Анна Солейн – После развода с драконом. Будешь моей в 45 (страница 91)

Из достоверных источников — от леди Вилкинс, которая была в курсе всего и даже придворный заговор наверняка раскрыла бы за чашечкой чая, — я знала, что его величество сказал решительное нет. “Никаких баб в моем совете не будет! Лучше о замужестве задумайся” Ну, или как-то так.

Принцесса продала драгоценности, наняла юристов, а те — откопали старый свод законов, где было указано, что кронпринц (или даже кронпринцесса) обязан участвовать в государственных делах и занимать должность не ниже второго ранга чинов.

Так принцесса Гвен все-таки вошла в совет. Пока ее всерьез там не воспринимали, конечно, все-таки женщина, но именно она уговорила его величество снова заняться вопросом транспорта.

Так и вышло, что соперничество порталов и железных дорог снова стало актуальным. Правда, в этот раз “Дому Ферли” противостояла… Лина, к которой по решению суда вернулись “Стальные пути Метьюз”.

— Да ни за что! — возмутилась Лина. — Всем известно, что железные дороги лучше. Да дешевле как минимум! На эти порталы цены запредельные! Неделю можно жить! Хотя удобно, конечно...

— Ну да, — хмыкнула я.

Я была уверена, что в итоге Гидеон и Лина сработаются и разделят, так сказать, сферы влияния, но до этого пока было далеко.

Да и его величество не был готов забыть старые обиды.

— Так что ты там хотела? — спросила я.

— Элли! Ты что, ослепла? Посмотри! — возмутилась Лина, сунула мне под нос правую руку и выпалила: — Дик сделал мне предложение! В следующем году мы поженимся!

— Долго же он собирался, — проворчала я, но все равно улыбнулась.

Два года назад, когда полиция и тайная служба короля начали распутывать историю с Черепом, они вышли на мэра Бигли. Я рассказала им все, что знала: и про распределение по карманам денег короны, и про то, что моя школа невольно стала участницей этого.

Меня пожурили и отпустили, все-таки цели у меня были благие (статья третья “Уложения о преступлениях”), а вот за мэра Бигли взялись всерьез.

Он сначала отпирался, мямлил, врал, а потом наконец разговорился. Выяснилось то, что я предполагала с самого начала: жена Дика умерла не сама, ее убили. Мэр Бигли подговорил какого-то головореза устроить пожар в овощной лавке, потому что она услышала то, что не должна была слышать.

Вслед за Фоксом Бигли отправился за решетку, а Дик… Я думала, он снова присосется к бутылке, но он, кажется твердо решил оставить это в прошлом, только мрачно пообещал, что с головы Лины он волосу не даст упасть. И вот теперь…

— Ничего не долго! — возмутилась Лина, любовно рассматривая кольцо. — Как раз вовремя.

— Колин и Мэгги уже в курсе?

Большая же у них получится семья. Дочь Дика, сын Лины... Хотя, как мне казалось, оба ребенка уже и так считали их родителями, особенно после того, как Дик переехал вслед за Линой на юг, заниматься "Стальными путями Метьюз". После этого предложение руки и сердца стало всего лишь вопросом времени, а я осталась без самой лучшей в мире учительницы и лучше друга. Благо, Лина все-таки находила в своем напряженном графике возможность нас навесить время от времени — вот как сейчас.

— Конечно. Мэгги хочет десять разных платьев для нашей свадьбы, а Колин предупреждает, что хватит с него одной сестры и лучше бы нам организовать ему брата. Мальчишки! Вы придете на нашу свадьбу?

— Я… Какие мы?

Я принялась перебирать лежащие передо мной листы и почувствовала, что мои щеки заливает краска.

— Ты и Гидеон, конечно! — воскликнула Лина. — Не делай вид, что между вами ничего нет.

— Между нами ничего нет, — радостно подтвердила я.

— А о помолвке вы когда объявите?

— Мы… какой еще помолвке?! Что может быть общего у лорда-дракона и директрисы провинциальной школы?

— Директриса провинциальной школы? — хмыкнула Лина. — Так ты себя называешь?

— А как мне еще себя называть?

— Твоя школа — феномен! Даже отпрыски благородных семей мечтают сюда попасть.

— Пускай мечтают дальше, — отрезала я. — Моя школа — для тех, кому правда это нужно.

Школа за прошедшие годы подросла, обзавелась регалиями, штатом преподавателей (все они были хороши, но не так хороши, как Лина), общежитием, вторым зданием и перспективами. А я обзавелась большими планами на то, чтобы создать целую сеть таких школ в разных уголках королевства. Для девочек и для мальчиков. Но мои принципы оставались неизменными: учиться у меня будут те, кому это необходимо, а не те, у кого больше денег.

— Ну допустим, — тонко усмехнулась Лина. — Так что там с Гидеоном?

Боже, она невыносима! Правду говорят, муж и жена — одна сатана! В нашем случае — жених и невеста, но сути это не меняет.

— Ничего там с Гидеоном. Мы просто…

— Просто?

— Просто друзья.

— Друзья?

— Да. Он главный спонсор нашей школы! Как я могу с ним не дружить?

— Как будто тебе не хватает денег. К тебе спонсоры в очередь выстраиваются. И тот твой выигрыш!

Я довольно прищурилась. Да, выигрыш был знатным, ведь мы с Гидеоном в том сезоне так и не поженились, а вполне себе развелись, как и планировали. Сказала бы я, что мне стыдно за обман, но увы, мне не было. Деньги пошли на строительство общежития, чтобы у таких девочек, как Алиса, появился хоть какой-то дом.

— Мы просто друзья. Ничего больше.

Я положила руку на грудь, нащупала под тканью платья кольцо, и откашлялась. Да. Близкие такие друзья. А кто сказал, что с любовником нельзя дружить? Пускай отрежут лгуну его грешный язык!

— Просто друзья, которых застали целующимися? Вы бы прятались получше.

— Это все ложь! Газетчики наврали! На самом деле мы…

— А как же фото? Вы были на первой полосе всех газет после того, как ты в последний раз ездила в столицу.

— Это…

Я не успела договорить, когда в открытое окно вдруг полетело пронзительное девичье:

— Гидеон!

— Гидеон пришел!

— Гидеон!

Лина метнулась к окну, выглянула наружу и хмыкнула. Я упрямо осталась за столом. Разве я не знаю, что я там увижу? Знаю. Там я увижу вышагивающего по каменной дорожке Гидеона и стайку девочек, которые несутся к нему, как мошки к лампочке.

В первый раз, что ли?

— Девочки его обожают, — прокомментировала Лина.

— Да, девочки от пяти до ста пяти, — проворчала я. — И все обожают.

— О, он что-то им принес!

— Снова сладкое? — возмутилась я, вскакивая. — Говорила же я…

— Нет, там… О, это ленты! Ну все. Целая коробка лент, тут на всех хватит, еще и останется. Ух, разноцветные, и как сияют! Шелковые что ли? Ой, и кружевные!

Я закатила глаза и вернулась к бумагам. У Гидеона была какая-то сверхъестественная способность находить общий язык с любыми женщинами. Как иначе объяснить то, что Лина, которая совсем недавно убить его была готова, сейчас сменила гнев на милость?

Вот и зачем мне это? Правильно, мне это не нужно.

Я хочу спокойной старости. Зрелости. Какая уж тут старость, если я умудрилась в благопристойные сорок семь лет…

Неважно.

Ох…

— Давай же, Элли, — подтолкнула меня Лина. — Иди, у тебя отпуск. Неделю чтобы я тебя тут не видела. Не попадитесь газетчикам! Хотя о чем это я. Попадитесь газетчикам!

— Я в столицу по делам, — с достоинством ответила я, подхватывая стоящий на полу саквояж.

— Ну конечно, а то, что сейчас сюда пришел Гидеон, — это совпадение.

— Совершенно верно.