Анна Солейн – Мама для подкидышей, или Ненужная истинная дракона (страница 41)
Выражение лица Гидеона было бесценным, а у меня почти перестала кружиться голова. Старая знакомая боль вернулась — но сейчас к ней добавилось еще жжение в отбитых ребрах и спине.
— Рольф где?
— Ушел вместе с Элис, — проборомотал Гидеон и встряхнулся. — Сказал, он сейчас у нее живет в обмен на «услуги» — и в школу возвращаться не намерен. Уж не знаю, что у них там происходит, но не силой же мне его было держать! К тому же, не похоже, что он в беде, — а я ему не опекун и не законник, чтобы что-то запрещать. И… подожди? То есть… пока, мы с Рольфом болтались в кондитерской…
— Элис пробила мной стену, а потом заколотила дыру, забрала Рольфа и ушла, — подтвердил я.
— Так вот, зачем она искала доски… — пробормотал Гидеон и сунул в рот сахарного петушка.
Она еще и доски ходила искать, пока я был без сознания и отчаянно цеплялся за жизнь.
Очаровательно.
Оглядевшись, я заметил, что мы с Гидеоном привлекли внимание местных, которые, сбившись в кучку, наблюдали за нами с противоположной стороны широкой торговой улицы.
Должно быть, мы с Гидеоном, замершие в узком проеме между двух домов, зрелищем были необычным.
Сосредоточившись, я даже смог услышать разговор зевак.
— Очнулся, — пробормотал мужчина с окладистой бородой. — А я-то думал — все! Убила его ведьма-то! Дракона! Самого дракона! Это ж… герцог наш, а? Или не он? Глаза-то подводят…
— Да какая она ведьма! — шикнула на него стоящая рядом женщина в желтоватом от долгой носки льняном платье. — Это ж Дурочка Элис! У нее мозгов — с воробьиный хрен! Возомнила себя только важной дамой!.. Здороваться даже перестала — забыла небось уже, как год назад у меня молоко клянчила! А гонору-то, как у королевы! Сдружилась с этой сумасшедшей…
— Тихо! Цыц! — одернула ее соседка пониже ростом. — Еще раз на Элис рот откроешь — я тебе косы-то повыдергиваю! Мне ее артефакты детей спасли!
— И все-таки она ведьма, — подытожил мужчина. — И с ведьмой водится! Недаром рыжая! И ублюдки у нее такие же! Еще и этот, третий! Как посмотрит — так аж сердце заходится!
— Подождите, точно герцог…
— Да какой герцог? Тот был в лиловом, а этот вон, в черном! Дракон! Он на нас уставился! Мамочки! — мужчина с окладистой бородой безуспешно попытался спрятаться за невысокой женщиной.
— Подожди, — вклинился в сознание голос Гидеона. — Подожди! Седрик, ты или сошел с ума — или повтори еще раз! Эта твоя истинная, Элис, нашла способ добраться до магии Мэлори и…
— И присвоила ее, и только что врезала по мне всей силой рода, к которой у меня доступа все это время не было. Ты все верно понял.
Я снова прислушался к разговору на той стороне дороги.
— Говорят о чем-то, — пробормотала женщина в засаленном платье и темном переднике. — Кто ж это такие? Надо на постоялом дворе спросить, вдруг они там остановились. Уж Старик Грин-то должен что-то знать!
Постоялый двор! Какая отличная идея. Туда-то я и направлюсь. Конечно, можно было бы сразу домой к Элис… но мне как минимум хотелось сначала вымыться. Оказывается, если пробить спиной стену и проваляться на дороге какое-то время, то грязи потом на костюме остается — проще выбросить, чем вычистить.
К слову, хорошо бы разузнать, с кем Элис живет. И… что еще за ублюдки? Что за ведьма?
Шутки шутками, но что вообще происходит? Что она здесь устроила?
Хорошая новость была только одна: наша с Элис связь окончательно окрепла. Я мог сказать, где она находится сейчас с точностью до пары сотен метров.
От такого хотелось довольно, по-драконьи, урчать. А о том, почему это случилось, можно подумать и позже.
— Подожди, — перегородил мне дорогу Гидеон. — То есть, я правильно понимаю, что твоя истинная сейчас — обладательница магии рода Мэлори⁈
— Я готов поспорить на свое доброе имя, что это так.
Не то чтобы оно было таким уж добрым… Но чем богаты.
— Но… — растерялся Гидеон и с хрустом отгрыз сахарному петушку голову. — Но… Седрик! Это же отлично! Переспи с ней — и дело с концом! Уверен, твой недуг как рукой снимет! Всего-то переспать! Идеальный вариант!
Глава 20
Элис
После появления у меня в магазине лорда Мэлори стало окончательно ясно: ничего уже не будет хорошо. Правда, оставалась надежда на то, что дракон слегка… того.
Но надежда была маленькой, потому что, уходя от магазина, я точно видела: лорд Мэлори дышал.
Жаль.
Руки тряслись, я до сих пор не могла уложить в голове то, что услышала.
«Тогда, может, объяснишь, откуда у тебя магия моего рода?»
Магия его рода? Магия рода Мэлори? Я ее украла? Но как? Это та самая искорка, которая втекла мне под кожу, когда я дотронулась до кольца? Ну… упс. Защищать вашу магию нужно получше, раз она такая ценная.
«Только магия-то у тебя — драконья, не людская, — вспомнила я слова Миры. — Вот кто тебе ее дал — тот пускай и учит. Мне-то куда до тебя?»
Она и вправду не смогла меня ничему научить. Показала боевую стойку (большой вопрос — откуда она про нее знала?), объяснила азы, но хоть как-то взять свою силу под контроль я так и не смогла.
Пока не появился лорд Мэлори — и я не врезала по нему зарядом магии. До сих пор не знала, что я на такое способна!
Жалко, правда, что не убила. Это бы все упростило: одни проблемы от него.
— Ты молчаливая, — заметил Рольф.
Он держал в руках три сахарных петушка: для Хью, для Эми и для Миры. Сам он сладкое до сих пор не ел, хоть все остальное сметал со стола в мгновение ока и даже наел щеки, чему я была очень рада.
— Задумалась.
Четвертый сахарный петушок был у меня в руке. Я собиралась отдать за него деньги другу лорда Мэлори, но тот сначала отказался, а потом, когда я сказала, что лорд Мэлори «устал и решил отдохнуть», изменился в лице и рванул к магазину артефактов.
Может, они оба уберутся подальше после случившегося? Еще и стену чинить…
Я думала о чем угодно, кроме того поцелуя. Потому что от мыслей об этом снова чесались руки и хотелось разбить отдельно взятую драконью голову.
— Гидеон сказал, что лорд Мэлори болел, целый месяц, — сказал Рольф. — Из-за того, что его бросила истинная.
Я споткнулась.
— Что?
Рольф бросил на меня странный взгляд и повторил:
— Лорд Мэлори болел. Из-за того, что его бросила истинная.
Болел? А что же Кэти не утешила?
Интересно, «болел» — это красивый эвфемизм для запоя?
Какое мне до этого дело, в конце концов. Я попала в это тело на каких условиях? Спасти детей Элис. Этим я и занимаюсь.
Ни о каких драконах речи не шло, пускай катится куда подальше.
Все то время, что мы шли через город, а потом через лес, к дому старухи Миры, я кипела от злости.
Мало! Вот все-таки мало я его приложила!
Еще и стену в магазине пробила… Как вот теперь ее отстраивать заново? Сплошные проблемы. Хорошо хоть не надо волноваться о том, что артефакты разворуют: почти все, что было, уже раскупили, а весь дневной доход — вот он, у меня в корзинке. Тяжелой такой! Но тяжесть эта была очень приятной.
А дракон… какое мне дело до дракона⁈ Дышал — и ладно. Я изо всех сил пыталась убедить себя, что мне нечего бояться. Но… лорд Мэлори меня пугал. До ужаса.
— Мы дома! — объявила я, открывая дверь.
— Явились! — тут же проскрипела Мира, которая суетилась возле стола. — Что ж так рано? Никакого спасу от вас нет!
Вот же… одно время мне казалось, что Мира со временем оттает и перестанет быть такой ядовитой, но оказалось, что ядовитость — это несущая конструкция, которая не исчезла даже после того, как Рольф ее вылечил.
Правда, старые игрушки тоже так и остались в ее комнате: к ним детям было строго-настрого запрещено приближаться. Они и не пытались, как будто что-то чувствовали.
— Сахарные петушки! — обрадовался Хью и побежал навстречу Рольфу. — Мам, можно? Можно?