Анна Светлова – Рожденные из пепла (страница 3)

– Добрый день, Алина, – вежливо ответил ректор, подходя к окну. – Присаживайтесь.

Я села на стул, стоявший напротив Мориса Милна, и покорно сложила руки на коленях.

Главный смотритель, взглянув на меня, начал свою речь.

– Мы пригласили вас, чтобы разобраться, кто и с какой целью использовал боевую магию десять дней назад в стенах этого учебного заведения.

Я понимающе кивнула и ответила:

– Да, конечно, господин Милн. Я вам расскажу всю правду. Я очень раскаиваюсь в своем поступке.

У служителей тайной Канцелярии и ректора брови взлетели вверх от удивления, а я все продолжала говорить, боясь остановиться. Не знаю, что в тот момент на меня нашло. По какой причине я вдруг стала страдать словесной несдержанностью, болтать без умолку и в то же время говорить подобную ерунду.

–Значит так, у меня есть кот, его зовут Василий. Он живет у меня давно, вы даже не представляете, как с ним бывает сложно!

На строгом и мрачном лице главного смотрителя сейчас читалось искреннее недоумение и удивление.

– При чем здесь кот? – сквозь зубы спросил он. – По-вашему, мы пришли сюда послушать о домашнем питомце? Мы хотим узнать, кто использовал боевую магию и вы одна из подозреваемых в этом преступлении. Вы понимаете, что мы хотим от вас услышать?

Я снова покачала головой и ответила:

– Ага. Ну, вот я вам и говорю. Мой кот вместо того, чтобы мне помогать в учебе, где-то пропадает. Я с ним время от времени из-за этого ругаюсь. Знаете, эти коты, часто гуляют сами по себе! Вот, например, я ему говорю, Василий, не смей выходить из комнаты, пока меня нет. Закрою его на ключ, а он все равно умудряется как-то проскочить. Находит лазейку и бегает целый день где-то по своим кошачьим делам. Порой, чтобы его найти, у меня уходит масса времени, которое, кстати, я могла использовать на изучение магических наук.

– Алина Кэнтнис, давайте ближе к делу, – разражаясь, проговорил Морис Милн.

– Господин смотритель, вы все время меня перебиваете, – притворно обидчиво произнесла я, продолжая невинно хлопать глазами. – Вот я вам и говорю. Значит, десять дней назад, мой кот снова от меня сбежал. Я с трудом поймала его за шкирку в коридоре на первом этаже, притащила в комнату, а этот комок шерсти взял и укусил меня за палец. От подобного несправедливого отношения во мне вспыхнула такая обида, что я сняла ботинок с ноги, и швырнула в сторону этого чудовища. Кот оказался шустрее моего башмака и своевременно отскочил, а обувь полетела аккуратно в дверь. Но на этом полет башмака не прервался. Ботинок отскочил от двери прямо в стену, оставив в ней огромную вмятину. Поскольку моя комната долго стояла заброшенной, и ремонта в ней давно никто не делал, то от подобных моих манипуляций штукатурка со стены посыпалась на пол, оставив внизу гору обломков и пыли. К тому же от удара дверь распахнулась. А глава факультета Знахарства, уважаемая госпожа Селена, в это время проходила по коридору как раз напротив входа в мою комнату. В нее и угадила моя раскрывшаяся дверь. Я, конечно, очень сожалею обо всем случившемся и обещаю впредь не позволять себе применять подобные боевые методы.

Морис Милн глядел на меня, покраснев от злобы. Ректор Колд стоял, отвернувшись, прикрывая рот ладонью и едва сдерживая смех. Видимо, за все время существование Академии ни один студент не нес подобный вздор в свою защиту.

– А хотите, я вам расскажу еще одну историю, и вам точно станет все ясно. Когда мне было лет двенадцать … – снова обратилась я к главному смотрителю.

Господин Милн медленно встал с кресла, и с красными от бешенства глазами произнес:

– Замолчите сейчас же, – затем немного выдохнув, уже спокойнее продолжал. – Пока Алина Кэнтнис, вы можете идти. Если понадобиться, мы вас пригласим.

– Мне кажется, господа смотрители мне не поверили. Вы ведь можете взглянуть и убедится, что я вас не обманываю.

– Да идите вы уже, – взорвался некогда невозмутимый Морис Милн.

– А, хорошо, – притворно рассеянно ответила я.– Конечно, конечно. Только вам обязательно нужно побывать в моей комнате.

–Идите на занятия, – проорал смотритель, перебивая меня и краснея от злобы.

Я тяжело вздохнула и кивнула, отступая в сторону двери. У самого выхода я повернулась и сказала:

– Вы зовите, если что. Я непременно приду, господин Милн.

После этого я выскочила в коридор, тихонько прикрыв за собой дверь.

Оставшись одна, я медленно выдохнула и пошла. Меня колотила нервная дрожь, мысли хаотично носились в голове, даже не пытаясь оформить более или менее вменяемое объяснение моей пламенной речи. Я остановилась напротив окна, прислонив голову к стеклу. Падающие капли дождя барабанили по подоконнику, отдаваясь эхом в моих ушах.

– Это что сейчас было? – пронеслось у меня в голове.

События последних минут перемешались у меня в голове, и я приняла единственно правильное решение вернуться в аудиторию. 

Глава 4. Встреча

Попросив прощение у преподавателя за опоздание, я прошла к своей парте и села, как ни в чем не бывало.

Илона многозначительно смотрела на меня. Она ждала от меня подробного рассказа. Ее распирало от любопытства, зачем меня вызывали. Но я не обращала внимания на ее намеки. После занятий она все-таки задала волнующий ее вопрос:

– Зачем тебя к ректору вызывали?

– Понимаешь, мне нужно было отлучиться, а я никого в известность не поставила и прогуляла занятия. Вот и получила сейчас от ректора нагоняй, – смущенно проговорила я.

Илона недоверчиво на меня посмотрела, но других вопросов задавать не стала, а пригласила отправиться в буфет.

Выходя из кабинета, я заметила Клауса и Томаса. Едва заметно кивнув им, я быстро попрощалась с Илоной и отправилась в комнату. Заметив меня, приятели пошли следом.

Не успела я зайти к себе, как услышала тихий стук в дверь.

Пройдя в комнату, Томас и Клаус накинулись на меня с расспросами.

– Я тоже очень рада вас видеть, – произнесла я улыбаясь.

– Что случилось? Ты можешь нам хоть что-то объяснить, – нетерпеливо начал Клаус.

Стоило Томасу взять меня за руку, как он заметил браслеты.

– Что это? – в голос проговорили они.

Я стояла чуть не плача, дрожащим голосом пересказывая недавние события.

– Как только вы покинули замок, к нам ворвались служители из Тайной Канцелярии, намереваясь посадить меня в тюрьму. Отец и Хранительница воспользовались процедурой поручительства, поэтому меня не арестовали, а всего лишь надели Оковы Смирения. Теперь пока идет расследование, я буду вынуждена их носить и мне нельзя покидать стены Академии.

– А что означают эти браслеты? – спросил Томас, кивнув на мои запястья.

– Это и есть Оковы Смирения, которые блокируют любое применение магии.

– И что будем делать? – растерянно спросил Клаус, почесывая затылок.

Я пожала плечами и сказала:

– Меня уже вызывали сегодня на допрос.

Они уставились на меня удивленными взглядами. Я с чувством глубоко удовлетворения посмотрела на их изумленные лица и едва не показала им язык.

– И как все прошло? – встревожено спросили приятели.

– Не знаю. Мне сказали, что вызовут позднее.

– Может попробовать снять эти браслеты или снова укрыться где-нибудь? – тихо произнес Томас.

Я отрицательно покачала головой и ответила:

– За меня поручились Хранительница, отец и даже ректор. Я не могу подвести их всех. Остается только ждать.

– Алина, что значит ждать? А если тебя признают виновной? – с волнением в голосе спросил Томас.

– Давайте дождемся окончания расследования, а потом уже будем действовать. – раздраженно отозвалась я, а затем уже тише добавила – У нас нет другого выхода. Расскажите лучше, как дела у вас.

– У нас все нормально, – начал Томас. – Я встретился с сестрой, все ей рассказал. Знаешь, она так обрадовалась, что у нее есть брат. София рвалась пойти вместе с нами и сейчас ждет нас в замке Хранительницы. Я очень хочу, чтобы ты с ней встретилась.

– Я тоже горю от нетерпения с ней познакомиться, – мягко улыбнулась я.

Тут встрял Клаус и сказал:

– Ну, хорошо. Пока ты ждешь окончания расследования, мы с Томасом разузнаем последние новости в Академии, а там уже согласуем наши дальнейшие действия. Сегодня отдыхай, а завтра встретимся и поговорим.

– Да, Алина, Клаус прав, нужно все обдумать, а потом уже будем действовать.

– Ну, так и решим, – сказал Клаус, вставая и направляясь к двери.

– До завтра, – произнес Томас, впиваясь в меня взглядом.

– До завтра, – ответила я смущенно.

После ухода приятелей я взяла кота на руки и, рассказала ему, что говорила в кабинете ректора.