Анна Солейн – Хозяйка приюта, или Я не твоя жена, дракон! (страница 65)
— Отлично, отлично! — с энтузиазмом откликнулся Аб, а потом прищурился. — Вам стоит поблагодарить леди Иви за спасение. Как она старалась… вас вытащить! Даже комнату свою вам отдала! Чтобы вы спали на хорошей кровати!
Да твою же мать, Аб!
— Правда? — поднял брови генерал Реннер. — Говорите, леди Иви старалась меня спасти?
— Чистейшая! А уж как она переживала! Благодаря ей можете праздновать второе рождение! — произнес Аб с многозначительной улыбкой.
Я отлично понимала: он намекает генералу Реннеру, что хорошо бы отплатить сердобольной управляющей за доброту, и желательно монетой. Правда, Аб не знает некоторых нюансов ситуации…
— Аб, тебя проводить? — поспешила я.
— Меня? Зачем? Я сначала хотел бы осмотреть пациента.
— Не надо меня осматривать, — отрезал генерал Реннер. — И ты, Иви, никуда не пойдешь ночью.
Что во фразе “Лети в свою армию — и там командуй” тебе, дорогой бывший, непонятно?
Аб вздернул брови.
— Разумеется, нужно! Вы вчера были при смерти, а я, как ваш врач, не могу просто так все оставить.
Он явно решил не отпускать генерала Реннера просто так и раскрутить его на деньги.
— Я отлично себя чувствую.
— И это отлично! Прошу, давайте поднимемся наверх, чтобы не смущать хозяйку. Мне придется попросить вас снять одежду, чтобы пропальпировать повреждения. Где вам будет удобно? Я полагаю, из спальни леди Иви вы уже съехали, раз отлично себя чувствуете?..
После этих слов повисла тишина. Наконец я произнесла:
— Боюсь, Аб, именно в моей спальне изволит спать наш уважаемый гость. Надеюсь, ты простишь меня? День был долгий, тем более стоит оставить тебя наедине с больным. Спасибо! Я зайду завтра, чтобы рассчитаться, ты не против?
Обняв Аба на прощание, я шагнула к лестнице.
— Подожди! — удивленно окликнул меня Аб. — Иви, а ты тогда где спишь? У вас же кровать одна только?
— Запасные детские матрасы весьма удобные.
Я стала подниматься по лестнице и, уже добравшись до вершины, услышала голос Аба, начисто лишенный страха и вежливых попыток развести генерала Реннера на деньги:
— То есть, вы отлично себя чувствуете — и при этом девчушка спит на маленьких матрасах? — Он помолчал, а потом спохватился: — Простите, ваша светлость! Конечно, вам — все самое лучшее! Давайте я вас осмотрю... не бесплатно, конечно, вы уж не обессудьте, люди мы скромные, каждая копейка на счету, а у леди Иви еще и дети...
Я едва не споткнулась и, могу поклясться, услышала, как у генерала Реннера скрипнули зубы.
Спустя несколько дней я обнаружила его шагающим по хребту крыши. Хотелось бы надеяться, что он все-таки решил нас покинуть (улететь подальше — или другим способом, более трагичным), но я быстро поняла, что дело было в другом.
***
Как я и предполагала, с появлением генерала Реннера жизнь в приюте превратилась в ад. О спокойных днях пришлось забыть, я чувствовала себя как на пороховой бочке и больше всего на свете хотела взять детей под мышку, раскрыть зонтик и улететь, как Мэри Поппинс, подальше отсюда.
Потому что я уже отчаялась и потеряла надежду его прогнать. Когда-то я думала: скажу ему напрямую, что не желаю его видеть — и он исчезнет. Как же я ошибалась!
Генерал Реннер исчезать отказывался наотрез.
Нет, он не делал ничего такого, из-за чего я всерьез захотела бы его убить. Не угрожал детям, не оскорблял их, не вмешивался в мою работу и даже съехал из моей комнаты.
Но — генерал Реннер
Жил вместе с нами в доме, ел, пусть и мало, за нашим столом, пользовался нашей ванной, ходил по нашим коридорам и дышал одним с нами воздухом.
И это меня раздражало.
Когда мы с детьми вернулись из леса, где собирали ежевику, — он стоял на крыльце. Подойдя ближе, я увидела, что трещины в старом камне исчезли, как будто их срастили магией. Хотя почему — как будто?
Когда я заплетала Бетти косы, генерал Реннер был неподалеку. Когда учила детей считать и, с горем пополам, читать, он тоже был поблизости. И когда я отправлялась спать, я ловила его взгляд в коридоре. Когда пыталась разговорить Софи и научить Лили контролировать свою огненную силу (с этим у меня все было еще хуже, чем с чтением), я краем глаза видела генерала Реннера. И когда мы с Бетти и Бертом копались в саду. Когда Дерек перекидывался из виверны в человека и нужно было в очередной раз напомнить ему про одежду. Когда Мелисса, еще более молчаливая, чем обычно, собственно… молчала.
Генерал Реннер был.
Вот и сейчас, возвращаясь из города с покупками, первым, что я увидела, был генерал Реннер, стоящий на хребте крыши, как флагшток. Я невольно залюбовалась стройной широкоплечей фигурой, но тут же отругала себя.
Осторожно опустила взгляд на запястье и подняла голову. Раз генерал Реннер до сих пор не заподозрил, что я его истинная — не узнает и дальше.
Нужно просто продержаться еще немного, пока… Вот, к слову, до какого момента? Когда генерал Реннер уже… сделает то, ради чего торчит тут — и уберется подальше?
У него что, дел нет? Почему он вообще здесь застрял?
Я бы попросила полицию его прогнать — но что-то мне подсказывало, что это будет так же эффективно, как просить об этом мэра.
Тот, как я сегодня узнала, до сих пор слегка заикался после приватного разговора с генералом.
И что с ним делать?.. Никакой управы!
Задумавшись, я подошла к дому и вскрикнула, когда генерал Реннер спрыгнул на землю прямо передо мной. Мы оказались слишком близко — и я попятилась.
— Вас долго не было, — заметил он.
Вот забыла отчитаться!
— Вы удивительно наблюдательны.
Я попыталась его обогнуть, но генерал Реннер перегородил мне дорогу.
— Как там наш дорогой мастер Финч? Работает не покладая рук?
— Обещал, что кровати можно будет забрать к концу недели.
Да, генерал Реннер наведался в единственную в городе столярную мастерскую, к мастеру Финчу, который упрямо отказывался изготавливать мебель для “этих отродий”.
Уж не знаю, о чем они говорили, но уже к вечеру того же дня бледный и страшно вежливый мастер Финч прибежал к нам в дом (сам! добровольно!) и принялся расспрашивать о том, какие нужны кровати, к какому сроку и устроит ли меня дуб в качестве материала.
Дуб меня устраивал.
Мастер Финч, который обычно был похож на злобную лысую жердь с геморроем в заднице, в этот раз был таким обходительным, что Лили, которая боялась незнакомцев, даже захотела с ним пообщаться.
Увидев ее красные глаза и рожки, мастер Финч стал еще более вежливым. И еще более бледным.
— Непорядок, — качнул головой генерал Реннер. — Пойду-ка его потороплю.
— Не смейте! Пускай делает на совесть. Мне не нужно, чтобы под кем-то из детей кровать вдруг сломалась, потому что ее сколотили второпях.
— Вы вправду думаете, что он посмел бы доставить мне плохие кровати? — поднял брови генерал Реннер.
Его взгляд, несмотря на язвительный тон, был странным и каким-то удивленным. Он скользил по моему лицу, по шее, по фигуре, скрытой коричневым платьем из толстой ткани, и я поспешила отвернуться.
— И в мыслях не было. Спасибо. А теперь — мне нужно идти, помочь няне Урсуле с мытьем полов. Видите ли, я наняла уборщика — а тот совершенно не выполняет свои обязанности.
— Я думаю, мы вполне можем позволить себе нанять второго уборщика, финансовая ситуация позволяет. Я был на крыше. Вы знали, что она протекает?
— Догадывалась.
Были намеки. Например, капающая с потолка в одной из комнат вода. Сложно не заметить!
Но вслух я ничего не сказала. Я решила относится к генералу Реннеру как к неизбежному злу, так что всячески нащупывала у себя внутри дзен, точку опоры и прочий пофигизм.
Тем более, зло было полезным: у детей как минимум появятся кровати! Из чувства благодарности я изо всех сил старалась быть вежливой. Получалось... с переменным успехом. "Какой мужчина, ласточка! — вздыхала няня Урсула. — Вьется вокруг тебя, жалеет, небось, что развелся. Ты-то к нему поласковее, расскажи про ме..." В этот момент я обычно цыкала на няню Урсула, чтобы не болтала лишнего. Чудо, что генерала Реннера до сих пор дети не просветили, которые метку на моем запястье уже давно рассмотрели. Может, забыли? Я решила не напоминать. И ждала, ждала, ждала, пока генерал Реннер уйдет в закат.
— Почему не обратились к кровельщику?
— Потому что до недавнего времени мы были ограничены в средствах. К тому же кровельщик, как и многие другие в городе, не горит желанием со мной связываться.