Анна Тивен – Я вижу вас насквозь (страница 1)

Анна Тивен

Я вижу вас насквозь

Пролог

Холодный свет ламп наполнял анатомический зал ровным, безэмоциональным сиянием. Металлические столы, стерильные инструменты, легкий запах формалина и резины – эта обстановка была мне странно комфортна. Мой рабочий день только начинался, но я знала, что до вечера останусь наедине с тем, что уже давно ушло из мира живых. И это меня устраивало.

Я аккуратно натягивала латексные перчатки, обдумывая план работы на сегодня. Сначала судебно-медицинский случай – мужчину нашли на окраине города, причина смерти неясна. Затем несколько плановых вскрытий для уточнения клинических диагнозов. Стандартная рутина, лишённая спешки. Я любила свою работу за отсутствие суеты.

Скальпель лёг в мою руку привычно, как будто слился с ней. Я замерла на мгновение, вслушиваясь в мягкий гул вентиляции, и невольно улыбнулась. Тишина здесь была иной – она не давила, не требовала ответа. Это было как раз то, чего мне не хватало в шумном, кипящем мире живых.

“Вот поэтому я здесь”, – подумала я.

Я всегда знала, что интроверт, хотя мои родители, друзья, а позже и муж настаивали на обратном. Мою уравновешенность часто принимали за общительность. Я умела выслушивать, отвечать, даже шутить в нужный момент. Но этот “социальный танец” изматывал меня. Мне было легче с мертвыми, чем с живыми. С ними не нужно было поддерживать разговор, бояться сказать что-то лишнее или казаться не той, кем я была.

Скальпель начал свою работу. Моя рука двигалась уверенно, почти механически. Мышечная память делала свое дело. Во время учёбы я поначалу волновалась: смогу ли выдерживать день за днем такой контакт с неизбежностью смерти? Но оказалось, что сама процедура, сосредоточенность на деталях – это словно медитация. Смерть здесь была не ужасом, а задачей для решения. И я была тем человеком, кто помогал найти ответы.

Я не считала себя странной или больной из-за выбора специальности, как многие думали. У меня нет профессиональной деформации или я еще не успела ее заработать, ведь я только недавно защитила специализацию.

Я выросла в потомственной семье врачей и у меня не было сомнений, какой путь выбрать. Единственное, что повлияло на меня, это фраза как-то сказанная дедушкой. Не знаю кому она принадлежала изначально, но это и не важно. “Врачи мало знают и мало могут, хирурги мало знают, но много могут, а патологоанатомы много знают, но уже ничего не могут.” А так как я всегда любила учиться, то конечно же мне хотелось оказаться в рядах тех, кто много знает.

– Гематома… – пробормотала я тихо, фиксируя первые выводы. Мой голос эхом отразился от кафельных стен.

“Интересно, когда я вообще последний раз разговаривала с кем-то всерьез?” – промелькнуло у меня в голове.

Последний серьёзный разговор был, пожалуй, с Антоном. Мой бывший муж был хорошим человеком – добрым, понимающим, но, как оказалось, слишком живым для меня. Он любил путешествия, громкие компании, разговоры за бокалом вина. И хотя в начале наших отношений эта разница казалась нам обаятельной, через три года всё превратилось в молчание. Не комфортное, а натянутое. Мы разошлись без скандалов, почти с благодарностью друг другу.

– Ты просто другой человек, Инга, – сказал он мне в последний вечер, собирая вещи. – И это нормально. Я просто не могу быть с тобой, когда ты так далеко от всех.

Я не стала спорить. Он был прав. Мне действительно проще одной.

Я сделала пометку в журнале и поставила новый образец на гистологию. Пожалуй, единственное, о чём я жалела, это о том, что никогда не имела настоящих подруг. Знакомства, коллеги – да, но чтобы кто-то, кому можно было позвонить посреди ночи? Таких людей в моей жизни не было. Я винила себя за это. Неужели нельзя было найти хотя бы одного человека, который бы разделял мой мир? Или это я сама никого не подпускала?

Я отложила скальпель и стянула перчатки. На часах было почти полдень. В анатомическом зале стало теплее от солнечных лучей, пробивавшихся сквозь матовые окна. Я сделала несколько шагов в сторону раковины, чтобы помыть руки, и вдруг остановилась. На мгновение я почувствовала тяжесть в груди – не физическую, а что-то вроде тоски.

“Мне почти тридцать, и я одна. Совсем одна”, – подумала я. Но затем мой взгляд упал на лежащие на столе медицинские записи. Вспышка эмоций угасла так же быстро, как и появилась. Работа всегда спасала меня.

Я вернулась к столу, надев свежие перчатки. Ещё один скальпель, ещё один надрез. В зале снова воцарилась моя любимая тишина.

Спустя несколько часов продолжительной работы, выйдя с работы, я медленно брела в сторону дома. Я часто преодолевала путь на работу и обратно пешком, если погода позволяла. Всего полчаса пешком, но это помогало привести мысли в порядок и найти решение назревшего вопроса или проблемы.

Зайдя в свой двор я вдруг заметила странный эффект: когда я смотрела на тень многоэтажного дома, казалось, что она слишком чёрная, как будто за ней ничего нет. Из любопытства я протянула руку, и мои пальцы исчезли в темноте. В панике я отдернула их назад – они на месте, целы.

Я почувствовала, как в груди что-то проваливается.

Я медленно шагнула назад, боясь сделать лишнее движение… но вдруг кто-то толкнул меня вперёд.

Глава 1

Нет ощущения удара. Или падения. Просто тишина.

Пространство вокруг – вязкое, тёмное, без горизонта. Я парила, не чувствуя веса.

На миг мне показалось, что я слышала голоса, обрывки фраз, словно кто-то говорит сразу на всех языках мира.

– Инга, 29 лет, не замужем, детей нет, врач по призванию. Все верно? – услышала я громкий голос. По этому голосу сложно было что-то понять, ни пола, ни возраста.

– Да. Кто вы? Где я? И что происходит? – зачастила я с вопросами.

– Как много вопросов. Но у нас мало времени, поэтому отвечу на самые часто задаваемые. Я демиург мира Люксар. Мой мир и твой соприкасаются примерно раз в сто лет. В это время в наш мир попадают такие как ты. Не всем удается выжить при переходе, а также многие не справляются с новой жизнью в новом мире.

– То есть я попаданка? Никогда не любила этот жанр литературы, – в шоке сказала я.

– Называй себя как хочешь, от этого ничего не изменится. Не перебивай меня, сначала дослушай, – устало произнес голос. – Мой мир магический, без магии там жить очень сложно. Ваш мир технологический, поэтому шанс не велик, что у тебя раскроется какая-либо магия. А мои создания совсем не великодушные и не хотят особо помогать новоприбывшим. Поэтому я решил раздавать дары, это даст вам небольшой шанс лучше устроить свою новую жизнь. Независимо от того раскроется у тебя магия или нет, дар останется с тобой.

– У меня будет какая-то миссия? – задала я самый глупый вопрос.

– Никакой миссии. По сути, вы там не нужны, вы попадаете в мой мир по воле случая, вам никто ничем не обязан, как и вы никому ничего не должны.

– Что насчет языка?

– В моем мире один язык, ты получила его знания автоматически при переходе. Выбирай дар, – поторопил голос.

– Я могу выбрать любой дар? – спросила я, лишь бы спросить, так как в голове мало что укладывалось.

– В пределах разумного.

– А… – начала я.

– На вопросы нет времени, ты не одна. Выбирай дар.

– Хочу видеть людей насквозь, – сказала я первое, что пришло на ум.

– Принято, – услышала я в ответ.

Потом – резкий выброс. Вспышка.

Не успела я ничего понять, как почувствовала, что стою в тишине. Открыв глаза, я увидела пустую комнату с безликими серыми стенами, в ней были только деревянная дверь и одинокая кушетка. Подойдя к кушетке я обнаружила серый балахон и что-то напоминающее балетки.

Еще плохо соображая, я медленно опустила взгляд на свои ноги. И мне сразу стало понятно, зачем нужен балахон. Я была абсолютно голая. Все мои вещи – сумка, одежда – исчезли. Зато отпал еще один стереотипный вопрос про попаданство. Да, это было мое тело. Этот шрам на коленке я не спутаю ни с чем.

Медленно надевая балахон, я пыталась привести мысли в порядок.

Итак, на данный момент мы имеем:

Я случайно попала в другой мир, где такие как я никому не нужны. И мне придется очень сильно постараться, чтобы наладить свою новую жизнь.

Я в своем теле, что очень радовало, так как я считала, что мне очень повезло с внешностью. Не красавица, но довольно милая особа с каштановыми длинными волосами, зелеными глазами и курносым носиком. Ростом не вышла, но все мои 160 сантиметров идеальны для меня.

У меня теперь был дар. Как им пользоваться? Хоть бы инструкцию приложили! И почему я попросила именно это? Видимо, моя жажда лучше понимать людей и найти близких друзей давала о себе знать.

Закончив с балахоном, я медленно подошла к двери. И что теперь? Было очень страшно открывать ее. Как будто после этого весь этот бред станет реальностью, а пока я находилась в какой-то прострации и мне казалось, что это всего лишь глупый сон.

Но долго мне мучиться в раздумьях, открывать или не открывать эту дверь, не позволили. Раздался стук дубового кулака по хлипкой двери. Ну или мне так показалось от страха.

– Ты там оделся? Выходи давай, – грубо крикнули за дверью.

Поняв, что долго прятаться в комнате совсем не вариант, я осторожно приоткрыла дверь. Выглянув в образовавшуюся щель, я увидела крупного мужчину в необычной для моего мира одежде. Брюки и рубашка были довольно привычны, но вот высокие кожаные сапоги и мантия явно выдавали человека из другого мира. У него были длинные седые волосы, но на лице ни единой морщинки, что затрудняло определение возраста.