Анна Ситникова – Девочка, с которой случилась жизнь. Книга 2 (страница 65)
– Наш проект по истории – это одна огромная проблема.
– Да, есть такое, – кивнула головой я и опустила глаза.
– Его нужно закончить к понедельнику, а у меня почти все дни из-за тренировок заняты. Да еще этот школьный Хэллоуин – все ужасно отнимает время. А если я не сдам этот проект, мне влетит от мамы. Она обещала мне за очередной провал по истории урезать карманные деньги.
– Серьезно? – очень реалистично возмутилась я. – Это очень жестоко.
– А я о чем! Ты же знаешь, что я коплю на школу японского языка. Мне это очень важно.
– Японского? – опять удивилась мама.
– Хлоя обожает Японию. Это ее мечта, – пояснила я.
– Да. Мечтаю побывать там, может, даже пожить, если получится после колледжа. – Подруга кивнула головой. – Так что, миссис Метьюс, Энн может поехать ко мне прямо сегодня? Обещаю, мы не опоздаем в школу завтра, хоть нам и придется немало посидеть сегодня над проектом.
Проект по истории – это то, против чего моя мама не смогла бы противиться, даже если бы очень сильно захотела. История вообще была ее страстью. Так что я была опущена без особых проблем.
Довольная, я попрощалась с родными и, перекинув рюкзак через плечо, была свободна. Правда, в рюкзаке, который я взяла с собой, были не учебники, а классная джинсовая куртка, в которой я собиралась идти в бар, да и эти обтягивающие джинсы были совсем неподходящими для сидения дома у подруги и зубрения истории, но мама все равно ничего не заметила.
Захватив по дороге Саймона, я подъехала к школе. Поблагодарив Хлою, я оставила ее перед большим крыльцом, где она тут же умчалась на тренировку группы поддержки, а сама пересела на пассажирское сидение. Саймон занял водительское место, врубил передачу и эффектно разогнал машину с места. Я готова была умереть на месте от лицезрения этой прекрасной картины: Саймон был чертовски сексуален за рулем.
За все мои почти восемнадцать лет мне не приходилось бывать в барах. Кроме того бара в Дакоте, откуда я как-то вытаскивала пьяного Саймона. Сегодня это было достаточно уютное пространство с обивкой стен под темное дерево. Приглушенный свет от потолочных ламп, яркая вывеска над деревянной стойкой, свет, переливающийся во множестве бутылок с алкоголем, – мне здесь нравилось. Кто-то в углу играл в бильярд, кто-то в настольный футбол – против таких баров я не имела ничего против. Да и среди публики я не заметила ни одного быдловатого лица. Все вполне мирно общались, выпивали, смеялись. На небольшой, размером в пару метров сцене, какая-то девушка пела под гитару. Какая-то парочка возле сцены топталась в обнимку, танцуя. Очень приятная живая музыка только дополняла атмосферу уюта.
– Я забронировал для нас столик. – Саймон усадил меня за небольшой, но высокий столик в пяти шагах от сцены. – Подумал, что тебе понравится именно здесь, потому что тут очень спокойно и слышно лучше всего.
– Да, мне здесь нравится, спасибо.
– Что тебе заказать?
– Я не очень знаю, что можно заказывать в таких местах, – нагнувшись ближе к Саймону, прошептала я.
– Тогда ты позволишь мне самому выбрать напитки?
– Конечно, спасибо.
– Минутку. – Он подмигнул мне и направился к стойке.
Даже если бы я хотела, я бы не смогла не смотреть на него. На его большую спину, на то, как движутся его скулы, когда он наклоняется к бармену, делая заказ. На то, как его волосы так игриво спадают на лицо. Он был слишком прекрасен, и было так глупо отрицать это столько времени. Разве можно просто дружить с этим совершенством?
– Алкоголь? Серьезно? – Я попробовала напиток, который принес Саймон, и слегка поморщилась от его сладости смешанной со вкусом алкоголя. – Мы потихоньку спиваемся?
– А что такого? Мне нравится, когда ты пьяная, – рассмеялся он.
– Эй, прекрати. – Я тоже рассмеялась, потому что как можно не смеяться, когда смеется он?
– На самом деле, я действительно хочу, чтобы ты сегодня расслабилась. И ты на самом деле очень смешная, когда выпьешь.
– А сам что?
– Только стопочку. – Он опрокинул маленькую стопку чего-то коричневого и улыбнулся. – Я же сегодня за рулем.
– Ладно, уговорил. – Второй глоток оказался вкуснее.
– Помнишь, как мы напились у меня в комнате?
– Когда ты еще мухлевал с картами? Такое не забывается.
– Ты была такой очаровательной. – Он смотрел прямо мне в глаза.
Отчего-то мне стало неловко. Неловкости в наших отношениях с Саймоном не было уже сто лет. Так что чувствовать ее сейчас было так нелепо и неожиданно. Смутившись, я отвела взгляд. Но мы сидели напротив друг друга, так что мне все равно пришлось смотреть на него.
– К твоему сведению, я всегда очаровательна, – кое-как справившись с неловкостью, отшутилась я.
– О, поверь мне, это я знаю лучше всех.
– Эм… ты так и не рассказал мне, чем занимался с утра.
– Договаривался о выступлении.
– Что?
– Это бар, в котором каждый может прийти и исполнить песню или пару песен, как зайдет. Здесь есть особые вечера для такого. Четверг и суббота. Подаешь заявку с утра, и вечером у тебя есть сцена. Я раньше бывал здесь частенько. Вот мне и захотелось вытащить тебя послушать живую музыку.
– Это очень круто, но ты не рассказывал, что бывал в таких местах.
– В последний год не часто. Это… Это место очень личное. Я приходил сюда, когда становилось очень паршиво. – Рука Саймона легла мне на колено, я положила свою ладонь сверху. – Ты же знаешь, что я не в восторге от нашей группы. Не потому что мы делаем что-то плохо, а просто потому, что мне не нужна популярность, известность, которыми грезят остальные ребята из «PoF». А здесь классно. Мало народу, легкие аплодисменты в конце. Никакого дикого ажиотажа. Понимаешь? Все тихо, уютно. Можно просто приходить и думать о своем под музыку. Или, когда совсем тяжко, приходить и играть для других. Мне нравится.
– Понимаю. – Не переставая смотреть Саймону в глаза, я переплела наши пальцы. – Так значит, ты сегодня что-то споешь?
– Пару песен для моей принцессы.
– Иди ты со своими принцессами, – рассмеялась я.
– Знаю, тебя такой девчачьей фигней не впечатлить, – приглушенно расхохотался Саймон. – Буду впечатлять музыкой.
– Это всегда пожалуйста.
Очередь Саймона наступила после высокой девушки, исполнявшей песню в стиле похожем на кантри. Он подмигнул мне, встал из-за столика и пошел к импровизированной сцене. Откуда-то в его руках появилась гитара. Он сел на высокий стул, устроил гитару на колене и пододвинул микрофон:
– Эту песню я написал, когда мне было очень паршиво. Надеюсь, она вам понравится.
Легкое перебирание струн пальцами, и вот Саймон уже поет. Мотив ужасно походил на мотив моей любимой песни у My chemical romance[12] «Gost of you». И я не могла отделаться от ощущения, что это было сделано специально для меня.
Я никогда не желал этого
Не мог помыслить о чем-то кроме своего одиночества,
Но появилась ты и разрушила мой купол отчаяния
И разлетевшиеся куски его ранили меня в самое сердце.
Сердце, о котором все уже позабыли, снова смогло полюбить.
Почему все стало так странно?
Откуда эта невыносимая боль?
Почему мне так нужно видеть ее добрый взгляд?
Почему каждый день без ее прикосновения потерян?
Просто посмотри…
Просто прикоснись…
Но она не смотрит. Не хочет видеть…
Как сумасшедший, я мечтаю о том, чтобы мир начал рушиться.
Тогда я смогу спасти ее.
И она увидит, как сильно я люблю ее, как бесконечно она мне нужна.
Безумная одержимость…
Моя безумная одержимость, которую я так лелею.
Я рушу все вокруг, чтобы заслужить прикосновение ее губ.