Анна Томченко – В разводе. Тост за бывшего! (страница 4)

— Ты вот так готов довериться незнакомой теткё, Миш? Ты больной? Мы даже брачный контракт подписать не сможем, потому что палево!

— Ну а что ты мне сделаешь? Сломаешь посудомойку? Фигня. Ни мое наследство, ни твоя собственность под раздел имущества не попадёт. Детей общих нет. Осчастливим старушку, проводим в последний путь, я погорюю, ты поддержишь, очухаюсь — и мы с тобой снова в ЗАГС, за разводом. С погрешностью на реальные формулировки в закрытом конверте, разумеется. Ну огонь же.

6. Миша

Ну кто бы сомневался, что машинка-пигалица, припаркованная рядом с моим крокодилом, это тачка моей будущей жены? Идеальный вариант спутницы, я же чувствую, что идеальный. Хоть прям в церковь сходи, поставь благодарственную свечку. Интересно, у нас есть святой, поддерживающий мутные аферы?

— Серьезно, Господи, спасибо. Без тебя тут не обошлось, — вслух говорю я и выезжаю в сторону офиса. Там уже точно потеряли Сеньора Помидора. Да, так меня зовут и в офисе, и на заводе. Бабушка пошутила, когда я ещё пацаном зеленым ей помогал на рынке ящики с томатным соусом таскать и торговался с азербайджанцами про оптовую цену на овощи. Так и приклеилось. Уже давно не пятнадцать, а всё троллят.

Перед Машей я могу, конечно, долго хорохориться, что вся происходящая дичь организуется мной исключительно из любви к умирающей старушке, но риски для завода, связанные с возможным приходом к власти Димасика — это реальная болевая точка. Потому что его бизнес-фокус — эффективные продажи — это только половина дела.

Нет, Димка — персонаж полезный. Талантливый рекламщик, фактически сделавший нашу торговую марку и не мытьем, так катаньем протащивший её на плотное конкурентное поле. Локальному бренду, начавшемуся с бабушкиной кухни и точки на рынке, пусть и выросшему до приличного пищевого производства с востребованной продуктовой линейкой, не тягаться с зарубежными и даже федеральным и гигантами. Узнаваемость есть — уже победа. Но стать следующим дядюшкой Бенцем мне даже чудо не поможет.

Тем более, сегодня одно чудо уже случилось. Машенька. Морько.

Кстати о Машеньке. Чем она лучше и разумнее меня — так это тем, что обезопасилась, сразу пробила мою подноготную. Честно и в лоб. С одной стороны, получилась эдакая демонстрация силы, с другой — я теперь почему-то уверен, что она партнёр, а не серая лошадка со своими целями. Если бы задумала меня нахлобучить — пробила бы втихушку. Но мне все-таки придется побыть сталкером на минималках — хотя бы потому, что давать невестушке опцию одуматься и отказаться в мои планы не входит. Начинаем осаду.

— Анатолич, приветствую, — звоню начальнику ЧОПа, который охраняет мои объекты. Старый служака, конечно, не хакер какой, но знакомства имеет и болтать не будет, особенно с Димкой, не те у них отношения. — Дело есть, серьезное. Личное. Невесту мою сможешь пробить? Ну да, невесту. Да давненько уже. Долгая история… просто она разводится, имущество делит, не светились нигде. Угу. Но ты ж меня знаешь, я параноик со стажем. Прежде чем за кольцом поеду, хочу досье собрать. Девушка отличная, просто подстраховаться. Ну, вдруг я влюблённый идиот? Выручай, короче.

«Каналы» Анатолича напомнили о себе только к четырём часам дня. Смотрю на личное дело, вспоминаю, ради чего его запросил — хотел отправить Маше вдогонку букет, а рабочим адресом у неё самой не поинтересовался.

Блин. Вот поэтому я и не завожу отношений: ну просто органически не способен держать в своей голове и миллион рабочих задач, и женщину. Тут бы поесть не забывать, уже достижение.

Заказываю букет и эклеры, теперь уже на домашний адрес. Если Морюшко такая трудоголичка, как я думаю, то раньше восьми вечера она дома не появится. А еще там двое детей-троглодитов. Добавляю в заказ еще три порции пасты. С томатным соусом, разумеется, этот ресторан закупается у нас, можно доверять.

Вроде бы все. Букет — для видимости романтики, раз уж за нами наблюдают. Записку к нему — для мотивации. Эклеры, потому что Машка — сладкоежка. А горячее — потому что нет для истинного трудоголика партнёра ценнее, чем тот, который бросит в него едой, когда силы на исходе. Идеальный капкан.

Переписки в течение дня, конечно, не моя тема, но вечером надо будет как-то поднапрячься. И не забыть позвать её на свидание ко мне домой. Пусть осмотрит территорию своим женским взглядом и решит, как мы все разместимся и что понадобится для правдоподобия и успеха операции.

Ну, Морько, держись. Запомни, если я хочу с кем-то запартнёрится — от меня не убежишь.

7. Маша

На открытке в букете написано «Ничего не бойся, мы — лучшая команда». Пасту схомячили за пару минут. Вкусно.

Сижу, жую эклер, реву в три ручья.

Надо какое-то благодарственное сообщение написать, но у меня в голове только одно: впервые за последние пять лет мне подарили цветы. И это не поклонник, не любовник, а… партнёр. Вот теперь так будет всегда. Мне сорок два. Это, собственно, все. Дальше шансы на романтику в моей жизни стремятся нулю.

На работе мне и так периодически приносят благодарственные «веники». А вот как женщине… У Славы это было: «Ну тебе же самой не надо, твой встроенный калькулятор в голове считает, сколько они стоят в закупке и насколько я тебя сегодня оценил!». Да, сама виновата, я ему как-то выдала порцию негодования за чахлый букет из супермаркета. Не столько обиделся, конечно, сколько удачно воспользовался поводом пожизненно съехать с покупки цветов даже на обязательные дни рождения. С тех самых пор — только хризамтемки от коллег.

И теперь вот какие-то роскошные кактусы от Миши. Погуглила. «Королевская протея». Ну да, тоже не романтика никакая, игра на публику. Так, хватит, Море, не реви! Чем плохо? Никто не знает, что это ненастоящее внимание.

Соблазнять его, конечно, в моей ситуации смешно: во-первых, я уже и не помню, когда в последний раз флиртовала. Чувствую, если попытаюсь, выйдет что-то вроде поручика Ржевского: «А у меня дома барабан, пошли перепихнёмся». Ну или как Славка с его «чих-пых». Бюэ. Не хочу так. Пусть идёт как идёт. Подкатит — отказывать не буду. Когда я ещё такой экземпляр пощупаю на законных основаниях? Но сама первая не полезу. Я в конце концов, девочка. Просто подрощенная. С кольцами Венеры на шее.

А если пристанет, а я не готова? Надо бы обновить маникюр-педикюр-эпиляцию. А если наоборот, я готова, а он не пристанет?! Я же себя сожру потом за тупость, раскатанную губу и лишние надежды.

Ловлю себя на мысли, что хочется ему… нет, не «соответствать». А просто быть кайфовой для него. Чтобы кожа — гладкая, бархатная. Лобочек голенький. Запахи — манящие. Бельё — красивое.

А для Славика ты хотела быть кайфовой? Хотя бы много лет назад?

Нет, никогда, Машка. Ты сама в этом браке много недоделала. Не один только горе-муж во всём виноват.

Записываюсь в салон на полный комплекс услуг. Чего тянуть-то, прямо на завтрашний вечер. Переживут все, если я разочек уеду с работы в пять часов вечера, как нормальные «конторские». Сегодня утром ведь как-то дождались, никто не помер и туалетную бумагу вместо партии кисломолочки не заказал.

Так. Вдох-выдох, Море. Ты не несчастная одинокая принцесса. Да, Вселенная не отсыпала тебе великой романтической любви. Но она дала — вот прямо сегодня, не отходя от кабинета адвоката — лучшего игрока на этой шахматной доске. И он играет за тебя. Ты поможешь ему. Он — тебе. Ты обеспечишь детей лучше, чем планировала, потому что появится шанс купить им собственное жильё и не пахать на это до глубокой, немощной старости. Если отыграешь свою партию на пять с плюсом, у тебя появится шикарный друг, с которым можно будет общаться без купюр и неловкости ещё много лет — по крайней мере, до тех пор, пока его не окольцует какая-нибудь предприимчивая силиконовая охотница за миллионерами, не сильно трепетно относящаяся к редким знакам внимания.

А ещё, Маш, ты по-настоящему кайфанешь. Нет, не за счет гипотетических оргазмов. А за счёт вот этого удивительного чувства братского плеча, которое ты словила сегодня на крыльце юридической фирмы. Как будто вы перекидывали воланчик через сетку, но цель была — не загасить противника, а как сделать на двоих как можно больше ударов и растянуть цепочку до бесконечности. Чистый восторг.

Моё Моречко: «Спасибо за ужин. Соус «от Бабы Лены» семейство оценило».

Мой Консерватор: «На здоровье. Знал, что тебе были нужны макароны, которые готовила не ты».

Моё Моречко: «Ага. Если я соглашусь на брак, то у тебя будет жена, которой самой нужна жена».

Мой Консерватор: «Домработница у меня есть, с остальным — разберёмся. Целуй давай»

Моё Моречко: «У тебя под окном Димкина тачка? Тогда срочно целую».

Мой Консерватор: «Проверил. Горизонт чист. Давай завтра встретимся? У меня. Расскажем друг другу кучу баек, чтобы не облажаться на субботнем юбилее. Заеду часов в девять, раньше не получится. Норм?»

Моё Моречко: «Норм, раньше точно не успею. Вечером у меня наведение красоты».

Мой Консерватор: «Выходи за меня, идеальная женщина. Я настаиваю».

И так вот хочется написать «Я согласна», но что-то мешает. А что — не пойму. Даже вон детям могу сказать «мама выходит замуж» хоть сейчас. А ему — не могу. Опять почему-то плачу. Слёзы, а ну-ка, всосались обратно!