Анна Солейн – Развод с драконом. Служанка в заброшенной усадьбе) (страница 16)
Котелок нашелся без проблем, он как будто сам прыгнул мне в руки с полки одного из шкафов. Я перепеленала Кори и ополоснула его теплой водой, а затем наконец смогла его накормить.
Видя, как малыш упоенно высасывает из бутылочки питательную смесь, я невольно улыбнулась. Все хорошо, вот мы и дома. Ну, на ближайший год. А там — накопим денег и переберемся в свой. Все у нас будет хорошо. В этот момент Кори нахмурился, становясь неуловимо похожим на отца, и я вздохнула. По правде говоря, оказавшись с малышом-драконом на руках, я понятия не имела, как поступать правильно. А вдруг он вовсе не унаследовал вторую ипостась и просто родился сильным магом, какими были когда-то мои предки? Такое тоже иногда случалось. Выходит, говорить правду Кориану как ни крути — рискованно.
— Нам бы тоже поесть, девочка, — подал голос Марк. — Что там по деньгам-то у нас? Давай в город схожу, куплю чего.
— Двадцать золотых, — ответила я, укачивая Кори.
— Это на неделю?
— На месяц.
Повисла тишина.
— Господин Первый Советник сбрендил? — осведомился Марк. — Как ты на эти деньги жить-то должна?
— Предполагается, что я ему напишу, если что-то понадобится.
— Ну так пиши давай! Ишь че удумал! Девку голодом-то морить! А здоровяк твой — что? Ну…
Я покачала головой.
— Господин Первый советник намекнул, что проверит то, как я расходую выделенные мне сверх жалования деньги. И то, насколько они мне необходимы.
— Пускай хоть обпроверяется!
Я снова покачала головой, улыбаясь засыпающему сыну.
Марк не понимал до конца, что «проверка» вполне может означать визит самого Кориана. На это он и рассчитывал, я уверена. Ткнуть меня носом в том, что я ничего не могу без него. Он хотел, чтобы я выпрашивала у него деньги. С его точки зрения нанять меня экономкой уже было милостью. Но он хотел большего.
Этого я и боялась. Не за себя — за сына. К тому же, я не знала, как Кориан отнесется к тому, что я взяла с собой Марка без его разрешения. Он ведь запретил мне водить мужчин. Вдруг Марк тоже считается, хоть он и старик? Что помешает Кориану выбросить его на улицу просто так? Милосердие? Смешно даже говорить.
Так что чем меньше я привлекаю внимание Кориана — тем лучше. Всем известно, что жалость и Первый советник — это понятия несовместимые. Одно время я читала все газеты, чтобы побольше узнать о Кориане, но быстро перестала. Там о нем писали так, как будто он какой-нибудь монстр.
Когда я спросила об этом Гарри, тот только засмеялся, хотя глаза его оставались серьезными.
Гарри в самом деле был женат на дочери одного герцога, который когда-то, много лет назад, поднял восстание на своих землях. Кажется, Гарри и его жена жили душа в душу, но я не знала деталей.
Не знаю, с чего он это взял, но я потом хранила его слова в сердце, как талисман. Жалко, что Гарри ошибся.
А сейчас… У меня есть так много! Крыша над головой. Огромный дом. Мой сын. И целых двадцать золотых в месяц! Если Марк думает, что это мало, то глубоко заблуждается.
У меня заурчало в животе, и я удивленно замерла. Ничего себе! Я не чувствовала голода уже… очень давно. Да и вообще мне казалось, как будто телу стало немного легче. Я хотя бы могла стоять!
— Надо поесть, — решил Марк. — Ты как хочешь, а я…
В этот момент за моей спиной раздался скрип. Обернувшись, я увидела, что дверь кладовой приоткрылась, показывая темное нутро. В одном из шкафов я нашла свечи, очаг, зажженный Кори, весело потрескивал поленьями.
— Давай-ка сначала посмотрим, что мы сможем найти, — решила я.
Глава 9
Из кладовки, когда я подошла, дохнуло холодом, так что пришлось вернуться к узлу с нашими вещами и вытащить оттуда одеяло для Кори. Простынет еще!
— Подержишь? — попросила я Марка. — Мне нужны свободные руки.
— А ты чего удумала-то, девочка? — спросил он, беря завернутого в одеяло Кори на руки. — Ты что это…
— Хочу осмотреть кладовку.
— Не вздумай! Ишь чего удумала, одна, да… Да там ветхое все, обвалится! И нет там ничего! И что ты…
— Все будет хорошо, — заверила я, зажигая от очага свечу.
В таких домах, старых родовых гнездах, кладовки когда-то строили так, чтобы они выстояли, даже если дом рухнет: их планировалось использовать как укрытия в самых крайних случаях. Так что укреплялось там все на совесть.
Марк, должно быть, не знал об этом, я бы и сама не узнала, но наш приют находился в доме, где когда-то располагалась летняя резиденция виконта Шано и однажды я нашла в библиотеке дневник архитектора, который этот дом проектировал много лет назад. Не то чтобы это было то чтение, о котором я мечтала, но книг в моем распоряжении было совсем немного. Вот и пригодились сейчас знания.
Сделав пару шагов вперед, я поднесла свечу к двери кладовки и замерла — огонек дернулся. Отлично, вентиляция есть.
— Какую-то ерунду ты удумала, — ворчал Марк, тяжело, с кряхтением, ступая за мной следом на деревянную лестницу.
Я покачала головой, подсвечивая для него дорогу.
— Ну что, довольна? — снова проворчал Марк, когда мы спустились. — Тут только еда для скотины, или ты коз завести решила? Как будто тебе проблем не хватает!
На полу с одной стороны стояли мешки, на полках вдоль стен с другой — широкие глиняные кувшины, пыльные и оплетенные паутиной. С потолка свисали пучки трав. Откуда Марк знает, что здесь хранится еда для скотины?.. Еще одна странность в его поведении вдобавок ко всем остальным.
— Лезешь куда не надо, — продолжил Марк, укачивая Кори, — на ровном месте проблемы ищешь! Двадцать золотых есть — в город проще сходить закупиться! А там и головорезу этому писать, пускай дальше раскошеливается… Разве ж ты должна здесь впроголодь жить? Что за условия⁈
Я вздохнула. Во-первых, я уже решила, что Кориану лучше не писать, — потому что не знаю, чего от него ждать. Во-вторых, у меня есть двадцать золотых в месяц. А первый взнос за маленький домик в городе вроде того, рядом с которым я выросла, — сто пятьдесят. Конечно, это будет совсем не роскошный дом, скорее халупа, да еще и в кредит, который я буду выплачивать до самой старости, зато свой! С маленьким сыном на руках у меня вряд ли выйдет заработать на что-нибудь большее.
Увы, но стоит смотреть на вещи трезво. Может, стоило послушать Кориана и, когда он сказал мне убираться, «прихватив свое барахло» — в самом деле прихватить барахло. Но я ушла от него в чем была: платье, сережки, туфли, шаль и маленькая заколка. Я не любила тяжелых украшений и вычурных нарядов, хотя ими был забит весь мой огромный гардероб. Гардероб жены Первого советника, ей полагалось одеваться роскошно.
Мне это не нравилось. Может, потому что вещи в гардеробе казались мне такими же чужими, как и поместье Кориана, как и то, что я вообще стала его женой.
Выбирали всю мою одежду наставницы по этикету, она была… статусной. Ужасно неудобной, а украшения, и купленные специально для меня, и родовые драгоценности Амберов, которые мне полагалось носить как жене главы рода, — тяжелыми.
Сначала я думала, что смогу понравится Кориану, если буду одеваться так, как говорили наставницы, но… но большую часть времени он все так же смотрел сквозь меня. Не дали никаких плодов уроки этикета и даже игра на фортепиано, которой я «должна была владеть».
Так что носила я чаще всего самое простое домашнее платье, сережки, браслет и заколку, которую мне привез Кориан после одной из своих долгих поездок в столицу.
С ней я почти не расставалась: заколка была удобной и легкой. Хотя причина, конечно, была не только в этом.
Когда я узнала, что беременна, уже после развода, я поняла свою ошибку: денег за драгоценности и платье, в которых я ушла, получилось выручить совсем немного, а пособия Кори едва хватало на то, чтобы сводить концы с концами.
Не говоря уже о том, что чувствовала я себя во время беременности, да и после нее настолько плохо, что двигалась с трудом, а мысли в голове были тяжелыми, неповоротливыми, ватными. Я все время была сонной и слабой, думать не получалось совсем.
Удивительно, но сейчас мне было намного лучше, как будто я год сидела без воздуха, а сейчас вдруг задышала полной грудью. Или как будто сидела в темной комнате, а сейчас вдруг в ней включили свет. Или как будто в голове наконец прояснилось после долгой болезни, из которой, кажется, невозможно выбраться. Интересно, это дом на меня так влияет? Глупости, хотя смешно об этом думать, ведь это — поместье Кориана.
Поток мыслей вдруг прервал странный звук, и я сообразила, что это урчит у меня в животе. Аппетит вдруг проснулся — зверский. Да я ни разу за последний год не была такой голодной!
Но, несмотря на это, деньги нужно было экономить, чтобы за год (если повезет) работы хоть что-то скопить. В любом случае, даже маленькая сумма на руках — это больше, чем совсем ничего.