась и прижала руки к себе, пытаясь вдавить свой желудок в позвоночник.

— Итак, я думаю, нам стоит раз и навсегда решить проблему доверия.

Не отвлекаясь от дороги, он протянул руку к бардачку и достал мой блокнот.

— Как ты нашел его?

— Правильнее будет спросить, зачем я украл его. Чтобы прочитать. Но я не нашел ничего интересного, кроме небольшой тетради, где в общих чертах была информация о резервации, поместье и физиологии вампиров.

— Это все, что мы знаем о вас.

— Это все, что ТЫ знаешь про нас. Ты приехала в машине с одним из самых презираемых людей на всех вампирских континентах, и даже не знала об этом. Он пытал и убил сотни жителей ночи, и это только те, о ком мы знаем.

— Попов? Он был всего лишь…

— Не Попов, Харель. Весь этот год он работал на лабораторию Центра исследований В-заражения. Что ты знаешь об этом? — Его слова звучали нетерпеливо, будто этот вопрос мучил его с момента моего приезда.

— Я никогда не была в лаборатории. Но я думала, они изучают кровь добровольцев… — осеклась я.

Они изучали не только кровь, но и воздействие лучей искусственного и естественного ультрафиолета, аспекты питания и пределы физических возможностей вампиров. Если бы в лаборатории находились подопытные, этот факт тщательно скрывали бы от большинства людей, чтобы не вызвать общественный резонанс. И Харель наверняка знал о вампирах больше меня. Теперь мне предстояло задать свой главный вопрос.

— Вы подстроили аварию на дороге? Но ты же сказал, что вы отправили доктора Хареля в госпиталь.

— Пришлось. Он со сломанной ногой добрался до ракетницы, и ее наверняка увидели с блокпоста. Его и водителя отправили в госпиталь. Но аварию подстроили не мы. Кто-то проник на территорию резервации днем. Мы попытались их догнать, но им удалось скрыться. Единственное, в чем я уверен: они ждали вас на дороге и попали туда до заката. — Мейстер бросил на меня взгляд, убеждаясь в том, что я начинаю ему верить. — Да, и нам Харель и Попов нужны были живыми. Галактионов был оперативником под прикрытием. Его смерть скорее всего была случайностью. А о том, что в машине будешь ты, стало сюрпризом и для нас, и для них. За день до вашего приезда нам сообщили, что юрист заболела и не приедет. — Он говорил правду, которую я не хотела признавать, ведь это означало бы, что авария могла быть подстроена людьми, чтобы не допустить объединения. Кто еще мог проникнуть за стену днем?

Кто-то в комитете саботировал делегацию и даже пошел на убийство. Теперь я понимала, почему Олав и Кармайкл просили меня не покидать дом даже днем. Люди могли проникать в резервацию под прикрытием солнечного света, но они не вошли бы в дом, рискуя разбудить его обитателей.

Мысль о том, что теперь меня, возможно, хочет убить кто-то из своих, совершенно запутала меня.

— Если люди хотят остановить процесс объединения, то зачем убивать Игоря Хареля, он давно не принимает никаких руководящих решений, он старик. Не проще убить тебя?

— Боюсь, что не все так просто. Вместо меня поставят другого. — Произнес он и, даже слегка обидевшись, добавил. — И ты похоже думаешь, что меня легко убить.

— Нет, я имела ввиду другое… — Я поняла, что сказала глупость и поспешила сменить тему. — Ты знаешь, кто в комитете может бы причастен к этому?

— Нет, но это, я надеюсь, сможешь выяснить ТЫ, если мы вернем тебя живой и невредимой.

— Что мешает им убить меня за стеной и свалить все на вас?

— У нас тоже есть свои люди на той стороне. И мы осветим твой благополучный выход из резервации в прессе. — Над верхушками деревьев появилась светлая полоса южной стены, и машина замедлила ход. От стены к нам быстро приближался Виктор. В несколько прыжков преодолев разделяющее нас расстояние, он широко улыбнулся.

— Ты заставила нас поволноваться, — сказал он, глубоко вдохнув.

Витя открыл дверь грузовика с моей стороны, и мне пришлось сесть ближе к Кармайклу, чтобы влез третий. Машина направилась к поместью.

Я тут же почувствовала холодок на своей шее и, резко обернувшись, увидела лицо Виктора рядом со своим. Он слегка касался пальцами воротника моей рубашки, но тут же отдернул руку и откинулся на спинку сиденья. Леонард на секунду взглянул на него, но ничего не сказал.

— Сегодня ты пахнешь по-особенному, — протянул Витя. — Я не заметил этого вчера, но у тебя порез на руке. Хочешь, я… — Витя хотел что-то предложить, но Кармайкл перебил его:

— Когда будешь выходить из резервации, Марина, твоя шея должна быть открыта и цела. — Он говорил это мне или Виктору? — Иначе пресса нас разорвет.

— Что насчет других частей тела? — поинтересовался Витя.

— Если ты ищешь, в кого вонзить свои клыки сегодня вечером, то езжай к Олаву на северные ворота. — Отрезал Кармайкл.

— Нет! — Услышала я свой голос. — Я хочу, чтобы он остался. Витя не причинит мне вреда, не так ли?

— Хорошо, — не скрывая недовольства сказал Кармайкл. Через пару минут мы въехали во внутренний двор поместья, где нас уже ждал Герман.

— Я заметил, что Марина ничего не ела, — сказал Герман, когда мы зашли на кухню. Мой желудок уже сводило от голода. При мысли об утренних бутербродах во рту стало мокро.

— Мы можем поговорить на кухне, пока я готовлю ужин? — я посмотрела на Кармайкла. Он вальяжно опустился на стул, и рядом плюхнулся Виктор, положив голову на руки. Герман остался стоять, облокотившись на дверной косяк и скрестив руки. Вероятно, он тоже почувствовал, что я не нанесла ментоловую мазь, но не подал виду, лишь увеличил расстояние.

— Готовь. — Ответил Кармайкл. И я, первым делом, повязала фартук, чтобы не испачкать чужую рубашку, и завязала волосы в высокий пучок, чтобы не мешали.

Открыв холодильник, я увидела отдельный отсек для хранения крови. Задержавшись на нем взглядом, я достала несколько свежих овощей и охлажденную курицу. Дата на упаковке совпадала с днем нашего приезда.

— Как вы покупаете продукты? — произнесла я, оборачиваясь и поднимая глаза от упаковки с куриными частями. Все трое сидели за столом. — Пожалуй, здесь не часто кто-то готовит.

— Мы иногда выезжаем в круглосуточный магазин в Новоселовском. Но лучше не говорить об этом никому. — сознался Кармайкл. — Это покупал я. Не то?

— Нет-нет, — я поспешила успокоить его, — все то. Спасибо, что сделал это. И я никому не скажу. О Северных воротах. Но о них рано или поздно все равно узнают, ведь так? Эта девушка, — начала я мысль, которую пыталась сформулировать еще в машине. — что она сделала не так?

— Мы думаем она работает на тех, кто организовал нападение на вашу машину. В ее сумочке был телефон. Мы нашли в нем и твое фото за ужином, но она не успела его никому отправить. — спокойно ответил Кармайкл.

Я пыталась разгадать по глазам Кармайкла, как хорошо он осведомлен о человеческих технологиях.

— Что, если она сообщит о местонахождении северного склада. Ну или они как-то отследят, где она. Вы знаете о существовании GPS-трекеров, жучков, маячков? Отслеживающее устройство можно зашить даже под кожу.

— Знаем. Мы блокируем любой сигнал на территории резервации. — Ответил Кармайкл. Так вот, почему мой телефон не работает, и никто из них не пользуется мобильным.

— Если бы у нее под кожей что-то было, Олав бы это уже нащупал. — Выпалил Витя, следя за тем, как сдвинулись мои брови. — Ауч. Тебе что нравится Олав? Ты сегодня в его рубашке.

Я повернулась, оторвавшись от нарезки овощей:

— Нравится. Но не в этом смысле…

— А я мог бы понравиться тебе в этом смысле?

— Витя… — попытался остановить его Кармайкл.

— А что? Ты умная и красивая. И я мог бы обратить тебя после всей этой истории с объединением.

— Кто сказал, что я хочу быть обращена?

— Ну ты работаешь в комитете по вампирам. Значит ты либо хочешь умереть, либо хочешь стать одной из нас.

— То, чего я хочу, это всего лишь немного справедливости в этом мире. — Отрезала я.

Задумавшись, я случайно полоснула ножом по своему ногтю. Внимательно осмотрев палец и убедившись, что пореза нет, я хотела вернуться к готовке. Но рядом со мной вдруг возникли руки Кармайкла. Он шумно встал, выхватил нож из моих рук и стал нарезать овощи.

— Когда в последний раз ты готовил?

— Никогда. Это всегда делал кто-то другой.

— Зачем им мое фото, ведь я работаю в комитете. — спросила я, чтобы побороть неловкость. Мы стояли бок-о-бок у кухонного стола. — Моя фотография есть в личном деле. И в комитете точно знали, что я еду и что я осталась жива, ведь перед ужином я разговаривала по вашему телефону с начальницей.

— Теперь, когда ты сказала это, — проговорил мейстер, отложив нож. — у меня появилось подозрение, что она не работает на комитет.

— На кого же тогда?

— На одного из двух братьев. Вопрос, на какого? — Коротко ответил Леонард, и Виктор с Германом напряженно переглянулись.

Глава 11. Тимократия

— Извините, я кое-что не понимаю, — стоя с вафельным полотенцем на плече в фартуке и на чужой кухне, я не понимала, куда, блин, делся вчерашний дрожащий от страха консультант-стажер, кто я теперь и есть ли у меня ещё моя работа, — а кто эти два больших, страшных брата, о которых идет речь?