Анна Теплицкая – Нино и ее призраки (страница 6)

– Меня зовут Нино. Я родилась первого января, мне тридцать три года. Я не просто молода, я еще и молодо выгляжу.

– Очень приятно, Нино. Меня зовут Николай Васильевич, я не молод, мне шестьдесят четыре, наверное, выгляжу на свой возраст.

С его утверждением я была согласна, поэтому покивала – уже успела рассмотреть бледные губы, тонкие морщины возле глаз, седые волоски, пробивавшиеся из общей темной массы кустистых бровей, отметила осторожность походки, свойственную телу, утратившему молодую упругость. Несмотря на это, мужчина передо мной был по-профессорски привлекателен: спокойный взгляд за стеклами очков, сдержанные манеры, тихий голос. Вряд ли я могла бы им увлечься, черт бы побрал мое воображение. Мне представились, даже чересчур реально, его дряхлое выцветшее тело под белой одеждой, плечи, обтянутые стариковской кожей, свисающей в тех местах, где раньше, возможно, были надутые мышцы – сейчас они все съедены старостью, да еще и стойкий запах изо рта. Господи, Нино, наверняка не все так ужасно, ему же не семьдесят лет! В общем, любительницы мужчин постарше Николая Васильевича бы оценили, я уверена.

– Я вас слушаю, – сказал он.

– На самом деле я пришла потому, что ощущаю жизнь пустой… Муж и дети у меня чудесные. Просто чудесные. Так случилось, что… Вам не понять, конечно, вы же мужчина. Вы не знаете, насколько тяжело находиться с ними дома целый день… меня хватает на час… или, если честно, минут на двадцать-тридцать. Моя любимая игра – притвориться, что меня нет дома. Это считается за плохую мать?

– Нино, у меня достаточно узкий профиль. Я гипнолог.

– Я в курсе.

– Тогда вы, разумеется, понимаете, что мы с пациентами занимаемся терапией психических расстройств. В большинстве своем ко мне обращаются люди, страдающие от фобий, зависимостей, циркулярных воспоминаний. Гипноз довольно хорошо помогает в лечении алкоголизма или, например, в преодолении боязни летать… Честно говоря, не совсем понимаю, зачем вы, здоровая красивая женщина, вдруг решили обратиться ко мне…

Я скорчила гримасу:

– Со мной можно и без этого.

– И все же. Вы пробовали обращаться к психологам?

– Мне все время снится лицо моего сына. Разбухшее, гигантское, глаза вытаращенные… Труп Датошки. Иногда я думаю, что заболела, и даже потом, проснувшись, не сразу понимаю, что это сон. Меня буквально трясет от страха. Я прочитала в интернете, что это называется парасомнией.

Николай Васильевич заинтересовался:

– Парасомнией называют любое расстройство сна. Расскажите поподробнее.

– Мои домашние пропадают, то муж, то дети… Ночью я могу часами ходить по пустой квартире, выкрикивая их имена, а потом, проснувшись, обнаружить, что они все на месте. С фотографиями тоже полная дичь: прежде чем уснуть, я все рамки переворачиваю изображениями вниз.

– Это называется гипносомническими галлюцинациями. Когда у вас это началось, связываете с чем-то?

– Вообще-то после рождения детей… хотя я и в детстве страдала лунатизмом, не знаю, связано ли это…

– Вот с этим уже можно поработать.

– Но и первая моя проблема важна! Знаете, Николай Васильевич, в юности я все мечтала стать актрисой… Думала, уйду от родителей, сниму квартиру в Москве, буду поступать во все театральные вузы по очереди, благо денег у меня завались – отец богатый, – пояснила я. – Затем в меня влюбится один актер, другой, третий захочет бросить ради меня семью, но я, естественно, остановлю его от этих глупостей, и он никогда меня не забудет. Потом в меня влюбится самый известный и богатый режиссер, будет снимать меня в главной роли в каждом своем фильме, внешность моя позволяет, и я стану сверхновой суперзвездой, – я расхохоталась, но тут же замолчала. – Я утрирую, конечно, но в целом все так и есть. Что же я получила? Вышла замуж в девятнадцать, и сразу дети… вот я уже полноватая нереализованная женщина без высшего образования. К тому же моего мужа никогда нет дома.

– Зато у вас есть деньги, это большое подспорье.

– Плевать я хотела на эти деньги. Лишь бы на нянь хватало. Мне просто до смерти скучно, Николай Васильевич. До смерти. Помогите мне. Я чувствую себя несчастной.

Врач смотрел даже не на меня, скорее сквозь, раздумывал и решал. Не знаю, почему-то я вдруг страшно захотела, чтобы он взялся меня лечить, даже результат перестал иметь значение. Наконец он встал, и я удивилась, внезапно осознав, какой он высокий.

– На самом деле скука – это настоящая проблема, ведь именно эмоции заставляют организм вырабатывать нужные гормоны. Без гормонов мы перестаем быть живыми людьми. Нино, мои методы могут показаться вам слишком экспериментальными, ведь я не психолог, я психотерапевт-гипнолог.

– Я на все согласна.

Он поднял руку:

– Не торопитесь. После моих сеансов вы станете другим человеком, я говорю без преувеличений. Если мы начнем, то не сможем ограничиться сеансом или двумя. Как минимум, это может вызвать у вас еще более сильное расстройство сна, а вообще последствия сложно прогнозируемы. Нужно будет пройти терапию до конца, понимаете меня?

– Понимаю, мне не страшно.

– Хорошо, Нино. Тогда я вам расскажу, чем занимаюсь. Гипнологи вмешиваются в бессознательное человека, чтобы, как я уже сказал, бороться с лечением нервно-психических расстройств. Этому я посвящаю большую часть моей врачебной практики, однако мои профессиональные интересы уже давно сместились в сторону изучения свойств человеческой памяти. Память – самое неизведанное, что я встречал. Почему у некоторых людей хорошая память, а у некоторых плохая? Почему мы можем помнить какие-то эпизоды в деталях, а какие-то начисто стираются из нашей памяти, не оставляя и следа? При этом кто-то лучше запоминает цифры, а кто-то звуки, кто-то стихи, а кто-то карты. Кроме того, есть люди с ярко выраженной зрительной, слуховой, вкусовой или осязательной памятью… Возьмем, к примеру, эйдетиков: они запоминают картинку как фотографию, со всеми мелочами и подробностями, и могут в точности описать внешность любого человека.

Эта тема его заводила. Он оживился и даже помолодел, было видно по глазам. Я уже давно поняла, сияющие глаза – лучше всяких уколов красоты. Когда мне будет пятьдесят, вместо пластической операции я поеду в Батуми или Кобулети, куда-то на пик субтропического влажного климата, сниму домик с видом на Черное море, буду каждый день есть хачапури и запивать вином, а по ночам заниматься сексом. Уверена, от всего этого я буду выглядеть лучше, чем от пары паршивых инъекций ботокса.

– Считалось, что всем управляет сильная эмоция, поэтому люди надолго запоминают сильные впечатления или сильные потрясения. Но и это не всегда так. Иногда человек на всю жизнь запоминает ничего не значащую фразу, а бывает, что вообще можно утратить способность воспроизводить пережитое.

– Из-за травмы?

– В том числе.

– Ну я-то все помню.

– Вот этим мы и воспользуемся, Нино. Случалось ли так, что какое-то воспоминание, которое вы помните достаточно хорошо, или даже – очень хорошо, вдруг оказывается неправдой?

Я неуверенно кивнула.

– Не совсем неправдой, может частично неправдой. Как же так? Все потому, что память необъективна. Вы с этим согласны?

– Не знаю.

– Вы помните по-своему, ваш муж – по-своему. Кто помнит правильно?

– Понятное дело – я.

Николай Васильевич рассмеялся:

– Хорошо, не буду вас мучить. Научное сообщество считает память вещью субъективной: говорят, воспоминания неточны, искажены, поскольку эмоционально заряжены. Когнитивная нейробиология не дает прямых ответов, но, по моей версии, человеческая память записывает все происходящее на подкорку, а потом прячет глубоко-глубоко в недрах человеческого мозга. Любые воспоминания беспощадно дарвиничны – одни пожирают другие, поэтому некоторые события и малозначительные факты вы помните, а некоторые, иногда и чаще всего – несправедливо, забываете, искажаете, наслаиваете на них новые, и этот первоисточник потихоньку затирается. Но они никуда не исчезают. Благодаря органам восприятия мы записываем все как кинопленку. Мозг помнит все сто процентов. Каждую реплику, каждое движение, каждое прикосновение. И может воспроизвести это, как кино. Получается, память объективна. Даже через много лет воспоминания остаются такими яркими и ясными, как будто случились сегодня. Вы могли это не заметить, а ваш мозг заметил и зафиксировал. И где-то этот первоисточник хранится. Так вот, моя задача – его найти и запустить.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.