Анна Устинова – Загадка домашнего привидения (страница 7)

– Что-то он долго, – вскочил со стула Женька. – Пойду проверю.

Минуту спустя он вернулся и, размахивая руками, выкрикнул:

– У Темки не получается!

Остальные грохнули.

– Ничего смешного, – продолжал Женька. – У него выйти не получается.

– Откуда? – осведомилась Моя Длина.

– Из туалета, – объяснил Женька. – Темка дверь не может открыть.

– Там же автоматически открывается и закрывается, – сказала Моя Длина.

– А у Темки не открывается, – упорствовал Женька.

– Не может такого быть, – возразила Школьникова. – Как только к двери подходишь, сенсорное устройство само открывает.

– А Темка сказал, что уже полчаса возле двери толчется, – пожал плечами Женька.

– Сейчас поможем, – устремился в коридор Пашков. – Меня любая техника слушается.

Остальные тоже поспешили на выручку. Дверь в туалет оказалась закрытой. С той стороны жалобно скребся Темыч.

– Ты как там? – заботливым тоном проговорил Пашков.

– Смотря с чем сравнивать, – уныло отозвался Темыч. – Не скажу, чтобы очень весело, но вообще терпеть можно.

– Чего же терпеть, когда весь туалет в твоем распоряжении! – заржал Марат Ахметов.

– Неостроумно, – ответили с той стороны.

– Не горюй. Сейчас выпустим, – заверил Лешка. – Перед Пашковым любые технические трудности отступают.

– В таком случае мне бы лично хотелось, чтобы они поскорей отступили, – сварливо изрек Темыч.

Тут к месту происшествия подоспела Антонина Васильевна.

– Неужто застрял? – полюбопытствовала она. – А я-то смотрю, занято и занято. Думала, у вашего Темы живот прихватило.

– Ничего у меня не прихватило, – внес ясность Темыч.

– И чего Зинка все этими штуками понапичкала, – запричитала бабушка Школьниковой. – Одни неудобства.

– Ничего, тетя Тоня, – заулыбался Пашков. – Сейчас откроем.

– Лешенька может, – доверчиво поглядела Антонина Васильевна на Пашкова.

– У меня с электроникой полный порядок, – заверил тот.

– Тогда открывай, – напомнил о своем существовании Темыч. – Потом с Антониной Васильевной поговоришь.

– Видимо, автоматика отказала, – с умным видом отметил Пашков. – Там, Темка, какие-нибудь кнопки есть?

– Полно, – отозвался тот. – Они все разноцветные.

– Тогда ищи красную, – скомандовал Пашков. – Красные кнопки всегда автоматику отключают.

За дверью послышалось сосредоточенное пыхтение, которое изредка прерывалось выразительными замечаниями типа: «Черт его знает. Понатыкали тут всего. Денег кучу угробили, а на деле одни неудобства».

– Ты можешь искать скорее? – поторапливал Женька. – Торт попробовать хочется.

– Мне, между прочим, тоже, – с упреком ответил Темыч. – И салат с крабами я доесть не успел.

– Будет тебе салатик, – ласково проговорила Антонина Васильевна. – Как вылезешь из туалета, отдельно подам.

– Нашел, – сказал Темыч.

– Салат с крабами? – засмеялся Ахметов.

– Нет, кнопку, – не разделил его веселья Темыч.

– Тогда нажимай, – распорядился Пашков. – Сейчас откроется, – окинул он горделивым взглядом всю компанию.

Но дверь не открылась. Зато изнутри раздалось свирепое шипение, а следом за ним послышались истошные вопли Темы.

– Ты там чего? – участливо обратился к нему Пашков.

– Ничего, – услыхали ребята сквозь шум бормотание Темыча. – Я теперь весь мокрый. И вода хлещет из крана.

– Жми ее снова! – крикнул Пашков.

– Кого? – не дошло до Темыча.

– Кнопку! – кричал Пашков.

– Он кран над раковиной поставил в режим душа, – объяснила Моя Длина. – Теперь весь будет с ног до головы мокрый.

– Жми на синюю! – велел Пашков.

Шум прекратился. Дверь отворилась. Друзьям предстал совершенно мокрый Темыч.

– Эк тебя угораздило! – посочувствовала Антонина Васильевна.

– Настоящий большой индейский вождь «Сухое тело», – вспомнилась Кате реклама детских подгузников.

– Пошли, – поманила Темыча в ванную Моя Длина. – У нас тут есть устройство, чтобы сохнуть без полотенца.

– Нет уж, лучше я мокрым побуду, – не хотел больше связываться с электроникой Тема. – Хватит с меня этих кранов, которые разворачиваются и прямо в морду.

Но Темыча все-таки запихнули в ванную, и десять минут спустя он, уже совершенно сухой, уплетал в столовой праздничный торт, который оказался удивительно вкусным. Каждый из присутствующих съел по три куска.

– Я сейчас лопну, – первой откинулась на спинку стула Катя.

– Ничего, – отвечала Моя Длина. – Музыку врубим, попрыгаем и все растрясется.

– Сразу после еды танцевать вредно, – вмешался Темыч. Сам он никогда не танцевал, но терпеть не мог, когда Катю приглашали другие мальчики.

Катя намеревалась ответить Теме очередной колкостью, но не успела еще открыть рот, как из дверцы массивного буфета без чьей-либо посторонней помощи с грохотом вылетело огромное блюдо.

– Что такое? – вбежала в столовую Антонина Васильевна. – Ох, жалость какая! – увидав осколки на полу, всплеснула руками она. – Зинкино любимое! То ли прошлый век, то ли позапрошлый. Ну, ничего. Еще купит.

Она подмела осколки и удалилась.

– У тебя что, Машка, полтергейст завелся? – с изумлением взирал на раскрывшийся сам собою буфет Женька.

– Точно! Барабашка! – подхватил Марат Ахметов.

– Между прочим, ничего смешного, – ответила Школьникова. – У одних материных друзей барабашка пожары устраивал и все в доме переломал, пока…

– Пока что? – проявил интерес Тимофей.

– Женщину вызвали одну, – продолжала Школьникова. – Мастера по белой магии. Она определила призрака. Он почему-то никак не мог на тот свет попасть. Ну, а эта женщина, белый маг, ему помогла. Теперь материны друзья живут спокойно.

– Глюки у твоих материных друзей, – с пренебрежением произнес Марат. – Пусть побольше качаются на тренажерах, тогда никаких призраков и не будет являться.

– Все в этом мире бывает, – возразил Олег.