Анна Светлова – Рожденные из пепла (страница 27)

– Прекрати. Ты навсегда останешься для меня отцом, – тихо сказал Томас, обнимая Аллана Бэйна. – Спасибо тебе за все.

Мужчины обнялись все втроем, похлопывая друг друга по спине.

Глава 26. Разговоры по душам

Вечером мужчины собрались в большом зале, обсуждая дальнейшие действия по защите замка. Я поднималась по лестнице в свою комнату, когда меня окликнула София.

– Алина! Постой! Я хотела поговорить!

Я обернулась и дождалась, пока сестра Томаса подойдет ближе.

– Может, пойдем ко мне, – предложила я.

Она приняла мое приглашение, и мы отправились ко мне. У дверей комнаты сидел мой кот.

– Еле дождался! – ворчливо проговорил он.

– Василий! – вскрикнула я, поднимая кота на руки.

Он довольно замурлыкал, и я толкнула дверь в комнату. Здесь было темно, хотя не так, как в коридоре: сквозь стекла проникали отблески вечерней зари. Я зажгла свечу. Теплый призрачный свет огонька свечи создавал ощущение романтики и таинственности. Я поворошила дрова в камине, они на какое-то мгновение вспыхнули и вновь тихонько затрещали.

– Сегодня был трудный день, – опускаясь в кресло, сказала моя гостья.

К Софии на колени тут же улегся мой кот, и она бессознательно гладила его, наблюдая за огнем в камине. У кота был очень важный вид. Ведь он считал себя в этой комнате важной персоной, раз его гладила принцесса.

Я обернулась на Василия, утвердительно покачала головой и продолжала ворошить потухающие угли.

– Как думаешь, что нас ждет впереди? – снова обратилась она ко мне.

Мне сложно было ответить ей на этот вопрос, если вспомнить сон, в котором мама предупреждала нас о грядущей опасности. Но, я думаю, не стоило сестре Томаса знать о моих кошмарах. Я верила. Нет! Была абсолютно убеждена, если Аббадон будет на нашей стороне, то у нас будет шанс. Однако делиться с Софией своими мыслями я не собиралась. Девушка и без моих откровений была взволнована и очень напугана.

– Давай, не будем думать о возможных трудностях, – предложила я, присаживаясь в кресло, стоящее напротив. – Лучше давай поговорим о приятных вещах. Расскажи, как развиваются ваши отношения с Клаусом?

София засмущалась, ее щеки порозовели и, она ненадолго замолчала. После непродолжительного раздумья она проговорила:

– Клаус мне рассказывал, что прежде был влюблен в тебя. Но, ты не думай, я его к тебе совершенно не ревную. Я вижу, как вы с Томасом смотрите друг на друга и понимаю, что третьему нет места в ваших отношениях.

В голове всплыл образ Аббадона и его обольстительная улыбка. От этого воспоминания сердце забилось сильнее.

– Ох, как ты ошибаешься! – с горечью подумала я, а вслух произнесла. – Я всегда относилась к Клаусу как к другу. Тебе не стоит даже думать об этом.

– А как у вас дела с Томасом? – спросила она, наклоняясь ближе.

Но тут в дверь постучали, и я не успела ответить на ее вопрос.

Когда я распахнула ее, то увидела на пороге, переминающегося с ноги на ногу, Томаса. Его светлые волосы вились на висках, фиалковые глаза сияли. Он выглядел взволнованным и немного расстроенным.

– Можно мне войти?

– Проходи, конечно, только я не одна, – проговорила я, освобождая проход.

Томас заглянул внутрь и улыбнулся, заметив сестру.

– А… так у вас девичник? Я не помешаю? – улыбаясь, спросил он.

– Нет, конечно, проходи, – крикнула София через плечо.

Он прошел к окну и присел на стул. У его ног тут же стал тереться кот, привлекая внимание. Но никто не обращал на него внимания. Взгляд Софии был направлен на брата, словно он один мог дать ответ на волнующий ее вопрос.

– Как думаешь, Томас, что нас ждет завтра?

Он пожал плечами и посмотрел внимательно на сестру.

– Отец считает, что впереди будет тяжелая битва. Правительство, узнав о неудаче своих магов, пришлет сюда большое войско.

– А что же будет с нами? Кто поможет нам? – спросила София с горечью в голосе.

– Ты не должна отчаиваться, сестра, – воскликнул Томас. – На нашей стороне народ. Узнав, что отец на свободе и собирает вокруг себя верных людей, сюда устремились маги и простые люди со всех концов Эгроссии. В конце концов, правда на нашей стороне!

– Ты говоришь и ведешь себя, как отец, – недовольным тоном проговорила она. – Такой же восторженный взгляд, пылкие речи. Ты ведь понимаешь, что маги Совета Десяти придут сюда, предварительно навешав на себя все артефакты, какие найдут в своих хранилищах. Или чего хуже пришлют сюда Гирата. У них будет огромная сила, с которой нам не справиться.

– Как ты можешь так говорить? – возмущенно вскричал он, осуждающе глядя на сестру. – Мы не должны даже думать об этом. Мы справились с Аббадоном, справимся и с Гиратом!

– Ах, Томас! Ты сам не понимаешь, о чем говоришь! Самое интересное, что все в замке считают, так как я, но боятся произнести это вслух. То, что вы задумали – это настоящее самоубийство. И пусть лучше я окажусь тысячу раз неправа, чем мы будем смотреть на предстоящее сражение, как на воскресную прогулку. Не лучше ли пойти на переговоры с правительством, – вспыхнула она, заливаясь слезами.

– София, это малодушие! – вспыхнул Томас, сверля ее глазами.

Я сердито глянула на Томаса, подошла к своей гостье и обняла ее за плечи.

– Так, ну все хватит. Нам всем страшно, – спокойно проговорила я. – Не нужно отчаиваться и хоронить нас всех раньше времени. Поверь, и Томас, и твой отец, и его люди настроены весьма серьезно. Я думаю, если бы был шанс как-то договориться, то король его бы непременно использовал.

– Алина, ты не знаешь отца! – всхлипнула она. – Его гордыня не позволит ему вести переговоры с теми, кто отобрал у него власть.

София закрыла лицо руками, ее плечи сотрясались от рыданий. Желваки на лице Томаса заходили сильнее, а ноздри раздувались, как у быка на корриде.

– Я, пожалуй, пойду, – проговорила она, вставая с кресла и вытирая слезы.

– Ну что ты, – возразила я. – Останься. Нам с тобой еще многое нужно обсудить.

Она отрицательно покачала головой и пошла к двери. У самого выхода она обернулась и, глядя на брата, проговорила:

– Извини меня, Томас, – затем, поворачиваясь ко мне, добавила.– Спасибо тебе за все, Алина. Мы еще обязательно поговорим.

Дверь за ней захлопнулась, оставив нас наедине с нашими мыслями. Из окна дул свежий вечерний ветерок, раскачивая занавески. Тишину в комнате нарушал только треск поленьев в камине. Конечно, София была права. Должен быть какой-нибудь другой путь. Нужно было постараться избежать прямого столкновения с правительственными магами. Но я мы все понимали, что король и Томас слишком гордые. На кону стояла их честь.

– Ты считаешь, что я был резок с ней? – спросил Томас, стоя у окна и глядя на вечернюю зарю.

– Я понимаю, что нужно верить в наши силы. Но есть ли у нас хоть какой-то шанс? – ответила я, глядя на его строгий профиль.

Он повернулся, в упор посмотрел на меня и пошел в мою сторону. Опустившись на колени передо мной, он взял мои ладони и крепко прижался к ним.

– Я боюсь только одного, что ты исчезнешь. Я чуть с ума не сошел в прошлый раз, когда Аббадон забрал тебя.

– Не нужно сейчас об этом, Томас, – мягким голосом проговорила я.

– Что между вами тогда произошло? После того случая ты стала совсем другой, – с горечью в голосе воскликнул он.

Я отрицательно покачала головой. Мне совсем не нравился этот разговор. Нужно постараться избежать его.

– Пожалуйста, не мучай меня. Сейчас не самое подходящее время для разборок.

– Я только пытаюсь понять, что с тобой происходит. Почему ты сразу замыкаешься, как только мы начинаем о нем говорить? – воскликнул он и стал нервно расхаживать по комнате.

Несколько мгновений я смотрела на огонь, размышляя над его словами, затем резко повернулась и возмущенно уставилась на Томаса.

– На что ты намекаешь?

Вместо ответа он обнял меня, а я уткнулась ему в плечо, с трудом сдерживая порцию слез.

– Я очень люблю тебя, – устало произнес он. – Просто, не отталкивай меня, если я дорог тебе.

Мы так простояли некоторое время, он вдруг обхватил мое лицо своими теплыми ладонями, и я ощутила на губах легкий поцелуй. А потом неожиданно отстранился и стал внимательно вглядываться в мое лицо. Его поцелуй был нежным, словно легкий ветерок. Не то, что обжигающие поцелуи Аббадона. Вспомнив о нем, я слегка надавила на плечи Томаса, пытаясь отстраниться.

– Да, – хрипло произнес он. – Прости меня.

– Не дави на меня, пожалуйста. За последнее время на меня столько всего навалилось, что я перестала понимать, кто я и где нахожусь.

Он коснулся моего подбородка пальцами, вынуждая поднять голову, пока наши взгляды не встретились.