Анна Солейн – Свадьбы не будет, светлый! (страница 7)

Но того-то мне и надо!

Давай, Лайтвуд.

Он поднес руку к голове змеи и кончиком указательного пальца поскреб ее макушку.

Змея, секунду назад шипящая, захлопнула пасть и замерла, а потом вдруг бросилась вперед.

– О нет! Она его укусила! – трагически воскликнула я. – Как жаль! Лорд Лайтвуд! Я не хотела… – увидев, что происходит на самом деле, я осеклась. – Что?!

Проклятый!

Змея не укусила Лайтвуда.

Она терлась о его щеку, как кошка, и время от времени ласково шипела.

Дотронувшись до тела змеи рукой, Лайтвуд позволил ей обмотаться вокруг предплечья и поднес к лицу.

Улыбнулся, глядя в черные глазки-пуговки одного из самых смертоносных существ в мире.

– Какой чудесный свадебный подарок, мисс Медея! Я бесконечно тронут!

Он снова почесал змею… я бы назвала это «за ушком», если бы у нее были уши.

Улыбка Лайтвуда смотрелась до странного искренне.

Что?!

Это же черная мамба, а не ручной котенок! Он ослеп?!

Оглянувшись на светлых, я увидела у них на лицах такой же шок, как испытывала сама.

Ну слава Проклятому, я не сошла с ума по крайней мере. Но что, провались тут все, творит этот светлый?! Что ему от меня надо?! Стало… страшно. До липкого ужаса. Я ощутила… безысходность. Отчаянье.

Продолжая гладить змею, Лайтвуд обернулся на меня с ухмылкой.

Вдруг мама громко всхлипнула и закрыла лицо руками. Совсем не изящно, как всегда, а как-то очень… по-человечески.

– Моника! – подлетел к ней обеспокоенный отец. – Что с тобой? Ты в порядке?

– Ах! – всхлипнула мама, тряхнув головой. На самом деле плачет?! – Наша малышка наконец-то нашла того единственного, кто испортит ей жизнь, украдет лучшие годы и отравит существование! Это так… трогательно.

Преодолев секундное замешательство, я обернулась к Лайтвуду. Тот невозмутимо поглаживал кончиками пальцев серебристую черную мамбу, обвившуюся вокруг его руки. Улыбался, удивительно мягко. Странно. Это было не постное лицо светлого, а настоящая улыбка.

Мерзость.

Мерзость?..

Да что он так уставился на эту змею?!

Ну меня так не смотрел.

Стоп.

А мне какое дело? Я же не хочу, чтобы он на меня смотрел! Так или не так – неважно!

Я открыла рот и тут же его закрыла. В груди происходило… что-то странное. Я такого никогда не чувствовала. Пока я смотрела на Лайтвуда, на то, как он гладит змею, я чувствовала… подходящих слов подобрать не выходило.

Ярость? Отвращение? Неприязнь? Хоть немного!

Намного больше это было похоже на… нежность?..

Проклятый побери!

Я поморщилась и встряхнулась, пытаясь сбросить с себя даже мысли о таком.

Это же – и до любви недалеко. Какое унижение.

Нужно взять себя в руки, я же темная! Мой ум – вот чем я должна руководствоваться. Ум, холодный расчет и священный эгоизм.

Это все влияние Лайтвуда, не зря он Верховный светлых. Даже находиться с ним в одной комнате опасно!

Взяв себя в руки, я заявила, чеканя слова:

– Вы довели мою мать до слез, лорд Лайтвуд! Ваша стража вломилась в мой дом! Я не могу выйти за вас замуж!

– По помытому вломились! – поддакнул Ренфилд, неодобрительно глядя на ботинки светлых. – А убирать кто будет?

– Мы… – Светлые как-то дружно потупились, заозирались и схлопнули заготовки боевых (защитных! все время забываю, что у них это по-другому называется) заклинаний. – Извините, мисс Даркмор… мы… так тревога же…

– Вы все правильно сделали, – кивнул Лайтвуд, его низкий спокойный голос разом заполнил собой всю столовую. – Я пришлю тех, кто сможет вымыть полы.

– И обои на втором этаже поклеить, – вставил Ренфилд.

– Это лишнее, – отбился Лайтвуд и обернулся к моим родителям: – Леди Даркмор…

– Для вас просто Моника! – улыбнулась матушка, элегантно промакивая глаза платком. – Пустое, не стоит беспокойства. Такой приятный обед!

Никакой поддержки в этой семье.

Матушка уже успокоилась достаточно, чтобы поправить декольте и метнуть в растерявшихся светлых кокетливый, испуганный и призывный взгляд одновременно.

Отец подобрался и тоже метнул в светлых взгляд – угрожающий.

Мне даже стало их немного жалко.

Лайтвуд погладил змею, которая вдруг возомнила себя котенком и только что не мурлыкала, повиснув у него на шее.

– Обсудим званый обед? – невозмутимо спросил Лайтвуд. – Я думаю – к концу месяца. Я хотел бы познакомить Медею с моей семьей. Официальная помолвка, а через пару недель – свадьба. В начале лета.

– Только через мой труп! – не выдержала я. – Хотя нет. Через ваш!

Тишина.

– Моника… – позвал отец матушку. – Помнишь, ты…

– Сказала тебе то же самое, дорогой, когда ты сделал мне предложение! Это так… – матушка осеклась и снова промокнула платком глаза. Встряхнулась и улыбнулась. – Лорд Лайтвуд, возможно, ваши сопровождающие желают к нам присоединиться?

Мы со светлыми переглянулись.

Я тряхнула головой.

Дурной сон. Хочу проснуться. И – что же мне делать? Нужно что-то придумать, я просто так не сдамся. Может, хм… банальное убийство? Не очень изящно, зато действенно. Правда, придется столкнуться с кучей бумажной волокиты из-за нарушения пакта о ненападении между светлыми и темными, может, даже снова вспыхнет война… Но об этом я подумаю потом. Главное сейчас – избавиться от Лайтвуда.

Раньше, чем я успела что-либо сказать, в коридоре раздался топот мягких лап, а затем в столовую влетело чудовище с телом льва и головой пантеры, птичьими крыльями, стальными когтями и ядовитыми зубами.

О.

Вив!

Ты ж мое проклятье ручное!

Вот о ком я забыла.

– О нет, Вив! – негромко воскликнула я. – Только не кусай лорда Лайтвуда! Фу! Нельзя!

«Можно, Вив, укуси его! Посильнее! Голову ему откуси», – тем временем думала я.

Вив была питомцем нашего рода испокон веков, даже отец не знал, как давно она появилась. По официальной версии, один из предков Даркморов, который увлекался медицинскими экспериментами, оживлял мертвецов и препарировал трупы, как-то решил собрать из частей тел животных монстра, которого не видел свет.