Анна Сойтту – Бесценное сокровище (СИ) (страница 5)

— Анастасия, — позвал голос Стража, вырывая из плена паники.

— Ася, — тихо попросила я. — Я не люблю своё полное имя.

Подняла взгляд на внимательно разглядывающего меня Рида, перевела на Шассариэна, затем заставила себя посмотреть на короля. Голос прозвучал хрипло и глухо.

— Если я приняла вас за вампира, то там, в моём мире тоже самое ждёт и вашу дочь, — мои собственные слова падали острыми камешками, мужчины мрачнели и молчали. — Если ей повезло, то она попала в мою квартиру, в то место откуда я исчезла, как я попала сюда, откуда исчезла она. Запас еды там на неделю, я редко хожу в магазин, не люблю скопления людей. Если будет сидеть дома и ждать, с ней ничего не случится, соседи привыкли, что я избегаю общения с ними. Но если выйдет за дверь…

Мои слова застряли в горле. Король и Страж угрюмо переглядывались, Рид о чём-то раздумывая уткнулся подбородком в мою макушку, храня молчание. Тэрилен лишь через несколько минут решился нарушить тишину:

— Надо ехать к магам. Возможно, они смогут дотянуться до моей дочери, а ты объяснишь, как ей быть.

Бесцветный голос старого короля добавил внушительный обломок к моему внутреннему камнепаду. Зачем кто-то так поступил? Зачем кому-то хотеть новой войны?

— Драконы тоже могут помочь, — подал голос до сих пор молчавший блондин.

— Они не вмешиваются в дела смертных, — покачал головой черноволосый.

Тэрилен и Хэлрид переглянулись, будто о чём-то договариваясь, король кивнул и блондин продолжил.

— Все мы прекрасно знаем, что драконы могут перемещаться между мирами. Также их магия может наделять драгоценные камни различными свойствами. Если дать им то, что их заинтересует, они создадут артефакт, который позволит вернуть Лолирэю домой.

Я повернулась к блондину, пытливо вглядываясь в его лицо. Неужели он — дракон? Я ведь читала во многих книгах, драконы — оборотни и могут принимать человеческий облик!

— У нас нечего им предложить. Драгоценных камней у них тысячи, магия наших народов им неинтересна, — Шассариэн переводил равнодушный взгляд с одного предмета интерьера на другой, стараясь не встречаться ни с кем глазами.

— Есть, — тихо ответил старый король и посмотрел на стоящего за моей спиной мужчину.

Мы вместе с черноволосым уставились на сжавшего губы Хэлрида, тот, избегая моего взгляда, дотронулся губами до моих волос и произнес:

— Драконы принимают человеческий облик и вмешиваются в жизнь смертных, иногда даже влюбляются в них и создают семьи, чтобы они не говорили и как бы не открещивались от этих событий. От любви человеческой женщины и дракона рождаются обычные, не способные к обороту дети. Но от любви мужчины и драконицы, рождаются смески, наделённые способностью к обороту. По какой-то неведомой причине, любовь — главный элемент, без этого чувства пары бесплодны, на наше счастье. Прости, Шасс, что скрывал это от тебя, но Тэрилен — мой отец, а мать из подгорного драконьего рода. Когда я родился, то цвет моей кожи был таким же, как у тех, кто живёт наверху, таким же, как у тебя и Анастасии. Шасс, мы росли вместе, ты ведь помнишь мои ночные побеги из Академии. Оборот невозможно долго держать в узде, ты ведь догадывался об этом, но списывал всё на бунтующую магию. Драконы ценят и оберегают такое потомство, содержат далеко от собратьев и, с помощью своей магии, насильно держат в драконьей ипостаси. Смесок забывает всё человеческое и разучивается перевоплощаться, тогда просыпается магия. Магия драконов и людей. Жуткий коктейль, способный убивать всё живое вокруг. Безразличный, равнодушный, жестокий. Полностью подчинённый воле чистокровных драконов. Мать не хотела такой жизни для меня и отдала отцу, а он записал в Академию, когда я подрос настолько, что уже невозможно было прятать мои истинный цвет кожи и облик.

Беловолосый задержал дыхание и опустил задумчивые глаза, встречаясь взглядом со мной.

— У драконов есть ещё одна особенность, они сразу чувствуют свою пару. И эта связь на всю жизнь, до смерти. Я не отпущу тебя домой, золотце, и другим не позволю забрать тебя у меня.

Ой. Что-то мне нехорошо. Отвела взгляд. Мурашки испуганно забегали по телу, скручиваясь в нехорошее предчувствие где-то внутри живота. Тэрилен молчал, разглядывая свои пальцы. Шассариэн будто заново изучал своего друга. А я не знала, как реагировать на это признание. Вера в то, что я вернусь домой, весело махала на прощание и обещала иногда присылать письма. Разум твердил, что всё это неправильно, нужно брать ноги в руки и искать возможности вырваться из этого мира, вернуться к привычной жизни. Пусть подъём в 7.00, пусть скучная спокойная работа, пусть одиночество двухкомнатной съёмной квартиры, пусть редкие встречи с замужними подругами, разбитое сердце пусть, но подальше отсюда, подальше от этих страшных жёлтых глаз и чешуйчатой кожи! Я вздрогнула от раздавшегося в тишине голоса Шасса.

— Я пойду с тобой к драконам. Мы найдём возможность уговорить их создать артефакт для возвращения Рэи, но тебя у них не оставим, — твёрдый хмурый синий взгляд, всё решившего для себя мужчины, отозвался едва слышным вздохом у меня за спиной. — А Ася сама всё решит.

Последняя фраза вызвала очередное стискивание меня в объятьях и смешок седого.

Глава 3

Глава 3

Подготовка к операции "Ы" заняла весь остаток дня, меня выдворили в комнату чешуйчатого и скрылись в неизвестном направлении, объяснив только то, что вечером мы едем к магам, а утром — к драконам, до которых добираться два дня верхом, и предусмотрительно заперев дверь на ключ. Моя шутка, что Рид может перевоплотиться и отвезти всех нас, была встречена возмущенным сопением названного и хмыканьем короля тэрессов. И что опять не так сказала?

В ожидании возвращения заговорщиков переоделась из неудобного пышного платья в выданную мне утром рубашку. Со шнуровкой пришлось изрядно повозиться, но я справилась и, довольная собой, обследовала вверенную мне жилплощадь на предмет чего-нибудь интересного. Валяться в кровати не хотелось, ванную принимала несколько часов назад, да и оказаться снова в неловком положении посреди пены на открытом обозрении вызывающего во мне коктейль из совсем не позитивных эмоций двуликого мужчины не хотелось.

Внутри чайного столика никаких потайных ящичков, да и вообще каких-то углублений не обнаружилось: искусно вырезанная доска на четырёх ножках, покрытое тёмным лаком плотной структуры дерево, вот и всё. Рядом обычные кресла на витых ножках, обтянутые сиреневой тканью, напоминающей велюр. В шкафу одежда полукровки, преимущественно в серой и серебристой гамме, родовые цвета что ли?

В закрытом стеллаже, примыкающем к шкафу, обнаружились книги, большие и тяжёлые, в кожаных переплётах. Похожие, только более громоздкие я когда-то видела на экскурсии в Российской Национальной библиотеке в Санкт-Петербурге, кажется, они назывались "инкунабулы"? Найденные мной были на порядок меньше, но такие же красивые, дышащие стариной и украшенные затейливыми рисунками и узорами. Пробежала глазами по полке и попыталась вытащить приглянувшуюся мне книгу с вшитым в корешок зелёным камнем по виду напоминающим изумруд. Она неожиданно легко поддалась, и в руки выпал достаточно тяжёлый том с изображением человека с ирокезом и в одежде из перьев на обложке. Здесь есть люди? Обычные, простые люди? Жадно прижала к себе книгу и утащила её в кресло. Устроившись возле окна, провела рукой по приятному тёплому переплёту, кожа местами потрескалась, было видно, что книга довольно старая, но точный возраст определить я не смогла бы при всём желании, потому что не знала, как сохраняются здесь книги. Этому ручной выделки тому могло быть равно, как сто, так и пятьсот лет, а может и больше.

Набралась храбрости и, на мгновение задержав дыхание, открыла книгу. Красивый подчерк, украшенный разнообразными милыми завитушками, каждая страница написана от руки, будто чей-то старый дневник с датами, именами, названиями. По крайней мере, надписи, которые начинались с заглавных букв и палочки с перекрестьями были похожи на это, всё остальное было незнакомым: буквы, слова — я не могла их прочитать. И если речь, видимо, освоилась в момент перемещения, не говорят же здесь на русском, право слово, то открывшийся мне текст был невозможно запутанной абракадаброй. Оставалось разглядывать зарисовки на полях и страницах, которыми пестрел практически каждый лист. Лица, предметы, одежда. С иллюстраций на меня смотрели внимательными мудрыми глазами, похожие на американских индейцев, пожилые вожди и молодые воины, смеющиеся дети и нежные утончённые женщины. Автор книги оказался отменным художником, картинки казались живыми и чёткими. Человеческие города из маленьких одноэтажных глиняных домиков вырастали посреди степей, бурлила сельская жизнь, обычные земные животные: лошади, коровы, куры, сновали между домов. Я с замершим на губах восторгом рассматривала мастерски ухваченные моменты быта далёких людей.

— Этот народ был истреблён много столетий назад, — раздался рядом тихий голос Рида. — А последние выжившие с помощью драконов покинули этот мир. Люди жили на соседнем с нами материке, через пролив от земель тэрессов. Сейчас там пустыня, земля так и не пришла в себя от магического огня.