Анна Тихонова – Рассвет новой жизни (страница 4)

– Мы едем обедать, покушаем и я тебя отвезу, куда скажешь. Заодно скажу, куда отправить фото и что написать.

– Хорошо. – ответила я.

Мы пообедали в небольшом кафе, я подробно все записала.

– Вероника, я могу попросить еще и эти фото записать на диск и распечатать? – спросил Нарилов.

– Конечно, Алексей Викторович. отозвалась я, не отрываясь от записей.

– Скажи, что я должен тебе за работу?

Я подняла взгляд от блокнота и внимательно посмотрела сначала на него, потом на Игоря Васильевича и серьезно сказала:

– Всего на всего Ацтека.

Игорь Васильевич рассмеялся и, толкнув Нарилова в плечо, сказал:

– Я же говорил, что она так скажет.

– Чтобы получить Ацтека, нужно больше работы выполнить. – улыбаясь, проговорил Алексей Викторович.

– Работы я не боюсь, тем более, если она хорошо оплачивается. – отозвалась я и отпила сок, внимательно глядя на Нарилова.

– Даже так. Ну, я подумаю над твоими словами. – так же внимательно глядя на меня, проговорил Алексей Викторович.

Через час меня доставили на работу. Я переоделась и, взяв яблоко, направилась к Султану. Войдя к нему, я протянула яблоко. Он недоверчиво смотрел на меня, стоя у дальней стены.

– Ну, иди ко мне мальчик. Ты же любишь яблоки. Иди ко мне. – тихо проговорила я и сделала еще шаг к нему.

Султан мотнул головой и фыркнул, но не подошел. И вытянула руку, но сама не стала подходить.

– Подойди и возьми сам. Давай, иди ко мне. опять тихо заговорила я с ним.

Султан потопал на месте ногами, но подходить не решился. Только вытянул шею и попытался дотянуться до моей руки. Не получилось, он фыркнул. Я стояла, не шевелясь. Он сделал шаг, потом еще шаг, пока не смог дотянуться до моей руки и взять осторожно кусочек яблока. Я положила еще кусочек на ладонь. Султан еще сделал шаг и уже более, смелее брал лакомство. Я осторожно протянула вторую руку и погладила его по шее. Он сначала дернулся, но затем остался стоять на месте.

– Мужчина, посторонним вход воспрещен! – раздался крик дяди Миши.

Султан испугался и шарахнулся сначала в мою сторону, затем отскочил к дальней стене и встал на дыбы. Я от удара о стену больной спиной вскрикнула.

– Тише, тише, мальчик. – пробормотала я и направилась к двери. Не успела я до нее дойти, как дверь открылась, и мужские руки меня обняли за талию и вытащили в коридор.

– Сильно ударилась? – спросил Алексей Викторович, внимательно глядя на меня.

– Мужчина, я вам что сказал?! – опять раздался громкий голос дяди Миши.

– Дядь Миша, не кричите вы так. Из-за вас меня Султан чуть не затоптал. Мы детей учим техники безопасности, а сами делаем все в точности наоборот. – прошипела я на него и, высвободившись из объятий Нарилова, закрыла двери денника Султана.

– Ох, прости Вероника, я не видел, как ты пришла.

– Да ну вас. Не кричите больше. – пробормотала я и попыталась выпрямить спину.

– Сильно болит? спросил Нарилов.

– Терпимо. А вы же уехали?

– Ты забыла очки, и сейчас позвонили с конного завода Восход, нужно им тоже скинуть фото и данные. – ответил Нарилов.

– Вероника, раз ты тут. Я пойду домой схожу. Хорошо? – спросил дядя Миша.

– Хорошо. Я до шести тут буду. – отозвалась я.

– Я сейчас вернусь. – проговорил Алексей Викторович и пошел на выход вслед, за дядей Мишей.

Взглянув на Султана, я побрела к комнатке. Зайдя, открыла шкаф и подняла со спины футболку. Ссадин не было, но вот синяк будет теперь на всю спину. Дверь открылась, вошел Нарилов. Я быстро одернула футболку.

– Подожди, не одевай. У меня мазь хорошая с собой. Снимает боль и синяк меньше будет. Повернись спиной, я намажу. – проговорил он, подходя ко мне.

– Давайте я как-нибудь сама. – пробормотала я, глядя на него.

– Да брось ты свои стеснения. Хочешь, я глаза закрою.

– Не нужно. – проговорила я и, повернувшись к нему спиной, стянула футболку.

Когда прохладная мазь коснулась моей кожи, меня передернуло.

– Прости, я не хотел сделать тебе больно.

– Мне не больно. Просто реакция организма на прохладную мазь.

–Ясно. – коротко ответил Алексей Викторович и принялся, осторожно втирать мазь.

– Чьи фото нужно скинуть в Восход?

– Сказки. Хочу обменять ее, они предлагают двух кобыл. Уже покрытых.

– Ацтека тоже будете продавать или менять?

– Нет. Ацтек поедет только погостить. Его я не продам. Вот и все, одевайся.

– Спасибо. – пробормотала я и осторожно одела футболку.

– Пожалуйста. Мазь возьми себе. Это мне из Германии привозили, хорошо при ушибах помогает. – проговорил Нарилов и, вручив мне, тюбик с мазью, вышел в коридор.

Я убрала мазь в сумку, включив чайник, села на стул наоборот. Положила руки на спинку и голову на руки уронила.

– Через пятнадцать минут уже легче будет. – раздался за моей спиной голос Алексея Викторовича.

– Хорошо. А то скоро ученики приедут. Хотите чай или кофе? Пирога, правда, сегодня нет. – проговорила я, не поднимая головы.

– Нет спасибо. Вот электронный адрес, куда нужно отправить фото Сказки.

Я подняла голову и взглянула на Нарилова. Он протягивал мне листок бумаги.

– Хорошо. Вечером все всем отправлю. – проговорила я и взяла листок.

– Спасибо. О гонораре подумаю твоем. Мне нужно возвращаться домой, а то там сын не справляется с работниками.

Я хмыкнула и встала со стула.

– Пойдемте, я вас провожу.

Нарилов кивнул и направился за мной к выходу. Когда мы подошли к машине, он проговорил:

– Рад был познакомиться с тобой, Вероника. И еще раз спасибо за помощь.

– Я тоже была рада наконец-то с вами познакомиться. Спасибо за мазь, уже даже чувствуется, как боль уменьшается. Хорошей дороги вам.

– Спасибо. До свидания. – ответил Нарилов и сел в машину. На прощание мне посигналил и выехал с территории.

Вздохнув, я пошла к конюшне, готовить лошадей для занятий. Как и говорил Алексей Викторович, через пятнадцать минут я практически не чувствовала боли. Отвела уроки спокойно, в шесть меня сменил дядя Миша, и я уехала домой. По пути заскочила в магазин и на выходе столкнулась с еще одной подругой Светой.

– Привет, Вероника. Как дела?

– Привет, Светик. Да все нормально, мои уехали на море. Так что я холостяк.

– Здорово. Может, посидим где-нибудь?

– Света, а давай закажем суши и роллы и посидим у меня?