Анна Солейн – Хозяйка приюта, или Я не твоя жена, дракон! (страница 76)

— А это, — я перегородила ей дорогу, — просто ты. И просто твоя способность управлять воздухом. В этом нет ничего плохого, пока ты никому не навредила, это — часть тебя. А твои родители… повели себя по отношению к тебе непозволительно.

Д — дипломатия! Была бы Мелисса повзрослее — я бы просто назвала их мразью.

— Не смей! Не говори так о них! — вспыхнула она. — Они… у них не было выбора! И они…

Ее глаза снова начали наполняться слезами, но она, обойдя меня по широкой дуге и вытирая лицо ладошкой, упорно продолжила двигаться вперед. Вот ведь упрямая!

— Они обошлись с тобой плохо, и ты в этом не виновата. Можешь мне не верить, но скажу еще раз: я тебя очень люблю, — сказала я. — И спасибо, что заботишься об остальных там, где у меня не хватает рук. Нам с тобой очень повезло. Ты замечательная, и в тебе нет ничего неправильного. Хорошо, что ты есть.

Мелисса действительно заботилась. Играла с Лили, помогала Дереку с непослушными шнурками, подсовывала, в конце концов, генералу Реннеру плетеных куколок, чтобы его прогнать! Мне тоже подсовывала, конечно, но с точки зрения Мелиссы — где гарантии, что я не замышляю что-то плохое?

Если до этого она общалась с родителями и Долорес… то нет ничего удивительного в том, что она вообще не доверяла взрослым.

На секунду Мелисса замедлила шаг, а потом снова фыркнула и пошла вперед. Кажется, ее спина как будто стала менее напряженной — или мне только показалось?

Обернувшись, я наткнулась на тяжелый взгляд генерала Реннера. Он ничего не говорил, не пытался меня догнать — просто стоял и смотрел мне вслед. От этого взгляда становилось жарко и одновременно хотелось поежиться.

Когда мы подошли к дому, я увидела, что все обитатели высыпали на крыльцо — и сейчас с тревогой вглядываются в наши лица.

Я с трудом подавила желание положить руку Мелиссе на плечо. Что-то мне подсказывало, что она мне эту же руку и оторвет.

— Вернулись! — обрадовалась няня Урсула. — Пойдемте-пойдемте, у меня там пирог уже, облепиховый! Только-только поспел!

Я благодарно ей улыбнулась: вряд ли существовала более подходящая фраза для нашей ситуации. Няня Урсула все-таки была удивительно мудрой и доброй — ну, в те моменты, когда речь не заходила о ее симпатии к генералу Реннеру.

— Мелисса! — обрадовался Дерек и рванул к ней. — А ты будешь в догонялки играть?

— И-са! — воскликнула Лили и побежала следом, расставив руки.

— Не висните на мне! — возмутилась Мелисса, когда Дерек ее обнял. Остальные дети восприняли это как сигнал к атаке. — А ну-ка… Ох, ладно… Бетти, я ненавижу обниматься, ты же знаешь! Берт, ну ты-то куда! Юджин! Да что с вами со всеми, отстаньте!

Глядя на кучу-малу, в которую превратились обнимающие растерянную и ворчащую Мелиссу питомцы, я не могла сдержать улыбки. Привычно стараясь думать о хорошем и не циклиться на плохом, я размышляла о том, что у Мелиссы, по крайней мере, будут неплохие подъемные. За пятьсот золотых можно купить дом, а у нее — целых две тысячи. Надеюсь, она распорядится ими мудро, когда вырастет.

А до того момента… Руки сами собой сжались в кулаки.

Мне необходимо было вернуться к тому, о чем я легкомысленно забыла: к тому, чтобы учить детей жить со своими способностями, со своей магией. Это самое важное, что я могу им дать.

Но для этого… По спине пробежали мурашки.

Для этого мне придется просить помощи у генерала Реннера.

Который, клянусь, прямо сейчас буравил мою спину взглядом.

Глава 35

Я бы хотела сказать, что Мелисса пережила произошедшее легко, но это было бы неправдой. Она не плакала (разве что тихо и по ночам), не закатывала истерик, не пыталась сбежать или как-то себе навредить — уже немало!

Но какой-то огонек в ней погас. Пожалуй, я была бы даже рада, если бы Мелисса снова рассказывала остальным детям байки о том, что я собираюсь продать их за море в рабство, а генерал Реннер — зажарить на драконьем огне и съесть, не выплюнув косточек.

Но сейчас она была молчаливой и спокойной. По-прежнему брала на руки Лили, что-то отвечала на вопросы Юджина, помогала Дереку одеваться, но взгляд был пустым и помертвевшим. Она даже перестала за мной следить!

— Няня Урсула, попросите Мелиссу вам помочь сегодня на кухне.

— Да куда ж, ласточка! На ней же лица нет, отлежится пускай, придет в себя!

— Попроси, — настойчиво повторила я. — Не поручай ничего сложного, просто лишь бы занята была. И лучше — чтобы не она одна, позови еще Берта или Софи. Кого угодно, чтобы ее развлекали.

— А! — понимающе восклицала няня Урсула и поспешно кивала.

Те же самые поручения я давала Юджину.

Мелисса замкнулась в себе — и я понятия не имела, как ее растормошить. Пускать все на самотек я боялась, а других вариантов, кроме как занять Мелиссу до того состояния, чтобы времени для дурных мыслей не оставалось, придумать не могла.

Конечно, кое-какие идеи у меня были. Но сейчас они были такими же несбыточными, как полет на отдельно взятом драконе. Впрочем, сдаваться я не собиралась.

Прошло несколько дней с обычными хлопотами и заботами, к которым теперь добавилось общение с кровельщиком и его суеверной командой (каждый из них носил плетеную куколку-оберег и бормотал молитвы при виде любого из детей, особенно Лили), прежде чем генерал Реннер нашел меня на заднем дворе.

Среди ночи.

Когда компанию мне составлял один только окруженный мошкарой керосиновый фонарь.

И ведро воды.

Два ведра.

А сама я стояла лицом к дереву, подняв руки к ночному небу.

Вот ведь с... ситуация.

— Позвольте спросить, что вы здесь делаете? — раздался насмешливый голос за моей спиной в самый неподходящий момент.

В самый неподходящий — потому что у меня почти получилось!

— Позвольте вам не ответить.

За спиной раздалось хмыканье, а потом генерал Реннер обошел меня и встал между мной и деревом.

— Тогда продолжайте, я сам разберусь.

Вот за что мне такое наказание, а? Разве я много грешила в прошлой жизни?

Я закрыла глаза, сосредотачиваясь и стараясь не обращать внимания на насмешливого дракона, который буравил меня взглядом.

Теплый шарик внутри, как я про себя называла магию, привычно откликнулся на зов, я почувствовала барьер, который по-прежнему окружал мое запястье. Но этого было мало!

Я потянула из шарика силу, как нитку из клубка, и направила ее к дереву, минуя генерала Реннера. Один оборот, второй, третий… комар зазвенел у самого моего носа, я отмахнулась — и клубок тут же снова свернулся внутри. Щелк! Так быстро сматывается мерная рулетка.

Я едва успела удержать ту часть силы, которая скрывала метку, чтобы и она тоже не вернулась внутрь груди, как иногда бывало раньше.

— Занятно, — откликнулся генерал Реннер. — Продолжайте.

— А вы не хотите уйти?

— Нет, мне все нравится.

Для успокоения нервов я представила, как отрываю ему голову, а потом снова попыталась построить барьер вокруг дерева.

“Магия работает за счет воображения” — это все, что я, собственно, о ней знала точно, от генерала Реннера.

Остальное было моими догадками и случайными открытиями. Я научилась прятать метку, делать маленькие барьеры-снаряды, которые скорее пугали, чем могли бы причинить реальный вред, — и все.

Когда я только прибыла в приют, мне удалось накинуть барьер на Юджина, который на меня напал, — но повторить это без критического выброса адреналина в крови у меня не вышло.

Собственно, этим я занималась сейчас. Пыталась. Твердо, очень твердо веря в успех, потому что отступать мне некуда.

— Давайте еще раз, — вклинился генерал Реннер, когда у меня снова ничего не вышло. — До утра времени много, но такими темпами…

— Может, вы лучше поможете — или хотя бы перестанете мешать?

— Может быть. Если вы мне расскажете, что здесь делаете, как я просил.

Я открыла глаза и от души пожалела, что фраза “взгляд ранил в самое сердце” — всего лишь метафора. Я бы с удовольствием его сейчас ранила.

— Хотите знать? Хорошо. Я учусь пользоваться магией.

— Зачем?

За шкафом.