Анна Солейн – После развода с драконом. Будешь моей в 45 (страница 17)

Она с неожиданной силой схватила меня за руку и уставилась мне в лицо огромными карими глазами. Глаза были, надо признать, с легкой ноткой безумия.

— У нас нет времени! — выпалила она. — Нам нужно бежать!

Раньше, чем я успела ответить, она потащила меня вправо. Ладони у нее были холодными, но удивительно цепкими.

Людская толпа шарахнулась от нас, я попыталась вырваться, но тщетно. Женщина просто втолкнула меня в портал, и все поглотила мятная зеленая пустота.

Я успела только услышать возмущенный зов проводника:

— Что вы творите! Леди! Вы...

Мать его.

Ну вот, отлично.

Спустя долю секунды портал выплюнул меня посреди темного нигде. Пахло вокруг влажной травой, прохладной осенней ночью и мокрой землей.

Мать. Его.

Портал, не настроенный на конкретную точку перемещения, перенес нас в совершенно случайное место. Над этим слабым местом в работе порталов бились лучшие маги “Дома Ферли”. А пока рядом с каждым из порталов стоял проводник и следил за тем, чтобы никто не прыгнул в портал раньше того, как его настроят определенным образом.

Иначе пассажир может оказаться непонятно где, вот как мы сейчас.

Плюс в том, что Гидеон такое перемещение отследить не может.

Минусы — все остальное.

Вслед за мной из портала вывалилась женщина и схватила меня за руку:

— Бежим! Нам нужно уходить оттуда! Иначе они нас догонят! Они убьют тебя!

Я едва видела ее лицо в куцем лунном свете, но голос звучал безумно. Вырвавшись из ее хватки, я воскликнула:

— Стоп! Ты…

Я осеклась.

Твою. Мать.

Все еще хуже, чем я думала.

Мой саквояж.

Мой браслет.

Все осталось там, на полу вокзала.

У меня ничего нет.

Ни одежды, ни драгоценностей. Ни гроша.

— Нам нужно уходить! Быстрее! — женщина снова попыталась схватить меня за руку.

Она сумасшедшая. Она втолкнула меня в портал.

И теперь я осталась без денег. Совсем!

Что же мне делать?

— Элеонора! Быстрее! Тебе нужно спасаться!

Я замерла.

— Откуда ты знаешь мое имя?

Я его точно не называла санитарам.

В лунном свете глаза женщины казались огромными и темными, как лесные озера.

— Ты ведь Элеонора Ферли? — зашептала она. — Они говорили о тебе.

— Кто — они? Санитары?

— Нет! Они! Другие! Я… — Она нервно облизала губы. — Я видела газеты. Там твои фотографии. И они говорили… Тебе нужно бежать! Иначе они найдут тебя и убьют! Скорее!

Что? Это еще что за новости? Кто хочет меня убить? Гидеон?

От мысли о непоятной кличке "Череп" закололо виски.

Главa 16

Я зажмурилась, надеясь, что перед глазами перестанет все расплываться.

Череп. Какой Череп? Кто пытается меня убить?

Я бы, наверное, заметила, если бы кто-то попытался?

Голова бы еще перестала болеть так сильно… От одного слова “череп” виски как будто начинало долбить невидимыми молотками.

Пока я пыталась прийти в себя, женщина схватила меня за руку и снова потащила вперед. Вот это у нее силища! Споткнувшись о торчащий из земли корень, я вырвалась и рявкнула:

— Пусти! Куда ты меня ведешь?

— Туда! — испуганно выпалила она, указывая рукой куда-то вперед, в кромешную темноту.

Я глубоко вдохнула и выдохнула.

— Куда — туда? — спокойно спросила я. — Там ничего нет.

— Но нам надо бежать! — отчаянно выкрикнула она и снова попыталась меня схватить.

Я отошла на шаг и заговорила:

— Куда и от кого? Оглянись, вокруг нас — ничего нет, а сейчас ночь. Если мы куда-то побежим, то переломаем себе ноги и замерзнем. — Прикрыв на секунду глаза, я не выпалила: — Ты и так втянула нас в передрягу! Из-за тебя я осталась без денег! И... и в какой-то заднице посреди поля! Ночью! В мороз!

Женщина вздрогнула и обхватила себя руками.

— Прости. Я просто…

Голос у нее сорвался, зубы клацнули. Я запоздало сообразила, что ее трясет от холода, тут же стало стыдно.

Вздохнув, я огляделась.

— Держи, — проговорила я, стягивая с себя плащ. — Надень, ты совсем замерзла.

Женщина отшатнулась.

— Нет, леди, вы что! Это же… Такая дорогая вещь! И вы... Я и так... Я…

— Надевай! — приказала я. — Ты ребенка хочешь застудить?

Это заставило ее послушаться. Женщина была ниже меня на целую голову, так что в моем плаще буквально утонула.

Оставшись в одном только тонком платье, я поежилась.

Нужно выбираться отсюда. Но бежать в темноту — тоже не выход.

— Как тебя зовут?