Анна Сойтту – Принц на передержке (страница 22)
— Только что не летают… — с сомнением разглядывая гостей обронила Леся, вновь гася в себе смутные подозрения и стараясь не думать о том, как выглядит со стороны.
На туфли всё же пришлось согласиться. Серебристые, в пайетках, по мнению Махи, они должны были красиво блестеть на танцполе. Чёрная плиссированная юбка, едва прикрывшая колени, и в завершении, серебристая, в тон туфлям, футболка с каким-то абстрактным принтом. Если не сломает себе ноги по дороге к клубу, то замёрзнет уж точно.
А вот к внешнему виду Маринки мужчины явно оказались не готовы: экстремальное мини и глубокий вырез топа не оставляли ни единого шанса воображению.
— Уже надо идти? — как-то жалобно протянул блондин, не отводя взгляда от мини-юбки.
— Надо! — благосклонно повелела Маха и протянула блондину свою белую песцовую шубку, годную едва ли в накидки, с хитрым видом разворачиваясь к растерянному мужчине спиной.
"Красота требует жертв!" — этот девиз соблюдался неукоснительно и в прямом смысле. И если Леся успела влезть в пуховик и сейчас пыталась балансировать на каблуках, то Маринка была одета для весеннего тёплого раута.
— Не замёрзнешь? — решила ещё раз вразумить подругу Леся, но в ответ получила укоризненный взгляд вошедшей в раж подруги.
— Любовь согреет! — и черноволосая соблазнительница состроила глазки прибалдевшему от такого внимания Максу.
Словно под гипнозом, беловолосый телохранитель помог одеть шубку и, взяв спутницу под руку, с блаженной улыбкой под завистливым взглядом своего друга, прошествовал к выходу.
— Дарик, — Леся позвала кота и насыпала ему в миску еды. Когда Маринка соизволит захотеть домой, девушка не знала, а оставлять животное голодным не хотелось. — Идём?
Повернувшись к своему спутнику на сегодняшний вечер, она успела увидеть странный взгляд в сторону кота — со смесью какого-то благоговения и радости. Мигом выпрямившись, Роман сцапал Лесину руку и повёл её следом за ушедшими друзьями.
Со стороны это шествие выглядело, наверное, смешно. Грациозная Маринка с гордостью шла с суровым и гордым Максом, а следом не менее суровый и гордый Роман тащил на буксире ковыляющую и проклинающую всё Лесю. Каблуки подламывались и разъезжались на льду, непривычные к такой высоте ноги, подкашивались и дрожали. Леся посчитала за благо, что любимый Маринкин клуб был всего в нескольких минутах ходьбы и ощущала себя пресловутым запорожцем из старого анекдота: "Пять минут позора и мы на месте".
Обилие огней и грохот музыки обрушились мгновенно, стоило только открыть звуконепроницаемую дверь в клуб. Оставив верхнюю одежду в гардеробе, под странными взглядами охранников, компания прошла внутрь. Спутники заинтересованно оглядывались по сторонам, морщась от сильных звуков.
По краям сцены девушки из поддержки вовсю заводили танцующий зал.
— Что это? — ошалело проорал Белый, пытаясь перекрыть какофонию звуков и дрожащим пальцем указал на подтанцовку.
— Это тверк, — на той же громкости проорала ему в ответ Маринка, взглядом знатока оценив весёлые трепыхания девичьих пятых точек на сцене. — Но сначала в бар!
Оценив габариты спутников и море танцующего народа, Маха выставила тяжёлую артиллерию вперёд и, указав направление, со спокойной совестью вслед за раздвигающими громко возмущающийся народ Максом и Ромой, потащила Лесю к барной стойке.
Здесь вдали от динамиков было немногим тише, можно было не напрягать голосовые связки и Леся заметно расслабилась, хотя разговаривать всё равно приходилось громко.
— Начнём с пенного? — бодро осведомилась Маринка.
— Пенного? — переспросил блондин.
— Ну, пиво, пивчанский, пивандрий, пивасик, пивченское, пенное, пивуля… — выдала обширные познания определений черноволосая.
Мужчины переглянулись и неуверенно кивнули.
— Светлое, тёмное, крафтовое, без фильтра? — продолжила допрос знаток местного ассортимента.
Макс и Роман почему-то посмотрели на волосы друг друга.
— Ему тёмное, а мне светлое, — постановил Белый.
Фыркнув, Маха сделала заказ, не забыв про Лесино табу на алкоголь и заказав той апельсиновый сок.
Бокалы оперативно оказались на стойке и были почти тут же опустошены. Маринка при виде такой стремительности даже поперхнулась, а Леся вздрогнула, не давали покоя мысли о летающих кораблях и моющихся в ванне сантехниках.
— Да-а-а, — протянула Маха. — Вам что-то посерьёзнее надо. Может, Б-52?
— Что такое "Б-52"? — осведомился Чёрный.
— У, ребятки, как много вы потеряли, — зловеще улыбнулась соблазнительница и, проигнорировав Лесин ощутимый тычок в спину, обратилась к бармену: — Начнём с двойной порции. Им.
И указала на переглядывающихся спутников.
— Что ты задумала? — зашипела Леся подруге в самое ухо.
— Напоить и соблазнить, — пропела в ответ та, не забыв послать милую улыбочку разглядывающим подожжённые коктейли мужчинам.
— Сумасшедшая, — тяжело вздохнула Леся. — Хоть раз о последствиях подумай, а вдруг они буйные, когда пьяные?
Разум нарисовал Лесе абсурдную картинку в виде танцующего со стулом Макса, если танцем можно было назвать странные подпрыгивания и удары, от которых стул не уцелел.
Задув огонь, мужчины подозрительно осмотрели рюмки и выпили.
— Может, абсент? — похлопав ресничками, осведомилась Марина.
— Что такое "абсент"? — на этот раз спросили оба.
— Ты их напоить решила или убить? — дёрнула подругу за плечо Леся, вновь понижая голос до шёпота.
— Протестировать, — мило протянула Маха и подозвала бармена.
— И запомните, — инструктировал Вейран мышиный взвод. — Уборка не должна быть слишком чистой, люди оставляют после себя кучу грязи и сами должны её убирать, иначе начинают подозревать злобных духов своего мира и проводить ритуалы очищения. А вдруг попортят этим связывающие вас заклинания? Убирать следует только самое сложное…
Договорить принц не успел — за входной дверью послышалась приглушённая ругань, в замке повернулся ключ и в квартиру странной походкой ввалились блаженно улыбающиеся Чёрный и Белый.
Зомби-мышки бросились врассыпную, прячась где придётся, Вейран же прошествовал в прихожую, с любопытством, переходящим в еле сдерживаемую злость, разглядывая своих подчинённых.
— Протестировать она захотела, — выругалась Леся, сгрудив опирающегося на неё Романа прямо в прихожей. — В следующий раз сама обоих потащишь, я не ломовая лошадь твоих мужиков таскать.
— Ой, да брось, — отмахнулась Маха, избавляясь от повисшего на ней Макса. — Весело же было! Да и ремонт там давно уже пора было сделать, и ребята всё возместили, богатые оказались — круто же.
— Просто признай, что это было плохой идеей!
— Плохой идеей было скрывать от меня, что они колдуны и владеют магией, ты же знаешь, как я обожаю эти истории! Ох, покататься бы на таком летучем корабле… — мечтательно прошептала Маринка. — Не зря я блондина сразу выбрала, он мне намагичит! Как ты вообще могла о таком событии забыть? Иногда я тебя совершенно не понимаю!
Наследник Лунной Богини готов был рвать и метать, а заодно промыть мозги этим двум остолопам — завтра ни один воды не получит, пусть мучаются похмельем! А пока надо стереть память, только привести в чувство хоть одного…
Подавив раздражение и дождавшись когда девушки скроются в Лесиной комнате, Вейран вонзил когти в плечо Белого, но тот уже спал счастливым пьяным сном. Слабый он, надо было лучше выбирать себе телохранителей, неизвестно ведь какие враги попадутся.
Чёрный отозвался сдавленным шипением и мутным взглядом.
— Поднимись, — приказал Вейран. — И сотри им память, пока не поздно.
С трудом поднявшись, Чёрный, спотыкаясь и покачиваясь, отправился в комнату, где скрылись девушки. Послышалась ругань, возня, затем всё стихло.
Не дождавшись охранника, принц прошёл следом и уставился на дивную картину: Леся и Марина спали на кровати, привалившись к стене. Чёрный разлёгся на полу и сладко посапывал.
Покачав головой, Вейран позвал Альта и приказал уложить всех спать, как положено, а сам проследовал на кухню. Нужно было решать, что же делать дальше — счастьем от Леси по-прежнему не пахло..
Глава восемнадцатая. Это не мы, это — кот!
Она летела на корабле, задыхаясь от страха. Чернов и Белов гонялись за машиной с шашечками, вдруг потонувшей в море роз, когда золотоволосый незнакомец вдруг протянул ей руку, за которую она схватилась. Он вытащил её из странного забытья, но вдруг растаял, бросив на прощание пронзительный грустный взгляд синих глаз.
Леся вздрогнула и проснулась. Серый утренний свет заливал комнату, по которой будто пробежалось стадо бодрых слонят. И протопталось заодно по её самочувствию.
Леся шевельнула головой, поморщилась от спазма, пронзившего виски при подъёме, переступила через сползшее со стула платье и подняла со стола халат. В зеркале ей показали отражение ведьмы, которую пару раз сожгли, напоили, а потом выставили на мороз и закопали.
Содрогнувшись, Леся отвернулась от отражающей поверхности и поспешила в ванную.
Холодная вода, расчёска, новая одежда — и она уже почти почувствовала себя человеком. Выйдя из ванной, девушка поморщилась — в квартире стоял тяжёлый дух вчерашнего праздника. Только какого?
Она заглянула в комнату Махи. Подруга безмятежно спала поперёк кровати, отставив неприкрытую коротенькой комбинашкой ногу. Похоже, сон тоже сразил её на полпути. Что же вчера было?