Анна Снегова – Одержимость Фенрира (страница 57)
Никогда не думала, что бывает счастье настолько полное, настолько всепоглощающее, что становится страшно. Вдруг это всё сон? Я проснусь, и не будет ничего. Снова ледяные стены вокруг, холодная постель и та сжирающая изнутри тоска, которая наполняла каждую минуту моей жизни, когда я думала, что я – всего лишь строчка в длинном перечне побед одного синеглазого бабника.
И вот сегодня – день моей свадьбы.
Конечно, по-хорошему следовало бы её устроить чуть пораньше. Не тогда, когда мой живот уже не скроешь никакими платьями. Потому что, положа руку на сердце, всё, чего мне сейчас хочется – домой! Забраться под одеяло вместе с любимым человеком, долго возиться в поисках удобного положения, чтобы обнял сзади и уткнулся мне в шею привычным жестом. И спать! Спа-а-ать…
Спать мне теперь хотелось круглосуточно.
Вместо этого приходится терпеливо ждать, пока вся эта толпа таарнцев – и не только таарнцев, приглашённых на нашу свадьбу, закончит веселиться, есть, пить и радоваться жизни. А что поделаешь? Сама выбрала мужчину с таким количеством родственником. Ещё и сына правителя целой страны. А своего правителя тут любят. И его семейный праздник – такой же семейный праздник для всего народа. Поэтому – целую долину уставили столами, в сумраке деревья горят огоньками, и под полной луной играет музыка, льются здравницы, жонглёры устраивают огненные представления…
А я сижу, положив голову на плечо Мэлвину, посреди длинного, украшенного белыми цветами стола для самых почётных гостей, и изо всех сил пытаюсь не уснуть.
- Ещё часок, Вредина, а? – беспокойно спрашивает Мэл, сжимая мою руку под столом. – Ну, или если хочешь, я тебя прямо сейчас украду.
- Не надо! Всё замечательно, – улыбаюсь тихо и тянусь за поцелуем.
Народ за столами чуть подальше встречает наш поцелуй одобрительными возгласами и стуком глиняных кружек.
Мы… слегка увлекаемся.
По глазам Мэла понимаю, что ещё немного, и он всё-таки меня украдёт. Поэтому поспешно отворачиваюсь туда, где справа от меня сидит его мать, владычица Таарна.
Хрупкая зеленоглазая женщина, в которой бы никто не заподозрил могущественную волшебницу и мать семерых волшебников… а, нет, шестерых, если не считать Нари.
У бедняжки Нари, к сожалению, ни капли магии. Как же мне её не хватает за праздничным столом! Отец снова запретил ей выходить из дома. Ощущение несправедливости бесит. Моя лучшая подруга как никто заслужила быть сейчас здесь! Всё-таки, конечно плохо расти без родителей, как я, но и со слишком сильно опекающим тебя отцом – мало приятного.
Я б, наверное, возмутилась такому запрету. Но это же Нари! Она всех всегда любит и прощает.
У бедняжки проблемы с сердцем. Серьёзные. Вождь боится, что на таком сборище она непременно влюбится в какого-нибудь ушлого парня, и её сердечку от этого станет совсем плохо. Друид предупреждал, что ей смертельно опасно волноваться.
Так что Арна, в принципе, можно понять… и всё равно бесит.
- Ваш брат так и не успел на праздник? – вздыхает госпожа Мэй. – Очень жаль. Мы его ждали.
- Увы, - коротко отвечаю я.
Да уж.
Наша свадьба с Мэлом – прямо-таки парадокс. Такая толпа со стороны жениха… вон, даже его тётя-Императрица явилась со всем семейством откуда-то за тридевять земель! - а у меня…
Мой единственный близкий человек, моя единственная семья, так и не смог сегодня быть рядом.
Я сделала всё, чтоб у него получилось – но видимо, не судьба…
…Когда массивная, величественная фигура моего брата выступает из темноты, ночь раскрашивается для меня самыми яркими красками, и ощущение счастья становится абсолютным.
Он всё-таки успел!
Чувствую, вижу по нему, что бежал, не жалея лап, без сна и отдыха сутками. Не хочу сейчас спрашивать, что за такие срочные дела задержали – у королей не бывает не срочных. Главное, что теперь он со мной.
Вот теперь всё идеально.
Фенрира усаживают по правую руку от меня. Он немедленно увлекается какими-то сверхважными беседами с правителями соседних держав, которых тут собралось аж два. Зная брата, не удивлюсь, если итогом праздника станет парочка торговых соглашения для Гримгоста.
Хотя как по мне, лучше бы один-единственный династический брак.
О да! Я знала, для чего больше всего мне хотелось затащить Фенрира в Таарн.
Я устала смотреть, как мой родной человек сходит с ума от тоски. У него не получалось меня обмануть. Я знала, что с тех пор, как он отпустил меня жить так далеко от дома, он будет сходить с ума от одиночества в нашей пустой родовой башне. И лелеяла тайную надежду на то, что в Таарне он найдёт наконец-то свою суженую.
У Волка может быть только одна пара. Он столько лет искал… отчаялся найти. И кажется, в последние годы махнул на себя рукой и смирился. Пытался сделать счастливой жизнь целого королевства. Заботился обо всех и каждом. Но не было ни единого человека, который заботился бы о нём.
Почему-то в такие моменты я всегда очень ярко представляла себе одну картину.
Фенрир сидит за столом в башне Асвиндов, разбирает какие-то бесконечные документы… и Нари. Подходит к нему сзади, обнимает за шею. Его большая рука на её хрупком запястье. Они замирают так без слов. Два человека, безумно одиноких, которые нашли друг друга. Оба так хорошо умеют молчать и слушать. Оба слишком привыкли думать о других и смирились с одиночеством. Они вылечили бы друг друга, я знаю! Его сила, её нежность… это было бы так красиво.
Но Фенрир сейчас на празднике, и на рассвете он собирается уходить, а Нари дома. Ей запретили приходить… так что кажется, им всё-таки не судьба увидеться. Это грустно.
…А потом в руках моего брата трескается бокал. И алые капли крови стекают по руке. Пока он остолбенело пялится в пустоту перед собой.
- Какая у них в Таарне… хрупкая посуда…
Он вскакивает с места.
А у меня внутри – странное чувство, которое я не могу себе толком объяснить.
Как будто происходит что-то, что должно было случиться этой чарующей ночью, полной волшебства.
Он вскакивает… отвергает мою просьбу помочь, просто отмахивается, и я вижу – о, я слишком хорошо его знаю, чтобы спутать! – как напряжённо принюхивается к ночному воздуху.
Моё сердце несётся вскачь.
Ужасно волнуюсь.
Может ли это быть, что… это оно?!
Он её учуял.
Свою единственную.
Может, я себе всё придумала – но ни разу в жизни не видела у него такого ошарашенного и растерянного взгляда. Недоумённого. Недоверчивого.
Он как пьяный. А я ни разу в жизни не видела его пьяным. Даже на самых длинных посольских пирах. Он мог любого посла перепить, если была необходимость выудить какие-нибудь преимущества для Гримгоста.
Фенрир отговаривается какой-то ерундой, мол, ему жарко, хочет пойти, проветриться. Чтоб мой брат обращал внимание на такие мелочи, как «жарко» или «холодно»? Да ему было абсолютно плевать на себя и на свой комфорт, это же свадьба его единственной сестры, если только дело не в том, что…
А потом замечаю напряжённый, тяжёлый взгляд, которым моего брата провожает вождь Таарна.
- Нашему гостю нужна помощь?
Опасность.
Брата надо срочно прикрыть!
От чего, я ещё не осознала в полной мере, но инстинкт, воспитанный в долгих походах в Йотунхейм, когда я прикрывала спину брата от атак каменных великанов, тут же включается сам собой.
- Если бы нужна была, он попросил бы! Ничего страшного, это для моего брата царапина. У него быстро заживает. Просто силу немного не рассчитал, наверное, - тут же как можно более легкомысленным тоном заявляю Вождю.
Я вижу, что он мне не верит.
И недоверчиво смотрит в спину моему брату, когда Фенрир уходит в толпу гостей. Растворяется в ночи без остатка. Я какое-то время слежу за ним, но быстро теряю из виду. Это странно. Очень странное поведение!
Моё сердце бьётся всё быстрее.
- Всё хорошо? – интересуется Мэл, насторожившись.
- Лучше не бывает… - заторможенно отвечаю я.
Тут же бросаюсь приставать к своему свёкру с какой-то ерундой. Расспрашиваю его, не будет ли он против, если мы с Мэлвином всё же построим собственный дом, и где бы он посоветовал нам выбрать место.
Мэл пытается спорить, потому что мы же вроде решили первое время пожить в общем доме с его семьёй, по крайней мере до рождения ребёнка, и первое время после. Его мама здорово бы нам помогла, потому что я сама не представляю, как справляться с малышами. Да я их на руках никогда не держала! И тут от меня такие речи…
Я толкаю жениха под столом ногой, чтоб заткнулся и не встревал.
Он умолкает и начинает настороженно следить за беседой.
Арн сначала нехотя отвечает, но потом втягивается и отвечает более развёрнуто. Мэл подхватывает мою игру и принимается с энтузиазмом просить советов о выборе материалов для постройки дома, какую древесину лучше брать, сколько надо комнат, лучше ли в горах, или ближе к низине… Свекровь, пару минут задумчиво посматривавшая на меня, вдруг тоже встревает в беседу, и таким образом незаметно проходит довольно много времени.
В конце концов, Арн обрывает её и поднимается с места.