Анна Снегова – Твоя на одну ночь (страница 19)
А больше всего меня стало бесить – это я заметил через несколько лет – что она неизменно таскается хвостиком за своим братом и Даном. Буквально глядит в рот Водному, и на её милом личике при этом появляется выражение восторженной дурочки. С ним она не вела себя, как маленькая стервочка, не пыталась строить по сойке смирно и командовать. Со всеми остальными, кроме меня, разумеется, у неё это проходило. Ледяная драконша стала общепризнанной местной королевой, и даже мои собственные сёстры, когда им пришла пора прилетать в Башню Баланся, предпочитали с ней не связываться.
Кара вообще заявила, сжимая кулачки, что «она гадкая! Подлая, завистливая! Постоянно дразнит Кьяру и доводит до слёз». Моя храбрая сестричка один раз чуть не подралась за нашу младшую. Я в девчачьи разборки не влезал, конечно же, ещё чего не хватало. Но каждый раз, когда белое пятно мелькало в поле моего зрения, почему-то не мог не смотреть в ту сторону.
Потом всё стало сильно хуже.
Это было, кажется, предпоследнее моё лето в Башне Баланса.
Мне семнадцать… в груди вовсю бушует драконье пламя, я уже слыл покорителем девичьих сердец у себя дома.
А Лисса вдруг, как-то внезапно и без предупреждения, за один только год, что мы не виделись, умудрилась из девочки превратиться в девушку. Грациозную, изящную, перетекающую в пространстве, словно жидкая ртуть, в этих своих серебряных платьях, глядящую на всех королевой, в полном осознании собственной расцветающей красоты.
И дракон у меня внутри это заметил. Ещё как заметил! Я стал усиленно избегать встреч с ней.
Вплоть до того, что разворачивался и уходил в другую сторону, если наши пути пересекались в каком-нибудь узком коридоре. Видел по глазам, что она это поняла и её это не на шутку раздражает. Все должны были быть у её ног! Стая поклонников из мальчишек младших Кланов, которые шлялись за ней по пятам и заглядывали в рот, только росла… но ей, конечно же, как и любой красотке, этого было мало.
Впрочем, я быстро понял, что главная рыба, на которую расставлены её сети, вовсе не я.
В тот день я просто сидел на дереве и задумчиво глядел в небо. Эта часть острова ещё оставалась над землёй, до неё не успел добраться ненасытный Океан. Мне нравились деревья в густой старой роще, таких было совсем мало у меня дома. Поэтому я любил сбегать туда после занятий.
Вдруг слышу, по тропинке шорох чьих-то шагов и шелест одежды.
Из любопытства высовываюсь из-за листвы. Хочу тут же убраться обратно – а может, даже в другую часть рощи. Ну, конечно же! Можно было и догадаться.
Это Лисса спешит зачем-то, подобрав свои юбки. Понятия не имею, что ей тут понадобилось, и почему она без свиты. Как вдруг она громко охает и оседает прямо в пыль.
Я срываюсь с ветки, словно меня толкнули, и подлетаю к ней.
- Ты чего? Ногу подвернула? Больно?
Хватаю её за худенькие плечи и вздёргиваю на ноги.
Огромные сапфировые глазищи неожиданно оказываются совсем близко. В ноздри бьёт цветочный аромат. Лисса смотрит на меня удивлённо. И взгляд почему-то не отводит. Я раньше думал, что «утонуть в чьих-то глазах» - это бабские сопли из дурных книжек.
Я раньше был круглый идиот. В её глаза я падаю, словно с камнем на шее. Воздуха не хватает. Ни она, ни я не слышим чужих шагов. Пока за моей спиной не раздаётся сдержанное:
- О! Простите. Не хотел вам мешать. Прогуляюсь в другой части острова. Водный уходит. Ему совершенно всё равно.
Зато ей – нет.
Лисса словно очнулась.
В её глазах вспыхивает гнев. С размаху бьёт меня по руке, я послушно разжимаю пальцы, она отступает на шаг.
- Как ты смеешь меня трогать?! – шипит разъярённо. – Кто тебе дал право вмешиваться? Ты мне всё испортил! Осознание того, какой я дурак, наполняет меня горечью.
- А-а-а… так ты хотела комедию разыграть? Чтоб тебя Дан на руках тащил?
У неё на щеках вспыхивают красные пятна. Она продолжает злиться на меня… и оказывается, Лисса ужасно хорошенькая, когда злится. Перед Водным она себе не позволяет показывать такое лицо! С ним она всегда сущий ангел. Только я видел этого дьяволёнка без прикрас. Интересно, что бы он подумал о ней, если б узнал без маски? Наш Водный весь из себя такой правильный. Наверняка будет искать себе такую же правильную. Лисса это прекрасно знает. Поэтому ни на секунду не выходит из роли, когда с ним. Ясно теперь, почему.
- Ну и дура! – в сердцах говорю я.
Сержусь, наверное, даже не на неё. А на себя. Потому что это же ужасно тупо, что меня это так задевает. Разворачиваюсь и ухожу.
- Придурок! Ненавижу тебя!! – несётся мне в спину рычание разъярённой драконицы. На секунду останавливаюсь. Но продолжаю идти дальше. Сжимаю зубы.
Ничего. Ещё один год потерпеть.
Потом мне уже не обязательно будет сюда возвращаться.
Если б я только знал, что следующее лето окончательно меня уничтожит. И яд под названием «Алиссандра» станет бежать по моим венам отныне и навсегда. Яд, от которого у меня нет и не может быть противоядия.
Глава 20
Много лет назад Башня Баланса
Я решил, что целый год вдали от Лиссы сделает так, что дурь выветрится из моей башки. Расстояние, время, девочки… все дела.
Я был круглым идиотом, если думал, что можно так просто избежать судьбы. Хотя, казалось бы, все годы обучения в Башне Баланса, когда Сойфер изо всех сил вдалбливал нам в голову историю Эридана, должны были уже подготовить меня к тому, что в нашем мире ничего не бывает просто так. И что иногда наша драконья сущность выбирает сама, даже против нашей воли. Потому что конечно же, будь моя воля, я бы держался от этой коварной стервы как можно дальше.
Отец меня готовил к тому, что однажды мне придётся заключить династический брак, и что невесту он станет выбирать для меня самостоятельно, исходя из интересов Клана. Мне было всё равно тогда, я легкомысленно заявлял, что главное, чтоб не слишком уродину. Брак представлялся мне чем-то вроде ярма, которое ты рано или поздно натянешь на себя, просто потому что так надо. Я видел, как страдала в браке мать, я ещё помнил её бледное печальное лицо и её слезы, которые она пыталась скрывать ото всех, особенно от меня. Потому что я уже был достаточно большой, чтобы что-то понимать.
Так что заранее решил, что влюбляться ни в кого и никогда не собираюсь, а ярмо, раз уж его не избежать, постараюсь надеть как можно, как можно позже. Разумеется, драконят наделать придётся. Мои сёстры, как подрастут, будут отданы в другие кланы. Так что продлить древний и могучий род Чёрных драконов – мой священный долг. Долг, который ляжет исключительно на мои плечи. После смерти матери отец так и не нашёл подходящей кандидатуры на роль второй жены. Чтобы не разбавлять кровь и не ослаблять магический потенциал наследников, это должна была быть очень сильная семья. В его поколении таких невест не нашлось. Так что он мне вдалбливал, что это будет моя обязанность.
Когда-нибудь.
Если ты совсем юный дракон и кровь кипит в жилах, а ветер гуляет в башке, кажется, что это «когда-нибудь» наступит ещё очень не скоро. Так что я с головой окунулся в «тренировки». Благо, с человеческими девушками в Тёмных землях это было вполне безопасно, они всё равно не могли бы нарожать бастардов от дракона. И пользовались этим очень даже охотно. С радостью падая в руки единственному наследнику своего лорда.
В общем, к восемнадцати годам, когда я возвращался в Башню Баланса в последний раз в качестве ученика, я уже был вполне опытным и в чём-то циничным. И решил, что теперь-то мне чары ледяной стервочки не грозят. Пусть себе влюбляется в кого угодно. Стану любоваться ею издалека. А если ей удастся в конце концов загнать свою добычу в угол и заарканить Водного, пожалуй, ещё и посмеюсь его глупости. К этому всё шло. На ком ещё жениться, как не на сестре единственного «лучшего друга»? Для Дана это был бы самый логичный выбор.
В моё последнее лето в Башне я летел туда не спеша, и ветер гудел под тугими взмахами могучих крыльев. Моя драконья ипостась тоже входила в полную силу, я наслаждался каждым мгновением полёта над бесконечным Океаном. Очень скоро мне уже доверят полёты в Саар. Я ожидал с нетерпением.
Я летел всю ночь. Любил летать в темноте, сливаясь с тьмой, растворяясь в материнской стихии своего Клана. Но сейчас занимался рассвет.
Верхушка Башни была скрыта за облаками.
А когда они разошлись… в первых солнечных лучах мелькнуло текучее серебро. Отражая розовые блики.
Гибкая Ртуть – виверна Алиссандры. Она серебряной молнией мелькала в туманной дымке впереди, прямо по моему курсу. То взлетала выше, то пикирующим соколом падала вниз, сложив грациозные крылья. Скользила у самой кромки воды, едва касаясь острым концом крыла солнечной дорожки. Взрывая буруны волн.
На её спине застыла белоснежная фигурка. Как она не боится?
Как вообще хрупкая девушка может доверить жизнь этому зверю, положиться на силу чужих крыльев, рискнуть отправиться в полёт, зная, что стоит свалиться со спины виверны, и ты камнем рухнешь вниз, разобьёшься насмерть с такой высоты?
Я залюбовался.
Это было слишком красиво. Отчаянная она, всё-таки. Алиссандра.
Она меня заметила в конце концов, конечно же.
Я едва успел уйти от столкновения, когда Ртуть вынырнула из облаков почти под моим брюхом. Драконьим зрачком впился в раскрасневшееся от полёта лицо девушки в ореоле светлых кудрей, которое оказалось совсем близко.