Анна Сокол – Призраки не умеют лгать (страница 71)

Это было странное рукопожатие, они забыли о ранах, забыли об осторожности. Илья обхватил руку Дмитрия и дёрнул на себя. Папка с документами хрустнула, оказавшись зажатой между их телами. Второй рукой столичный специалист вцепился в капюшон спортивной кофты Станина. Крепко вцепился. На белых бинтах выступили пятна крови. Мужчины напоминали двух ротвейлеров, держащих друг друга за холки. Илья был зол, Дмитрий спокоен. Ненормально спокоен, учитывая происходящее.

– Я никуда не побегу, – чётко проговорил Лисивин в лицо Демону и оттолкнул.

Станин остался стоять у стены, продолжая смотреть на столичного специалиста. В его серо-стальных глазах плескалась жалость. Всё так же в полной тишине Дмитрий вышел. На светлой кофте подсыхало смазанное коричневое пятно. Кровь Ильи. Кровь на его руках. Кровь Нирры.

Я застонала, толкнула дверь и вывалилась в коридор. Дневной свет, по сравнению с тьмой каморки, казался ярким до остроты. Я всхлипнула, выпрямилась и уже без колебаний распахнула дверь в классную комнату.

Он всё ещё стоял там со своими перебинтованными руками и седой опущенной головой. Он убийца, он не имел права быть таким потерянным, таким внушающим жалость. Я налетела на специалиста, ударила в грудь, в плечо, в живот, всюду, куда могла дотянуться.

– Как ты мог? Как? Она верила тебе! Я верила! Предатель! Ненавижу!

Он поймал мои руки и завёл за спину, прижимая меня к себе. Он посмел обнимать меня. Посмел коснуться губами макушки, как в детстве, когда я капризничала и не хотела идти спать.

– Тсс. Успокойся. Уже всё. Всё кончилось.

Я дёргалась, вырывалась. Он, словно не замечая, стал раскачиваться взад-вперёд, взад-вперёд.

– Не смейте, – закричала я, – не смейте меня успокаивать. Всё закончится, когда вы сядете в тюрьму! Когда все узнают, что Нирра Артахова не самоубийца. Вместе с Эми в Инатарские горы поедете и прах дочери возьмёте с собой. Тёте Симе это должно понравиться.

– А ты изменилась, – он разжал руки, и я отпрянула, грустные карие глаза сузились, – но так даже лучше. Ничего не будет, Лена. Ни разбирательства, ни наказания, лишь награды и ордена.

– Демон передаст документы комиссии. В любом случае вам придётся отвечать на вопросы.

– Ты как маленькая, – пожурил меня Илья, – до комиссии ещё надо дойти.

Передо мной такое знакомое, такое чужое лицо.

– Нет, – слезы высохли, – не посмеете. Я всё расскажу. Есть свидетели!

– Свидетели? Старик с кладбища скажет то, что мне надо, и подпишет в трёх экземплярах. Тебя без Станина и слушать не станут. Столько всего случилось: стресс, смерть родных, атаки блуждающего, – он покачал головой. – Бедная девочка не выдержала и теперь винит всех и вся, – голос специалиста стал приторно-участливым, – Лена, забудь. Прошу тебя. Забудь, и всё станет по-старому.

– По-старому? – не вопрос, а крик, полный боли. – Я потеряла всех, кого люблю, всех, кто любил меня! Всех! Но Диму я не отдам!

Я побежала к двери и едва не врезалась в вошедшего Гоша, вцепилась в свитер и выпалила:

– Он собирается убить Демона.

Псионник посмотрел на стоящего позади Лисивина.

– Сам ничего не понял, – тут же пояснил Илья.

– Он врёт, – я оглянулась, специалист мягко и чуть растерянно улыбался, – Демон вызвал свидетеля. Обвинил его в убийстве Нирры. Он отец погибшей девочки. Он собирается убить Станина, чтобы тот не дал показания комиссии.

– Э-э-э, – Гош нахмурился. – Демон уже дал показания, ты сама видела. Больше я ничего не понял. Чей отец собирается убить Демона? И почему свидетель убил Нирру?

– Гош, она просто напугана. Все родные погибли, сама чуть не умерла, нервы сдают. Отвези её домой, пусть отдохнёт, поспит. А если не можешь, давай я сам.

– Никуда я с вами не поеду. Вы хотите убить Дмитрия, вы сами сказали, что он не дойдёт до комиссии! Сказали две минуты назад!

– Но пока я с тобой, никого убить не смогу, верно? Давай уедем вместе, лишим меня этой возможности, – Лисивин сделал шаг навстречу.

Я посмотрела на Гоша, на лице которого стало проступать участие и беспокойство. Не за Станина. За меня.

– Я не вру, не схожу с ума, не фантазирую, – я заставила себя разжать пальцы и отпустить толстый свитер парня. Он должен мне поверить. Надо оставаться спокойной или создать такую видимость. – Гош, пожалуйста!

– Давайте поступим проще, – предложил Илья, – спросим у самого Станина, – он посмотрел на меня, – его слова тебя устроят?

– Да.

– Демон на полигоне, освободится через час, может, раньше, – задумался Гош.

– Прекрасно. Вернётся и расскажет, как мы допрашивали Сорокина.

– Нет, – я отвернулась, мысли, обгоняя друг друга, метались в голове, – нет. Если он это предлагает, значит, уверен, Дмитрий не вернётся. Что-то происходит прямо сейчас.

Я бросилась к двери. За спиной раздался сочувственный вздох.

Куда? Я побежала налево, не имея ни малейшего понятия, чем один коридор отличается от другого. Не знала, куда бегу и что буду делать дальше.

О полигонах псионников ходили легенды. Обыватели шептались о куче черепов, сложенных горкой при входе, красной от крови земле, каббалистических знаках на стенах и блуждающих с мясницкими тесаками или лазерными мечами в руках, в зависимости от возраста и кругозора рассказывающего. Но в одном все сходились – это страшное место, люди шли туда умирать. Зона пси-вакуума, зона, где призрак неподвластен энергии специалистов, там блуждающий карает и милует по своему усмотрению.

Я услышала за спиной тяжёлые шаги.

– Лена, – позвал Гош, – подожди, не сходи с ума.

– Я не схожу, – огрызнулась я, невольно останавливаясь, коридор закончился круглым холлом с тремя дверьми.

– Давай подождём Станина, идёт?

– Не идёт, – я вытащила телефон и набрала номер.

«Абонент выключен или находится вне зоны действия сети», – жизнерадостно проинформировал женский голос.

– Пси-вакуум, – покачал головой парень. – Ни один сигнал их не достанет. Лен, что случилось? За что ты ополчилась на Илью?

– За убийство Нирры, – я убрала телефон. – Как пройти на полигон?

– Там с Демоном ничего не случится, – он взял меня за руки. – Он всего лишь сопровождает Палию. У неё нет хвоста, никто не придёт. А уж с престарелой монашкой он справится.

Я вздохнула, досчитала до пяти и лишь после этого подняла глаза на псионника.

– Мне надо его увидеть. И если он пошлёт меня домой, пойду. Мало того, приготовлю ужин и перед всеми, включая Лисивина, извинюсь. Я должна его увидеть прямо сейчас, а не через час. Прошу.

– Лена, – он с сожалением покачал головой, – тебе прочитать лекцию о стабильности пси-вакуума? Одного псионника оно выдержит, двух – нет. Изогнётся и хлестнёт по всем так, что кровь из ушей пойдёт. Специалисты там беспомощны, а блуждающие сильны.

– Лисивин не сможет туда войти?

– Ни он, ни Эми, ни я, – терпеливо объяснял Гош.

Я слушала и очень хотела поверить. Как было бы просто сесть где-нибудь и подождать. Демон придёт, ухмыльнётся, проведёт рукой по коротким волосам, и я забуду обо всем. Заманчиво. И необратимо. Время не вернёшь.

– Лисивин что-то задумал, – я развернулась и пошла обратно. – Можно отследить его перемещения по кад-арту? Где он был сегодня?

– Нет, – парень пошёл рядом. – Это не жучок, погрешность до пятидесяти метров. Илья с утра на службе, хотя…

– Что? – я заставила себя говорить, а не кричать, буду вести себя как сумасшедшая, во мне и будут видеть сумасшедшую.

– Если он перемещался из отдела в отдел, где при входе надо инициировать камень, можно отследить перемещения по службе контроля.

– Давай, – попросила я, – давай отследим.

– Если я это сделаю, ты успокоишься?

– Наверное, – не стала я врать.

Мы спустились на первый этаж, перешли в другое крыло. Люди, снующие во всех направлениях, казались ненастоящими, как рыбки за аквариумным стеклом. Как они могут быть так спокойны и деловиты, как могут носить бумаги, сидеть за жужжащими компьютерами? Обычный офис, тихий и скучный до зевоты, а не грозная контора.

Парень вставил муляж, дверь приветственно пискнула. Отдел фиксирования местоположения кад-артов ничем не выделялся среди других. Стойка регистрации, кабинеты, дородные тётки, лысеющие мужики.

Распечатка передвижений Лисивина была у нас в руках через пять минут. Гош пробежал глазами бумагу, вздохнул и с опаской покосился на меня.

– Его муляж отметился в пяти местах: КПП, оперативный отдел, столовая, хранилище вещдоков, административный отдел. Хочешь пойти посмотреть?

– Нет. Всё неправильно, – я закусила губу, – если Илья устроит покушение на Демона, то получит вместо одного обвинения другое. Его всё равно поймают. То есть смысла убивать нет.

– Ну, слава императору, – Гош картинно стер со лба несуществующий пот.

– Убийство будет замаскировано подо что-то другое, – продолжала рассуждать я, не обращая внимания на гримасы парня. – Демон на полигоне, что может там произойти?