Анна Томенчук – Ее тысяча лиц (страница 12)

В дверь постучали. Грин посмотрел через плечо и встретился взглядом с черными глазами молодой девушки. Она заглянула в кабинет, смущаясь, но не теряя лица.

— Офицер Розенберг, — отозвался Карлин. — Входите, входите. Это детектив Аксель Грин. Детектив, это Адарель Розенберг, моя ученица.

— Добро пожаловать в следственную группу, Розенберг, — отозвался Грин и вернулся к созерцанию портрета. — Что думаете?

— Доброе утро. Детектив. Доктор.

Аксель услышал, как она закрывает за собой дверь и идет по кабинету. До него донесся тонкий цветочный аромат духов.

Грин не любил цветочные запахи. Они создавали иллюзию невинности и чистоты.

Ада опустилась на один из стульев, достала папки с бумагами и блокнот с остро заточенным карандашом. Аксель вернулся, опустился в кресло и наклонился вперед, уперев локти в столешницу.

— Ты хочешь начать обсуждение или дождемся коллег? — спросил Марк.

Интересно, он осознанно или бессознательно защищает ученицу от Грина? Аксель посмотрел на часы. И в это мгновение в дверь снова постучали. Кор и Тресс заняли свои места. Артур поставил перед коллегами чашки с кофе, Кор раздал всем копии предварительного отчета о вскрытии. Грин молча кивнул, принимая и то и другое, и поспешно открыл документ. Открыл раньше, чем сделал глоток кофе. Но вместо того чтобы прочесть, поднял глаза и встретился с карим взглядом Марка Карлина. Профайлер выглядел озабоченным, и Аксель медленно опустил папку на стол. Взял стаканчик с кофе.

— Доктор Даниэль Кор — руководитель отдела судебной экспертизы. Артур Тресс — руководитель отдела криминалистической экспертизы. Кстати, с повышением. Адарель Розенберг — ученица Карлина. Доктора Карлина вы все знаете. Теперь, когда с формальностями закончено, — продолжил он, не дожидаясь, пока все посмотрят друг на друга и кивнут, при этом на Кора Адарель не смотрела, — предлагаю не терять время и начать работу. Приказ о вашем включении в группу будет подписан сегодня. Доктор Кор, благодарю вас за то, что пришли. Обычно ваша братия не вылезает из морга и с мест преступления.

— Каждый нуждается в разнообразии, — сказал судмедэксперт, старательно отводя глаза от стажерки, и улыбнулся. — К тому же ситуация занимательна.

Грина эта холодная война взглядов раздражала, но поднимать вопрос о том, почему между очередной стажеркой и матерым сотрудником управления, который старше ее в два раза, пробежала кошка, он не собирался. Все его мысли, силы, намерения, все его устремления сейчас связывались с расследованием, пробуждая того самого Грина, которого так высоко ценило руководство. Если чужие ссоры начнут влиять на работу, он вмешается.

— Ну, порадуй нас, Даниэль, — ухмыльнулся Тресс, делая большой глоток кофе. — Что ты раскопал?

— А вы просветили дом люминолом? — задал встречный вопрос Кор. — Нашли пятна крови?

— Нет. — Артур покачал головой с некоторым сожалением. — Сегодня, скорее всего, к вечеру. Наши там еще работают. Дом огромный. Почти полная копия того, в котором вы нашли первых жертв Инквизитора.

Карлин поднял на него задумчивый взгляд.

— Опять особняк, опять старая половина, опять инсталляция, — сказал он.

— Инсталляция, да не та, — с мягкой улыбкой возразил криминалист. — Да и ремонт в доме другой — современный. Мы запросили инженерные документы, схемы дома у фирмы-владелицы. На вид ремонту не больше пары лет. Следов естественного износа нет — делаю вывод, что на постоянной основе здесь никто не жил. На месте преступления обнаружен рекламный буклет, дом сдавался для фотосессий и высокопоставленных гостей: политиков, деятелей искусства и науки. Общая площадь — чуть меньше тысячи квадратных метров. Два этажа. За минувшие неполные сутки мои люди успели собрать материалы только с трети пространства. У нас сотни отпечатков пальцев, образцы волос. Мы должны закончить первый этап работы, каталогизировать улики — и только после этого начнем заливать дом люминолом. Тут еще вопрос, даст ли Старсгард согласие на полное исследование всей тысячи квадратов. Надо локализовать поиски.

Грин потер переносицу.

— Задача ясна. Спасибо. Доктор Кор, что скажете?

Судмедэксперт без улыбки посмотрел на детектива. В отчет заглядывать он не стал, даже папку не открыл.

— Женщина, сорока — сорока пяти лет, белая, волосы светлые, глаза голубые. Причина смерти — асфиксия. Так как на шее нет повреждений, предположительно убийца задушил ее подушкой или чем-то похожим. Тело жертвы тщательно вымыто с использованием геля для душа с оливковым маслом. На ней нет волокон, жировых выделений, нет посторонней ДНК. Она девственно чиста. Следов насилия нет, при этом у жертвы в последние сутки, предположительно, был половой акт, после которого она не принимала душ. Во влагалище найдены подсохшие следы естественной смазки, и предполагаю, что спермы. Образцы отправлены на экспертизу. На волосы нанесен фиксирующий лак. Кожа лица обработана с помощью тоника. Лицо срезано неумело с врачебной точки зрения, но поразительно ловко с точки зрения обывателя. Скорее всего, убийца тренировался, но он точно не врач.

Грин же думал о другом. С кем Анна могла быть близка за сутки до смерти, то есть сразу после интервью? Черт, придется вызывать Лорел на допрос. Или побеседовать с ней неофициально? Вряд ли журналистка обрадуется подобному вниманию со стороны полиции.

— Что вам удалось узнать? — спросил Кор, закончив свой краткий отчет.

Грин знал, что еще несколько дней лаборатории и судмедэксперты будут проводить с телом экзекуции, перепроверять предварительные результаты, ставить под сомнение каждое произнесенное сейчас слово — и по мере подтверждения или опровержения информации выдавать тезисы следствию.

— Нам удалось предварительно установить личность жертвы, — заговорил Аксель. — Это необходимо подтвердить. По моим данным, жертва — Анна Перо, психотерапевт из Франции. Предположительно, приехала в город с целью посещения профильной конференции и открытия филиала своей ассоциации. — Он указал на портрет. — Если это действительно Анна, ей сорок пять.

— Всем бы выглядеть так в сорок пять, — впервые за все время планерки подала голос Адарель. — За один только внешний вид ее могли убить — те, кому не так повезло. В сорок пять выглядеть на двадцать пять — надо уметь, а на портрете безукоризненная, безупречная женщина. За это ненавидят.

— Настолько, чтобы срезать кожу лица? — спросил Карлин, опережая вопрос Грина.

Кор внимательно смотрел на Адарель. Прямым, несгибаемым, немного потерянным взглядом человека, которому очень много хочется произнести вслух, но по какой-то причине он не может.

— Да, — почти с вызовом ответила ученица, почему-то уставившись на Грина. — Конечно. Вы не понимаете значение внешности. Женская красота возведена в культ. А зависть — одно из самых сильных чувств, когда-либо доступных человеку.

— Значит, вам и поручим выяснить, с кем общалась Анна Перо в Треверберге, — вступил Грин. — Определите ее круг общения, узкий и широкий, связи; кем мог быть мужчина, с которым она провела ночь перед смертью. Артур, мне нужны данные от криминалистов: пальчики, улики — все. Сколько вам нужно времени? Доктор Кор, от вас прошу одно — анализ ДНК. Я уверен, что личность установлена, но одной уверенности мало, нужны подтверждения. Я допрошу человека, который общался с Анной накануне смерти. Нам нужна ее полная биография и поминутный план последних суток.

— Еще токсикология нужна, — мрачно отозвался Кор. — Не успели.

Аксель кивнул.

— Да. Коллеги, планерка закончена, занимайтесь своими делами. Звоните, если понадоблюсь. Но лучше приходите с конкретными результатами.

Все, кроме Марка, ушли. Карлин всегда оставался. У него был свой кабинет, но во время расследования профайлер старался держаться рядом с Грином. Особенно если чувствовал, что что-то не так: с детективом, или с делом, или вообще. Они помолчали минуту, посмотрели друг на друга. Марк несмело улыбнулся, но Аксель остался серьезен.

— Что тебя с ней связывало? — напрямую спросил Карлин.

Аксель разозлился.

— Ты ведь не отстанешь?

— Я вижу, что с тобой что-то не так, и хочу помочь.

— Знаешь, что со мной не так? — взорвался Грин. — Мирдол пришла в себя.

— Я это знаю… — осторожно начал Карлин.

— Но ты не знаешь главного. Баррон заявила, что у нее расщепление личности. Как это по-научному? Диссоциативное расстройство идентичности. И знаешь, в чем ирония судьбы? Якобы личность Эдолы скрылась. Умерла, пропала, затаилась. А вот личность мифической Энн Лирны жива и вполне себе соображает. Знаешь, что она сказала мне? — Голос детектива опустился до свистящего шепота.

Обескураженный Карлин попытался вставить слово, но Аксель не позволил, резко подняв руку ладонью к нему.

— Она сказала, что любит меня. И что она не убийца. И что всю жизнь страдала от провалов в памяти. Как чертов Билли Миллаган.

— Прости, — чуть слышно пробормотал Марк. — Я не знал.

Аксель посмотрел ему в глаза, чувствуя одновременно облегчение и стыд. Он не хотел лгать другу, но понимал, что до последнего не имеет права рассказывать о своей связи с Анной. Даже Карлину.

Взяв со спинки стула пиджак, Аксель надел его, расправил складки, поправил манжеты и воротник рубашки и глянул на себя в зеркало. Чертов щеголь. Эта стрижка придавала ему аристократичный вид, хотя Грин считал себя человеком, максимально отдаленным от всего, что связано с высшим светом. Он взбил пальцами челку, добавляя волосам неряшливости, удовлетворенно кивнул и вышел из кабинета, не смотря на Карлина.