Анна Солейн – Хозяйка приюта, или Я не твоя жена, дракон! (страница 22)

Повторяя про себя, что ничто не происходит сразу, я направилась в спальню и рухнула на кровать как была — в розовом платье из шифона.

Сил не было даже на то, чтобы его снять. Чистое постельное белье мне тоже не удалось найти, но в данный момент меня это волновало мало, настолько сильно я устала. Завтра, все завтра.

Нужно встать. Нужно… Нужно… может, все-таки стоит запереть двери моей спальни?.. Или…

Глаза сами собой закрылись.

Мне снился генерал Реннер. Он что-то говорил, сурово хмуря брови, хватал меня за руки, обвинял в чем-то — а у меня почему-то разрывалось сердце от несправедливости.

А потом генерал Реннер вдруг зарычал.

Я отшатнулась, вскрикнула — и открыла глаза.

Сон развеялся. Я несколько секунд приходила в себя, пока не сообразила, что рык мне не приснился.

Сев на кровати — я закричала уже в голос.

Потому что дверь моей спальни была приоткрыта, а внутри стоял огромный черный волк, скалящий зубы.

От его рыка что-то внутри обрывалось.

“Что ты здесь забыла?! — скорее почувствовала, чем услышала я в ритме рычания. — Это мой дом! Мой! Убир-р-райся!”

Что? Его дом?

Этот… санитар леса здесь живет?!

Стоп.

Кто-то из детей умеет обращаться в это чудовище?

Я не успела додумать эту мысль, когда волк разбежался и прыгнул.

Вставив вперед руки, я зажмурилась, а потом почувствовала, что из моих ладоней в комнату течет какая-то сила.

Волк замолчал, тихо скульнул.

Раздался шум.

Я открыла глаза спустя несколько секунд, когда поняла, что меня все еще никто не ест, хотя уже давно мог бы начать.

Моргнув, я уставилась вниз. Это по-настоящему? Мне не снится? Нет. Волк явно… обращался в человека.

Ого! Я такое до сих пор видела только в кино.

Вскочив, я смотрела на то, как шерсть превращается в кожу, а звериный силуэт — в человеческое тело.

Стоп, что?!

Волк оказался…

Этого я не ожидала.

Что?! Это что еще за новости?

— Вы кто такой? — спросила я у валяющегося на полу моей спальни темноволосого мужчины.

В скудном свете настенной керосиновой лампы, падающем из коридора — только в этот момент я поняла, что забыла ее погасить, — я едва могла его разглядеть.

Мужчина лежал на полу, тяжело дыша, и был абсолютно голым.

Какая, однако, насыщенная у меня жизнь! Позавчера — развод с драконом, сегодня — голый мужчина в спальне.

А что дальше? Боюсь подумать, с такой-то стремительностью.

Когда глаза привыкли к тусклому свету, я поняла, что в спальне у меня не мужчина, а скорее юноша, ему лет восемнадцати от силы. Так-так, интересно. Значит, юноша-оборотень. В приюте для неблагих детей.

Он тяжело дышал и пытался подняться — но ему как будто что-то мешало, как будто невидимый купол.

— Убирайся отсюда! — по-волчьи рыкнул он, повернувшись ко мне. Глаза блеснули.

Снаружи раздался хлопок двери, топот — и в дверях появилась сонная няня Урсула.

— Ласточка! Ла… — Она закричала. — Ах ты безбожник! Ты куда полез! Вот я тебя сейчас!

Няня Урсула бочком протиснулась в комнату, подлетела к потухшему камину и, схватив кочергу, замахнулась на юношу.

— Ах ты развратник!

— Стоп-стоп! — Я бросилась наперерез, изо всех сил пытаясь не смеяться.

Это няня Урсула прибежала мою честь защищать?

Сразу видно — няня! С ней не забалуешь.

— Стой, подожди! — Я удержала ее руку, чтобы она не причинила боли нежданному визитеру.

Выражение лица няни Урсулы было самым воинственным.

— Я вас обоих убью! — прорычал юноша. — И обглодаю ваши кости!

Он попытался броситься на нас — не смог.

Как интересно.

Кажется накинула на него что-то вроде охранного купола. Понять бы еще, как я это сделала.

До сих пор я думала, что мой дар — маскировка, смогла же я спрятать метку истинности. Но, похоже, дело тут в другом. Может, я скорее могу… создавать что-то вроде барьеров, самых разных?

И снова — очень интересно. Получится ли у меня поставить защитный купол вокруг приюта? Учитывая, как здесь все относятся к неблагим детям, это будет не лишним. Нужно будет об этом подумать.

— Кто ты такой? — спросила я.

Кое-какие подозрения у меня были, но я не спешила ими делиться.

У няни Урсулы на этот счет было другое мнение.

— Знамо кто, ласточка! — вспыхнула няня. — Ходок из деревни! Ишь, расхрабрился! Узнал небось, что тут девка молодая одна, без мужчины, — и влез! Ух я тебя сейчас! — Она грозно потрясла кочергой. В отличной она все-таки форме для своего возраста. — Ишь ты! Ласточка, а ну-ка — сбегай в город за полицией, пока я за этим присмотрю! Они-то тебе покажут, как свой уд молодым леди показывать! Сошлют-то тебя на каменоломню — там-то ты и попляшешь! Там-то тебя научат жить!

Мне стало смешно.

— Няня Урсула…

— Нет! — раздался крик от двери. — Не трогайте его! Юджин! Юджин!

По налетевшему вдруг порыву ветра я поняла, кто это, раньше, чем подняла взгляд.

Мелисса бросилась через комнату и накинулась на меня, как маленький ураган, толкнула — я едва смогла устоять.

Ветер усиливался.

— Не трогайте его! — воскликнула Мелисса, молотя меня по груди и по поясу кулаками.

Нет, ну это никуда не годится.

Отшатнувшись от Мелиссы, я подошла к кровати, сдернула старое пыльное покрывало и бросила его в юношу. Покрывало благополучно прошло через барьер, хотя юноша — Юджин — по-прежнему не мог встать.

Настоящая… магия. Как удобно! Отлично, но об этом я подумаю позже.