Анна Солейн – Развод с драконом. Служанка в заброшенной усадьбе) (страница 61)
— С пустыми руками, Алиса. Какого хрена ты ничего не взяла, ни денег, ни украшений? После развода? Боялась? Тебе кто-то запретил? Как тебе вообще в голову пришло уйти в никуда с голой задницей? Ты настолько идиотка? Я жду ответа.
Кориан уставился на меня тяжелым взглядом фиалковых глаз, на мгновение его лицо напомнило драконью морду.
Раньше, чем я успела себя остановить, я выпалила:
— Потому что мне было слишком больно, сэр. Я вообще не думала о вещах.
Чтоб его!
Это проклятая сыворотка работает! Иначе я бы скорее отгрызла себе язык, чем в чем-то таком призналась!
Один бог знает, что еще я разболтаю. Кориан одним движением пальца только что защелкнул замок двери кабинета и тяжело прищурился.
— Объяснись, — приказал Кориан. — Что значит — больно? На тебя в моем доме кто-то поднимал руку?
Его кулаки сжались, я сглотнула и ляпнула раньше, чем успела подумать:
— Нет, только шептались за спиной.
— О чем?
— О том, как Первый советник мог взять в жены такую деревенщину.
Кориан кивнул и отвел взгляд.
— Почему ты молчала?
— А как я должна была поступить?
Чтоб его, эта сыворотка работала… как вино, только хуже. Мой язык реагировал быстрее, чем голова, и я сама не могла предугадать, что отвечу в следующую секунду, я и свое тело-то с трудом контролировала.
Дернув головой, Кориан встал и, обойдя стол, приблизился ко мне. Он молчал и, когда я уже понадеялась, что допрос окончен, спросил:
— Кто помешал тебе забрать драгоценности?
Я нахмурилась. Вспомнить бы тот день…
— Никто, — одновременно с этим выпалил мой рот сам по себе.
— Почему ты их не взяла?
— А почему я должна была их взять? Господин Первый советник, я уже сказала: я не думала о таких вещах.
— А о чем ты думала? Надеялась, твой любовник будет тебя обеспечивать? Он же…
— У меня не было никакого любовника.
Повисла тишина. Настолько звенящая, что я услышала, как на первом этаже леди Ликс отчитывает кого-то из строителей.
— Вы должны проследить, чтобы строителям заплатили, господин первый Советник. Леди Ликс…
— Плевать на строителей, что ты только что сказала? — Кориан схватил меня за локоть, и я пожалела, что не успела вовремя отшатнуться.
Попыталась вырваться, но, как это бывало обычно, рука Кориана только стиснула меня сильнее.
— Что значит — у тебя не было никакого любовника?
Я нахмурилась. Очень хотелось дать Кориану по лицу, закончить этот разговор и уйти, но слова уже полились изо рта совершенно без моего участия:
— Потому что я всегда любила только вас, господин Первый советник. Я даже не думала о том, чтобы завести любовника. Я мечтала, чтобы вы меня поцеловали. Чтобы тоже меня полюбили.
— Ты издеваешься? — Кориан встряхнул меня, его глаза загорелись огнем. — Я стащил с тебя конюха в то время, что вы развлекались! Или скажешь, что в тот день…
— Я вообще не помню тот день, — перебила я и почувствовала, что сыворотка правды наконец-то… немного ослабляет действие.
Потому что, если бы она до сих пор работала, как надо, я бы рассказала и о том, как в тот день старательно отвоевала кухню, чтобы приготовить Кориану ореховые кексы с кремом — этот рецепт я узнала у приютской поварихи, которая когда-то работала на кухне аж у барона. В приюте таких продуктов, понятное дело, не водилось, но рецепт я знала наизусть. И вот наконец нашла повод попробовать.
Разогреть духовку, перемешать муку и миндаль, добавить яйца, приготовить крем для украшения и растопить шоколад для начинки…
Я так хотела, чтобы ему понравилось! У него же скоро день рождения. Я так хотела его порадовать.
В ночь накануне Кориан был со мной очень нежен. Остался в спальне, а утром, уходя, погладил по щеке.
Мы из-за чего-то засмеялись, хотя я уже не помнила, из-за чего.
Стало так… хорошо и тепло.
Мне казалось, я на всю жизнь запомню, как Кориан обнимал меня ночью — уже во сне. Как утром мазнул губами по щеке и совершенно недовольно пожаловался на дела в столице, которые не получится отложить.
Вернуться он должен был только вечером, я надеялась, что успею с кексами к его приходу. Они должны были получиться вкусными — и получились! А уж какой был аромат…
Даже экономка одарила меня уважительным взглядом, пробормотав что-то про «леди не стоит много времени проводить на кухне, это неприлично!»
Но кого волновали приличия? Кориан как-то обмолвился, что любит орехи, я так хотела его порадовать!
Выставив миндальные кексы со сливочным кремом и шоколадной начинкой на стол, я решила проверить птенца жаворонка, который снова куда-то запропастился, да и на псарню неплохо было бы зайти, к щенкам. Те потеряли маму и отчаянно тосковали.
А потом… потом… потом все — как в тумане.
Пришла в себя я на конюшне от насыщенного запаха лошадей и сена.
Это было первым, что я услышала, а затем Кориан сжал мое горло. Я сначала узнала его по запаху, по очертаниям тела, по чему-то неуловимому, и только потом зрение ко мне вернулось, и я увидела его лицо, почувствовала хватку на шее.
Мысли путались, в голове гудело, тело ощущалось… странно.
Что случилось? Я пришла на псарню — и?
Кориан одернул руку и фыркнул:
Опустив взгляд, я заметила, что платье на мне мятое, а еще — я вся в сене. Внутри было так… спокойно. Кажется, я даже улыбалась.
Мысли были неповоротливыми и тяжелыми.
А спустя какое-то время вместо Кориана появился поверенный и с ледяной вежливостью велел мне собирать вещи и подписывать бумаги о разводе.
Потом я уже вспомнила чуть больше. Например, мужчину рядом со мной, его руки и поцелуи. Не Кориана — от этого было противно.
Как так вышло?
Когда-то я ломала над этим голову, плакала, мечтала получить возможность и объясниться, а потом поняла, что это — совсем не важно.
— Что значит — не помню? — прищурился Кориан и подался вперед.
Я в очередной раз попыталась стряхнуть его руку.
— То и значит. — Коварная сыворотка наверняка все еще действовала, потому я добавила: — Мне было больно, я очень вас любила. Потому не думала о драгоценностях.