Анна Солейн – Мама для подкидышей, или Ненужная истинная дракона (страница 76)
Эми успокоенно отхлебнула молока, оставив над верхней губой усы, а мне оставалось только догадываться о том, что она имела в виду. Черный? Как староста — черный? Это как-то связано с тем самым Черным? Но от него ведь уже давно ни слуху ни духу. Да и какое ему дело до кота?
Уложив Эми спать, я постояла немного в коридоре, а затем прокралась к кабинету. Решительно, как будто ныряя в воду, постучала.
— Лорд Мэлори…
— Оставь меня в покое! Я неясно выразился?
Вот и поговорили.
Мудак.
Ночью я глаз не смогла сомкнуть, а на следующее утро связалась с Мирой с помощью зеркала.
Дети еще спали, а лорд Мэлори… Я ничего не смогла с собой поделать, всю ночь подходила к его кабинету, припадала к двери, а утром и вовсе заглянула внутрь. Он разбирал какие-то бумаги, раскладывая их по стопкам на столе с таким видом, как будто они нанесли ему личное оскорбление.
Сил у него явно было в избытке, хоть и выглядел он в утреннем свете таким бледным, что краше в гроб кладут. Мне даже показалось, что руки у него колотятся, но иллюзия развеялась, стоило лорду Мэлори вскинуть на меня взгляд.
Дважды мудак.
От души хлопнув дверью его кабинета (мог бы сделать вид, что меня не заметил!), я спустилась вниз и закрылась на кухне.
— Чего тебе надо? — недовольно спросила Мира сразу же, как ее лицо появилось в зеркале.
Ну, ругается — значит, все неплохо. Выглядела Мира тоже здорово, разве что под глазами появились круги, как будто она давно не спала.
Я облегченно выдохнула и спросила:
— Ты в порядке?
— А что мне сделается? Ты чего хотела-то в такую рань?
— Я беспокоюсь, — честно ответила я. — И я хотела бы приехать, чтобы…
— Не вздумай! Ехать еще, я только вздохнула полной грудью! Ни дня покоя от вас, не пытайтесь даже вернуться!
— Не возвращаться? — тут же вцепилась я в ее слова. — Что там происходит?
— Ничего не происходит, тишь да гладь, пока вас нет! — рявкнула Мира. Она держала зеркало на вытянутых руках, чтобы видеть мое лицо, хоть и не признавала вслух свою дальнозоркость. Как и то, что в принципе хочет видеть мое лицо. — Эта только падаль шляется и вынюхивает что-то.
— Падаль? Черный? Он вернулся? Мира, послушай. Ты должна быть осторожна.
— Еще чего не хватало! Чтоб я эту падаль боялась⁈
Судя по тому, что ее голос набрал оборотов — Черного она как минимум опасалась. Впрочем, я и раньше это знала. Не знала только — почему.
— Мира, пожалуйста. Я пришлю за тобой карету. Мне будет спокойнее, если ты будешь в сто…
— Иди на хер! Чтоб я еще убегала от кого-то⁈ Да пошла ты! Бессовестная! Ишь, х…
Ну вот почему она всегда кричит? Я прижмурилась, потому что речь Миры набрала нецензурных оборотов.
— Стоп! — вклинилась я и заговорила, пока Мира снова не начала материться: — Эми сказала… я до конца не поняла, что она сказала. Говорит, что Ушастик — черный. Как староста? Что это может значить?
У Миры на лице мелькнуло что-то, похожее на испуг, а потом она рявкнула:
— Это может значить, что меньше голову ерундой забивай! Тебе она еще и не того наболтает!
Так. Стоп.
— Подожди. Ты же сама говорила, что у Эми — дар.
Мира задохнулась, ее серые глаза широко раскрылись, а потом она зло рявкнула:
— А еще она пигалица безмозглая! Завтра фей увидит — тоже поверишь? Я сама, думаешь, палкой деланная?
— У Эми дар сильнее, чем у тебя.
— Кто сказал⁈
— Ты. Мира. Что происходит? Скажи мне. Почему ты боишься Черного, почему…
— Никого я не боюсь, не выдумывай! И не дури мне голову. Сидите там — и не вздумайте возвращаться! Мне хоть пожить спокойно! Еще из-за кота мне тут будете нервы портить! Бока уже наел больше моих, морда треснет скоро! Потом тоже заберете, чтоб мне на старости лет жить спокойно!
Она щелкнула по зеркалу пальцами, обрывая связь, а я осталась одна на кухне. Что еще за…
Единственное, что я поняла из слов Миры: она уговаривает нас не возвращаться. Но почему? И стоит ли бить тревогу? На эти вопросы ответов у меня не было, а Мира явно не была настроена что-то рассказывать.
С ней что-то случилось или я из-за бессонной ночи вижу проблему на пустом месте?
Застонав, я потерла лоб. Возможно, я бы соображала сейчас лучше, если бы поспала, а не волновалась из-за одного дракона. Почему он вообще ночует в кабинете?.. Ну, то есть… пожалуй, на его месте так поступил бы джентльмен. Но где лорд Мэлори и где джентльмен? Да и не видела я в глаза таких ни в одной из жизней, разве только в фильмах.
Откинувшись на спинку стула, я буравила взглядом зеркало и раздумывала, как поступить.
В этот момент дверь открылась — и в кухню вошел лорд Мэлори. Как обычно — застегнутый на все пуговицы, с прямой спиной.
Наши взгляды встретились.
Кивнув, лорд Мэлори подошел к столу. Он выглядел бледным, под глазами залегли круги. Двигался он скованно, как будто мышцы плохо слушались, но лицо было спокойным.
Сердце сжалось от сочувствия. Мне не показалось вчера? Ему в самом деле было плохо?
— Как вы себя…
— Через неделю мы переедем в новый дом, более просторный, — перебил он. — Пока лучше не выходи на улицу, и детям тоже лучше остаться здесь.
— Но…
— Не спорь. Я усилю охрану. После обеда придет Гидеон, он тебя осмотрит.
— Что? Послушай…
— Просто делай, как я говорю.
Задержав на моем лице взгляд, он потянулся вперед, а затем, оборвав себя на середине движения, вышел. Лорд Мэлори двигался легко и стремительно, как всегда. Только ему пришлось схватиться за косяк, чтобы переступить порог кухни. Или это мне только показалось?
— Лорд Мэ…
В ответ я услышала только хлопок входной двери, такой сильный, что чудом только краска с потолка не начала осыпаться.
Мудак.
Что на него нашло? Мы же… мне казалось, что… Неважно.
Сжав кулаки, я вскочила и подошла к плите. Нужно готовить завтрак: скоро дети проснутся, а служанка, которую нанял лорд Мэлори, придет сегодня только к обеду.
А потом… потом я поговорю с Гидеоном.
Нужно найти новый способ обезопасить себя и детей. Который не будет включать в себя жизнь под одной крышей с лордом Мэлори, после встречи с которым у меня колотятся руки и хочется то его убить, то…
Лорд Седрик Мэлори
Было тяжело уйти от Элис, зная, что я, возможно, вижу ее в последний раз. Но сделать это было необходимо. На короткий миг, когда я зашел на кухню, зрение прояснилось, и я смог ее увидеть. Рыжие волосы, напряженная поза, голубые глаза, ямочка на подбородке, гордая осанка. Она была привлекательна вся целиком, не из-за внешности, конечно, красоток я видел очень много. Дело было в другом. Просто эта была Элис. Как она пахла, как вела себя, как говорила, как, несмотря ни на что, оставалась упрямой и острой на язык.
Я к ней потянулся и тут же одернул себя. Нужно было думать о деле.
У меня слишком мало времени.
На улице, где воздух был по-утреннему свежим и прохладным, стало немного легче, но я не обманывал себя: это иллюзия, которая скоро рассеется.