Анна Солейн – Развод с драконом. Служанка в заброшенной усадьбе) (страница 27)
— Желает, чтобы во второй раз вы не ошиблись в выборе и нашли ту, добродетель которой не вызывает у вас сомнений, — выдавил Помбри и сжался, боясь поднять на меня взгляд.
Несколько секунд ничего не происходило, а потом я сообразил, что воздух вокруг потяжелел, а ногти на моих руках превратились в драконьи когти.
Убью.
Я ее убью.
Я смотрел на Помбри, размышляя, как именно лучше это сделать.
— Простите, что вмешиваюсь, — звонким, как колокольчик, голоском сказала Лира. — Я правильно понимаю, что это вопиюще бестактное пожелание — ответ той самой оборванки, которую ты нанял в экономки? Кориан, ты не думаешь, что твоя доброта зашла слишком далеко? Ты ее пожалел, а она позволяет себе унижать тебя. Ты…
— Подожди, — оборвал я.
— Вы… — проблеял Помбри.
— Говоришь, ей ничего не надо?
Отлично. Значит, ничего и не будет. Жалования в том числе. Захочет — попросит.
Лицо Алисы стояло перед глазами, и внутри все бесновалось от желания немедленно обратиться, лететь в поместье, прижать ее к себе и… и удостовериться, что она в порядке. Ей ведь нужно восстанавливаться сейчас, раз папаша ее ублюдка не позаботился о ней раньше… Ну так какого вшивого драконьего хвоста… это все⁈
Алиса
Несмотря на протесты Марка, я отправилась в аптеку за мазью в тот же день. Заодно и стекольщика потороплю, месяц от него ни слуху ни духу, а предоплату-то я внесла! Возмутительно!
Заручившись обещанием недовольного мастера 'исполнить все завтра, я вам не блоха, чтобы прыгать, работы у меня другой нет, кроме как в проклятый дом идти", я направилась в аптеку.
— Мазь от болей — три золотых, — объявила уже знакомая мне женщина за прилавком, и я вздрогнула.
Три золотых! Целое состояние! Это же… Это же…
Сжав зубы, я дернула головой. Это здоровье Марка, который во всем мне помогает, нянчится с Кори, как родной дедушка и… и вообще. Конечно, покупать обезболивающую мазь — вопиющее расточительство, но сейчас я наконец могу себе это позволить.
Завтра — ровно месяц с того момента, как я прибыла в поместье, а значит — день получения жалования. У меня будет еще двадцать золотых! Огромная сумма, учитывая, что сейчас лето, скоро начнут созревать фрукты и овощи, которые можно будет купить на местном рынке за бесценок, да и куры начнут нестись активнее, яйца подешевеют.
Все будет хорошо. Мы не останемся без еды, точно! Марк прав, пора немного расслабиться. Хотя о запасах на черный день тоже не стоит забывать.
— Давайте, — решилась я наконец.
Женщина кивнула и вдруг сказала:
— Не ходили бы вы сегодня здесь, наши-то на лося пошли, а вам по лесной дороге возвращаться. Мало ли что!
Мне понадобилось несколько секунд, чтобы сообразить: она говорит об охоте. Да уж, тут рядом лучше не гулять, чтобы не попасть под пулю или на рога испуганного животного.
— Спасибо! — сказала я. Голос дрогнул от благодарности за непривычную заботу.
Небольшую уступку своим страхам я все-таки сделала: купила в аптеке еще смеси для Кори. Ее хватит на пару недель вперед, даже учитывая то, что Кори растет очень быстро и аппетит у него отменный.
Вспомнив о сыне, я нахмурилась. С каждым днем с малышом было все сложнее и сложнее. Он рос, а вместе с Кори росла его магия. Теперь он мог сам притянуть к себе пустышку или игрушку, если я забывала их подать, устроить фейерверк искорок во время вечерней игры, а однажды у меня комнате пошел, мать его, дождь.
Впрочем, я сама виновата, нечего было ему петь на ночь: «Кап-кап-кап, и ветви стонут, сны дождем луна уронит…»
Вдобавок к этому дом его, кажется, узнавал. Я не могла ни на что другое списать то, что здесь было тепло (гораздо теплее, чем должно быть огромном в каменном особняке, где горит всего один очаг на кухне), что пыль, которую я протерла всего один раз, не спешила снова оседать на мебели и стенах, что иногда шкафы и двери открывались сами собой, а нужные вещи находились как будто по волшебству.
Марк говорил, что этот дом пронизан магией и зачарован так, чтобы быть родовым гнездом Амберов, так что не было ничего удивительного, что от присутствия Кори он… оживал.
Это было мне только на руку, но я понятия не имела, как быть с растущей магией сына. Моя собственная сила, и без того маленькая, не спешила возвращаться. Если верить словам целителя, то — она и не вернется.
От острого ощущения потери и слабости до сих пор сжималось сердце, но был и более насущный вопрос: как мне справляться с сыном, магия которого будет только расти? А когда его вторая ипостась проснется?..
Кориан ненавидел этого ребенка, я видела это по его глазам, но… Но, может, если я уеду далеко отсюда, кто-то из драконов… согласится… согласится помочь мне? Кажется, они обычно бережно относились к себе подобным. Наверное. Или это такой же миф, как то, что драконы берегут своих жен, как сокровища?
Оборвав эти мысли, я поспешила домой. Проходя мимо доски объявлений, я остановилась и прикипела взглядом к буквам.
Выборы нового старосты, ярмарка, чья-то свадьба… О, объявления о поиске работников. Ближайший год они мне не понадобятся, но я все равно пробежалась по ним глазами:
«Помощница по хозяйству, замужняя, уровень магического резерва — не ниже трех».
«Работник в бакалею…»
«Ученик кузнеца…»
Так, одно, второе, третье… — ясно, что здесь ищут только мужчин. А для женщин?.. О! «Нянька, замужняя, старше пятидесяти, женщинам без магии просьба НЕ БЕСПОКОИТЬ!»
Я вздохнула. И здесь та же картина, что и в столице. Если ты молода, без мужа, с ребенком на руках — на хорошую работу можешь не рассчитывать. Конечно, исключения всегда делались для магичек, профессиональных, но те вообще были высшими существами, на которых мне оставалось только смотреть, открыв рот.
Сейчас глупо было об этом даже вспоминать, но когда-то я всерьез хотела поступить в академию и стать одной из них. Увы, это так и осталось одними только мечтами: кто бы платил за мое обучение? Мэр? Директриса Хемфилд, которой нужно было каждый день думать, чем кормить пятьдесят голодных девиц?
Смешно.
Я пробовала поговорить об этом с Корианом однажды, но он только выгнул бровь и спросил: «Тебе? Учиться? Зачем?»
Тон его при этом был таким презрительным, что эту тему я больше не поднимала.
А сейчас и вовсе глупо об этом рассуждать.
Подняв руку, я глупо понадеялась, что сейчас на ладони загорится огонек, — но нет.
Я так и оставалась пустышкой и дороги к тому, чтобы стать по-настоящему состоятельной дамой, были для меня закрыты.
Мазь оказалась отличной. Марк, когда ее увидел, ругал меня примерно полчаса и смирился, только когда я сказала, что вернуть ее обратно в аптеку невозможно.
— Не вздумай больше деньги просаживать! — пригрозил он. — Ишь какая!
— Я могу себе это позволить, — важно приосанилась я и засмеялась, забирая Кори у него из рук. — Попробуй хотя бы. Ну или я выброшу, что еще с ней делать?
— Я тебе выброшу! Транжира! Лучше бы еды себе купила, кожа да кости!
Только после этого Марк все-таки соизволил намазать колено и, хоть и продолжал ворчать, облегченно выпрямился. Слова здесь были не нужны: с мазью ему стало намного лучше, не так больно.
До самого вечера у меня было отличное настроение. Пока Марк не видел, я развернула газету, которую он принес. Оторвала первую страницу, где было размещено объявление о будущей свадьбе Кориана, и хотела уже бросить ее в огонь, но… не смогла. Провела кончиком пальца по щеке Кориана, занесла лист над кухонным очагом и замерла.
Потом разорвала страницу, так чтобы в огонь полетела только его высокородная невеста, — и тоже не смогла ее сжечь.
В итоге разорванный лист так и остался лежать под шкатулкой, в которой не было больше писем ни от Кориана, ни от его невесты, ни от поверенного.
Остаток вечера я играла с Кори и не могла удержаться от совершенно глупых умиленных комментариев:
— Ты учишься переворачиваться? А кто у нас учиться переворачиваться? А кто у нас тут так улыбается, а? Кто тут такой большой?
Впрочем, Кори все нравилось, он гукал, тянулся ко мне и улыбался, а, когда пришло время укладываться спать, легко уснул. Ну, разве что слегка заставил тряпичную куклу танцевать так, как обычно делала я. Правда, мне для этого нужны были руки, а Кори хватило всего-то магии.
Весь вечер я изо всех сил старалась не думать о Кориане. Вслушивалась в привычный уже уютный вой вентиляции, я постепенно уснула. И совсем мне фиалковые глаза не снились! И совсем я не скучала!
Разбудил меня непонятный грохот. Я вскочила, закрыв собой Кори, огляделась. В комнате было светло от предрассветных сумерек и пусто. Кори мирно спал.
Грохот повторился. Лихорадочно нащупав свечку и спички на столике у стены, я зажгла свет и прислушалась. Снова шум.
Открыв дверь, я выглянула в коридор и замерла. Пусто, тихо, а потом шум вдруг повторился. Звонкий, как будто что-то металлическое упало.
Например, кастрюля. Например, на каменный пол.
Исходил звук со стороны кухни.
Там кто-то был.