Анна Свирская – Тайна умрёт со мной (страница 62)

— Но это же было утром!

— Значит, была пьяна утром. После ночи за решёткой её характер несколько улучшился. Годдард пробовал с ней поговорить, но пока ничего не добился. Она, кажется, немного не в себе. Годдард надеется, что она разговорится при Руперте. Когда её задержала полиция, то она сказала, что вовсе не подглядывала, а приехала для встречи с хозяином дома, и всё объяснит ему, а полиции отчитываться не обязана. Настаивала, что знает его. Правда, сейчас он этих слов уже отказывается.

— Она приезжала посмотреть на него, — Айрис прикусила губу. — Порадоваться, что у него очаровательная жена, сын, хороший дом… И она делает это уже много месяцев.

— Получается, она каким-то образом узнала, куда делся её ребёнок. Возможно, как вы и сказали, знала с самого начала. Или сама его отдала. Вернее, отдала меня. Поэтому Годдард и приглашает нас обоих.

— Но вы едете в разных машинах. Руперт не захотел ехать с вами в одной? Или это ваша идея?

— Моя, — ответил Дэвид. — Но если бы я не сказал, что поеду отдельно, он бы сам это предложил.

— Он ведёт себя так, словно вы виноваты в том, что произошло двадцать с лишним лет назад, — сказала Айрис и тут же добавила: — Простите. Это было бестактно.

— Я получил всё то, что по праву принадлежало ему, так он говорит. И считает, что я должен… — Дэвид дёрнул плечом. — Вы вряд ли хотите всё это слышать.

— А почему вы позвали меня с собой? — спросила Айрис, чтобы уйти от неприятной темы.

В конце аллеи уже виднелись ворота парка: Аллен, зная, что скоро Дэвид тоже выедет, оставил их открытыми.

— Потому что вы знаете об этой истории гораздо больше всех остальных. Вы читали статьи про исчезновение мальчика, разговаривали с людьми в церкви. Вы — единственная, у кого есть шанс поймать Марту Хьюз на лжи, если она начнёт изворачиваться. Я и Годдард знаем только ключевые факты, но этого может оказаться недостаточно. Инспектор Годдард со мной согласился, — добавил Дэвид.

Они немного поплутали по Кроли перед тем, как отыскать участок «Кинг-стрит», новенькое кирпичное здание со стеклянными дверями и большими окнами, больше походившее на клинику или детский центр, таким оно было открытым и жизнерадостным на вид.

Дэвид даже не успел объяснять дежурному на входе, кто он и зачем сюда прибыл, потому что из бокового коридора, точно поджидал их, вышел детектив-сержант Леннокс и махнул рукой:

— Это к нам!

Он провёл их по ярко освещённому коридору и открыл дверь на лестницу. К удивлению Айрис, они начали не подниматься наверх, а спускаться вниз.

Их вели в подвал?

Она вопросительно посмотрела на Дэвида, тот только покачал головой: видимо, ему тоже никогда раньше не доводилось бывать в полицейском участке.

— Давайте-давайте, — поторопил их Леннокс. — Инспектору с трудом удалось добиться, чтобы вас сюда пустили. Главный суперинтендант тут не особенно сговорчивый, тот ещё бюрократ, я вам скажу. Да и вообще мало кто радуется, когда приезжают парни из Скотленд-Ярда.

Они оказались в вытянутом помещении без окон со светлыми дверями по периметру. Потолок был низким, Айрис легко могла бы его коснуться, если бы подняла руку. Посередине комнаты были выставлены ряды коробок, и Айрис едва не запнулась об одну из них, засмотревшись по сторонам.

— Недавно переехали, обживаются, — пояснил Леннокс. — Нам вон туда…

— Что это за место такое? — спросила Айрис. — Склад?

— Возможно, — неуверенно протянул Леннокс. — Но здесь есть кабинеты детективов. Видимо, тех, кого коллеги особенно «любят».

Леннокс открыл перед Айрис одну из дверей, и до неё долетел обрывок разговора:

— …вынужден настаивать. Я веду специальное расследование и не могу раскрывать его обстоятельств. Я в ответ не буду лезть в ваше дело с побитым констеблем, — в голосе Годдарда звучали высокомерно-начальственные нотки.

Айрис подумала, что догадывается, почему полицейские из маленьких провинциальных отделений бывали не рады приезду столичных детективов: те были не очень-то любезны.

— Надеюсь на ваше сотрудничество, инспектор, — произнёс Годдард почти что с угрозой. — И давайте покончим с этим побыстрее.

Мимо Айрис в густом облаке одеколона, не сумевшем однако перебить запах пота, пронёсся низкорослый мужчина с тёмными кудрявыми волосами. Широкая челюсть была недовольно выпячена вперёд.

— Уже ведут, — буркнул он себе под нос.

Айрис даже не была уверена, что Годдард его слышал.

Они вошли в просторный кабинет, где, тем не менее, было всего одно окно, и то узкое и под самым потолком. Сквозь запылённое стекло света проходило немного. Видимо, чтобы компенсировать это, стены были выкрашены в светло-жёлтый, почти белый свет, отчего у комнаты был какой-то мертвенно-больничный вид.

Годдард расположился за пустым письменным столом; по другую сторону стола стоял маленький жёсткий стул. Ближе двери, вдоль одной из стен, были поставлены разнокалиберные кресла, видимо, собранные по соседним кабинетам. В самом дальнем от двери сидел Руперт.

— А она что здесь делает? — прошипел он, когда увидел Айрис.

— Доброе утро, мистер Вентворт, — Айрис постаралась изобразить улыбку.

— Кто из вас к кому прицепился? — словно через силу кивнув ей, Руперт перевёл взгляд на Дэвида.

От необходимости отвечать Дэвида избавил Годдард:

— Повторю для вновь прибывших: вы не должны вмешиваться в разговор с задержанной, не должны заговаривать с ней, пока я вас не попрошу.

— Зачем бы мне это понадобилось? — фыркнул Руперт. — Вообще не понимаю, зачем мы здесь!

— Если будете мешать, — проигнорировав его слова, продолжил Годдард, — вам придётся удалиться.

— А можно удалиться прямо сейчас? — Руперт нервно постукивал концом трости по ботинку.

— Думаю, вам должно быть любопытно, почему эта женщина ходит у вашего дома.

— Потому что она сумасшедшая?

В коридоре послышался шум. Хорошо различались шаги двоих людей: одни — тяжёлые и грохочущие, другие — шаркающие и неуверенные.

— Что вам опять от меня надо? — спросила Марта Хьюз, появившись на пороге кабинета. — Я уже всё сказала. Ничего не знаю про леди Вент… Вест… Как её там? А вам должно быть стыдно мучить женщину, которая и без ваших расспросов столько перенесла!

Голос был осипшим, слова произносились нечётко, словно Марте Хьюз было лень шевелить губами, но налёт лондонского просторечия был едва заметен — что было необычно для уроженки бедных кварталов Ист-Энда. Вместе с голосом до Айрис, сидевшей ближе всего к двери, донёсся и запах: душный, сладковато-прелый запах чего-то грязого, слежавшегося.

— Я вас вызвал, чтобы прояснить кое-что, — ответил Годдард. — Мне показалось, вы были со мой не вполне искренни. По правде говоря, миссис Хьюз, мне кажется, что вы лжёте.

Детектив-сержант Леннокс отодвинул стул так, чтобы Марте Хьюз удобнее было сесть, а потом встал по другую сторону стола позади Годдарда, расслабленно прислонившись к стене.

Айрис мельком видела Марту Хьюз сбоку, когда та прошла мимо, а теперь могла рассматривать со спины. У неё были светло-каштановые волосы, на висках почти совсем седые. Марта Хьюз не пыталась закрашивать седину, как делало большинство женщин её возраста — по подсчётам Айрис выходило, что миссис Хьюз было сорок семь, — да и вообще не особенно ухаживала за волосами: они были тусклыми и сухими, неровно подстриженными на уровне плеч, и вряд ли это было сделано парикмахером. На миссис Хьюз была длинная тёмно-синяя юбка и серый вязанный кардиган, давно не стиранный, лоснящийся и с вытянутыми петлями; пузырящиеся локти вытерлись до прозрачности.

Марта Хьюз тяжело дышала, точно ей не хватало воздуха. Людей, сидящих у неё за спиной, она как будто бы даже не заметила.

Инспектор Годдард начал допрос. Насколько Айрис поняла, суть методики заключалась в том, чтобы задавать без перерыва похожие вопросы, пока допрашиваемый в чём-то не проколется. Но Марта Хьюз стояла на своём: она приходила к Свон-Холлу просто посмотреть, ничего не зная о его обитателях. Ей просто нравился маленький мальчик — он был похож на её внука, которого она в последний раз видела три года назад. А про судьбу её пропавшего сына Тони ей ничего неизвестно.

— Не знаю я ничего! И не понимаю, чего вам от меня нужно! Через столько лет вдруг вытащили ту историю и чего-то от меня хотите… Хотите посадить — так вам есть за что, долбанула я этого вашего констебля. Ну да, получил по зубам… Ещё-то что от меня нужно? Ничего я не знаю про Тони. И про эту вашу леди тем более…

— И тем не менее вас постоянно видят у дома её сына.

— Я же сказала, я и знать не знаю, кто в доме живёт, как их зовут… Мальчик вот Мэтью. А кто его родители, мне и дела нет. Верните меня лучше назад в каталажку… Хоть полежу в тишине и покое. Неважно себя чувствую. Ничего я вам больше сказать не могу. Ничего не знаю.

— И что, даже не знаете, откуда деньги взялись, на которые вы уехали в Рединг и купили там большой дом?

— Мне помогли родные, — без промедления ответила миссис Хьюз. — Помогли избавиться от этого пропойцы, моего мужа.

— Вы можете это доказать?

— Через столько лет? Нет. Как это можно доказать?

— Кто из родных передал вам деньги?

— От отца достались.

Айрис яростно замотала головой. Она знала от миссис Хинсли, что Марта Хьюз рано осталась без родителей и воспитывалась тёткой.

— Не подскажете, в каком году ваш отец умер?