Анна Толстопятова – Пересечение (страница 2)
Она не боялась. Это было другое. Её тело вело себя так, будто она входила не в пространство, а в чужой разум – осторожно, стараясь ничего не задеть. Подъезд был узким, с облупившейся краской на стенах и мутным окном на площадке между этажами. Свет из него падал неровно, полосами, как если бы кто-то нарочно разрезал воздух на части. Она шагнула внутрь, и дверь за спиной закрылась с глухим, окончательным звуком. Этот звук почему-то показался ей слишком громким. Запахи сразу усилились, словно подъезд не любил, когда его покидают быстро.
Арта подумала, что если бы ей пришлось описывать это место кому-то другому, она бы не смогла. Не потому, что оно было необычным – наоборот, оно было слишком обычным. Таких подъездов в городе были сотни. Тысячи. Но именно здесь ощущение было иным: как будто каждый запах был не следствием времени, а результатом чьих-то решений. Девушка медленно пошла вперёд, держась ближе к стене. Под ногами скрипел пол – не громко, а устало, словно предупреждая: я помню, сколько людей здесь прошло. Пахло пылью, тяжёлой, осевшей. Старыми газетами, забытыми в далеком углу чердака. Нотка чего-то лекарственного – едва уловимо, как остаток йода или настойки, которая давно выветрилась, но оставила след.
Арта остановилась на первой площадке и огляделась. Ничего особенного. Почтовые ящики с облезлой краской, на одном – наклейка с рекламой акции, что закончилась в прошлом году. На подоконнике – след от цветочного горшка, которого здесь уже не было. Запах земли – сухой, почти пепельный. Ей опять стало неловко, как будто она не входила в подъезд, а вторгалась в чужую память.
Она подумала о слове «моё» и тут же от него отказалась. Это не было её. Даже если формально – да, даже если по крови, по фамилии, по семейной логике. Здесь всё говорило о другом: о том, что она здесь временно. Что она здесь – по разрешению, а не по праву.
Поднимаясь выше, она заметила, как запахи меняются. Чем выше этаж, тем меньше сырости и больше чего-то домашнего: старого мыла, прогретого дерева, выветрившегося табака. Но вместе с этим появлялось ощущение плотности, словно воздух становился тяжелее. Арта поймала себя на том, что дышит поверхностно, как человек, который не хочет вдыхать слишком глубоко.
Но тело не соглашалось. Оно фиксировало детали без разрешения: трещину в стене, из которой тянуло холодом; пятно на потолке, похожее на разлившуюся тень; запах горячей пыли от лампочки, которая горела здесь слишком долго. На площадке нужного этажа она остановилась снова. Здесь пахло иначе. Чище. Но не свежо – скорее, аккуратно. Запах был похож на тот, что остаётся в комнатах, где всегда всё лежит на своих местах. Где ничего не делается наспех. Арта почувствовала, как внутри поднимается знакомое сомнение. То самое, которое приходило к ней в последние месяцы всё чаще. Сомнение не в происходящем, а в себе. В том, что она опять видит больше, чем нужно. Или меньше, чем следует.
Она подумала:
И тут же добавила:
Свет из окна упал ей на руку, выхватив из полумрака тонкую полоску кожи. На мгновение ей показалось, что этот свет здесь не случайно. Не как знак – нет. Как напоминание о том, что даже в таких местах что-то всё равно видно. Арта выдохнула. Запахи никуда не делись. Они просто приняли её присутствие. И этого оказалось достаточно, чтобы она поняла: назад она уже не вышла той же самой. Дверь открылась не сразу. Арта стояла перед ней чуть дольше, чем требовалось, разглядывая узкую полоску света, просачивавшуюся из-под двери. Свет был тёплым, домашним – и от этого ещё более чужим. Он не звал, не предупреждал, просто существовал, как факт: здесь кто-то живёт, здесь продолжается жизнь, в которую она сейчас вмешается.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.