Анна Стюарт – Письма из Перл-Харбора. Основано на реальных событиях (страница 12)
Он пожал плечами:
– Да как у всех. У отца все меньше работы, так что каждый помогает как может.
– А мама?..
– Мамы нету, – пробормотал он. – Ладно, пойду я, а то влетит за опоздание. До скорого!
Он поспешно ретировался, оставив Робин и Зака в неловком молчании.
– Бедняга… – тихо сказал Зак.
– Надо бы как-то ему помочь, – пробормотала Робин, мысли роились у нее в голове.
С облегчением она заметила поблизости сувенирную лавку и решила отвлечься, чтобы купить брелок для ключа. Выбор был не ахти: пластиковые хулу-девочки, пальмы, всякий туристический ширпотреб. Но тут Зак вовремя отыскал отдел с сувенирами, посвященными Пёрл-Харбору, – и Робин с радостью выбрала брелок в виде маленького самолетика. Интересно, летала ли бабуля на таких самолетах? Пока Робин несла покупку к кассе, любуясь изящным силуэтом брелка, она с удивлением поняла, что ей до дрожи хочется продолжить квест.
Она прибавила шагу, и когда они с Заком шли вдоль одного из знаменитых пляжей Оаху, он с усмешкой заметил:
– Ничего себе, Робин, ты что, турборежим включила?
– Да меня дома квест незаконченный ждет!
– Понял. Ну что, поднимемся?
– Пойдем!
Робин пошла вперед, отчетливо ощущая, как нервничает. Она открыла дверь, и тут же навстречу выехала Эшли – будто никакой утренней ссоры и не было.
– Привет, Робин! Как побегала?
– Отлично, спасибо! Смотри, какой брелок нашла!
Она протянула ладонь с маленьким металлическим самолетиком. Эшли взяла его, оценивающе покрутила в пальцах и с одобрением кивнула, но тут же заметила Зака.
– Вот это поворот! Ты еще и мужика где-то откопала! Доброе утро, мужчина!
Щеки Робин мгновенно залил румянец.
– Эшли, это Зак. Мой друг. С которым я тренируюсь. Мой
Робин не могла понять – то ли ей почудилось, то ли сестра и правда приосанилась в кресле и кокетливо поправила водопад своих каштановых волос. Робин мрачно дернула себя за собранные в хвост и мокрые от пота волосы и подошла ближе к Заку.
– Водички?
– С удовольствием! – сказал он и проследовал за ней в квартиру, прихватив по пути конверт с письмом.
– Так вот это и есть тот самый знаменитый квест, про который Робин целыми днями рассказывает! – заметил он, вертя в руках конверт.
Робин уже открыла рот, чтобы ответить, но Эшли моментально вмешалась и деловито подкатила к нему:
– Он самый! Второе письмо от нашей бабушки Джинни. В нем – зашифрованная подсказка.
– Подсказка? Прекрасно!
Зак деловито потер ладони и наклонился, чтобы внимательнее прочитать письмо. Глядя на них двоих, стоящих почти вплотную, Робин едва не выронила стакан, который доставала из шкафа. Лишь в последний момент она подхватила его у самого пола.
–
Эшли захихикала:
– Ну прям Его Величество король Британии.
– Вообще-то у нас королева, – рыкнула Робин, удивленная внезапной переменой в поведении сестры.
– Ну не звать же Зака королевой, в самом-то деле, – ухмыльнулась Эшли и метнула двусмысленный взгляд на мускулистые бедра Зака.
Робин благоразумно промолчала, а Зак, к счастью, был слишком увлечен подсказкой.
– «Богатый вкус и аромат»… звучит как рекламный слоган. Может, кофе?
– Я тоже так подумала, – кивнула Эшли. – Тут нет, случайно, кофейной плантации поблизости?
– Есть, и не одна. Но в основном они на Большом острове. Здесь, на Оаху, есть «Грин Уорлд», но… при чем тут чепчики? Чепчик – это ведь головной убор, да?
– Или капот, – вмешалась Эшли. – У британцев bonnet еще и это значит. Типа крышка спереди машины.
– Крышка спереди?! – расхохоталась Робин.
Но Зак одобрительно закивал:
– Ага! Капот. Значит, это может быть какое-нибудь автокафе.
Эшли поморщилась:
– «МакАвто», что ли? Господи, бабуль, ты уже до «Макдоналдса» докатилась…
– Нет, нет, не «МакАвто». Я про те старомодные автокафе, куда подъезжаешь на своей ласточке, паркуешься – и девчонки сразу вокруг начинают виться. – Он вдруг покраснел. – Ну то есть это не про меня. Просто… кому-то нравится. Таким клевым чувакам… с клевыми тачками…
Робин улыбнулась, заметив, как он смутился, и уже готова была поддразнить его, как вдруг Эшли, уткнувшаяся в телефон, воскликнула:
– Бинго!
– Так, что ты там нашла? – оживился Зак.
Эшли повернула к нему экран:
– Смотри!
– А-а-а, да я знаю это место! – обрадовался он. – У меня профессор на первом курсе все уши прожужжал, как в молодости мечтал туда сходить.
– Куда? – спросила Робин. Ей было тяжело смотреть, как Эшли с Заком что-то оживленно разглядывают – кажется, старые черно-белые фотографии. – Эй, ребятки, а можно мне тоже посмотреть, пожалуйста?
Они подпрыгнули от удивления.
– Ой, Робин, прости, пожалуйста, – сказал Зак. – Вот, гляди: когда-то это был очень модный авторесторан и кофейня, назывался «Кау Кау Корнер».
– А сейчас там что?
– А сейчас там «Гонолулу Кофе Экспириенс Центр». Звучит не так романтично, но хотя бы посмотреть можно.
– Да сдалась нам эта романтика, – буркнула Робин, а потом тут же пожалела о своих словах. – Погнали!
«Гонолулу Кофе Экспириенс Центр» оказался ярким и гостеприимным заведением неподалеку от квартиры Робин, на перекрестке двух оживленных улиц. Она, должно быть, не раз проходила мимо, даже не обратив внимания, но теперь с интересом вглядывалась в здание, ища следы его прошлого. К их восторгу, в вестибюле обнаружилось несколько черно-белых фотографий, аккуратно вмонтированных в стены вестибюля.
– На одной из них, может, и бабушка Джинни, – предположила Эшли, указывая на эффектный снимок группы молодых людей, собравшихся вокруг маленькой спортивной машинки. Сзади официантка несла поднос с жареной курицей, а на парковке толпились остальные.
Робин вгляделась в фотографию, словно надеясь перенестись в сорок первый год, когда здесь еще царил мир, даже если над Гавайями уже сгущались тучи. Она поежилась при мысли, что бабушка Джинни вполне могла оказаться среди жертв страшного налета в декабре сорок первого, когда над островом пронеслись японские бомбардировщики.
– Не видно сундучка?
– Пойдем у официантов спросим, – предложила Эшли.
Робин кивнула и двинулась помочь сестре заехать внутрь, но ее опередил Зак.
– Позвольте…
– Ну, право, что вы, не стоит, – пропела Эшли елейным голоском, ни словом не обмолвившись, когда он задел ее креслом угол стола.
Робин твердо напомнила себе, что не каждый день видит сестру в столь хорошем настроении, и, оставив Зака разбираться со столиком, направилась к бару.