Анна Ситникова – Девочка, с которой случилась жизнь. Книга 1 (страница 41)

– Ты не возразила, – тихо сказал парень, подняв глаза на меня.

– По поводу?

– Я назвал тебя подругой. Мы друзья?

– Оу… Ну…

– Тебя все еще смущает мое поведение в пиццерии?

– Нет, про то я уже и не вспоминаю, просто… Ты хочешь быть моим другом?

– Что, если я скажу, что очень хочу быть твоим другом? Ты не испугаешься и не убежишь? Все же у нас было не лучшее начало. Я уже как минимум дважды обидел тебя.

– И как минимум раз сто поднял мне настроение, просто сам этого не заметил.

– Почему же не заметил, – загадочно проговорил он. – Так что?

– Саймон, я была бы рада, если бы мы стали друзьями. Честно. Я давно этого хочу.

– Возможно, я тоже.

– Хотелось бы больше уверенности в твоих словах, но для начала меня и такой ответ устроит.

После этого несколько неловкого начала я позволила себе расслабиться. Так что ланч прошел за разговором о том, зачем я напокупала столько всякой ерунды. Если толстовку Саймон еще мог оценить из-за ее функциональности, то мяч с автографами – это было выше его понимания. Я старалась донести до парня то, что все эти мелочи, хоть по большей части и являются хламом, очень нужны. Но, кажется, он не оценил моей пламенной речи в защиту захламления комнаты.

– Ты пойдешь на следующий урок? – спросила я уже на сытый желудок.

– Неа, – протянул Саймон. – Воспользуюсь предоставленной возможностью пропустить.

– Устроите финальную репетицию?

– Кристин была бы рада, ей вечно что-то не нравится. Кристин – это наша ударница, – пояснил Саймон. – Но мы уже отрепетировали… раз сто. Осталось так, по мелочи: поднастроить аппаратуру, установить все на стадионе. Ерунда, короче.

– Класс, как же хочется вас послушать.

– Услышишь вечером. Надеюсь, тебе понравится, и ты не разочаруешься в самодеятельности. – Саймон сидел с обычной мрачной физиономией.

– Мне бы больше понравилось, если бы ты улыбался, когда шутишь. – Кажется, я сказала это в слух, хотя стоило только подумать.

– Правда? – Саймон посмотрел на меня с любопытством, от чего мне вновь стало неловко. – Не знал.

– Так это же очевидно. Улыбаться в обществе вообще принято. Так люди выражают то, что им приятен собеседник.

– Знаешь, обычно я улыбаюсь только по праздникам, – издевательски растягивая слова, начал Саймон, но, видимо увидев мое недовольство, решил не продолжать. – Ладно, только ради тебя.

Я смотрела на Саймона в упор, и он улыбнулся. Немного, но все же прекрасно. На щеках появились ямочки, о наличии которых я и не подозревала до этого (Боже, это же просто очаровательно!). Довольная собой, я откинулась на спинку стула и тоже заулыбалась.

– Так-то лучше.

Это победа, Метьюс.

– Если честно, я и забыл, как это делается. Поводов в последнее время было немного, – признался он.

– А я что, не повод для улыбки?

Саймон улыбнулся во второй раз, но было видно, что он еле сдержался, чтобы не рассмеяться.

– Да уж, это точно, еще какой повод. С твоей детской непосредственностью.

– Разве я по-детски непосредственна? – начала сердиться я. Ему для обычной улыбки нужен серьезный повод, а я виновата?

– Не обижайся, но это так. – Он растянулся на стуле, разгладив кофту на плечах, в очередной раз подчеркнув рельефность своего тела.

– Ну и пусть так, хотя попозже я докажу тебе обратное. Когда захочу, я могу быть очень взрослой и ответственной, – прицокнув языком, парировала я.

– Да, особенно, когда тратишь обеденные деньги на мячи с автографами школьной команды. Это так по-взрослому, – тихо сказал Саймон, снова буравя меня взглядом.

– Так, давай поговорим о чем-нибудь другом. – Я оглядела толпу обедающих, но не смогла придумать новой темы для разговора.

– Да запросто. Раз уж ты купила толстовку, значит, я смогу лицезреть тебя на трибуне?

– На самом деле, я не знаю. – Саймон напомнил мне о проблеме, которая занимала мои мысли целых четыре урока. – Очень хочется пойти, но вот в одиночку сидеть на трибуне…

– Почему в одиночку, там же будет вся школа.

– Да, но ты же знаешь, я не то чтобы сильно общаюсь с кем-то, кроме тебя, Грега и девчонок. А все вы заняты в вечернем мероприятии.

– Будет повод с кем-нибудь познакомиться. Спортивный азарт и «болезнь» за нашу команду сплотит.

Я не стала вдаваться в подробности того, что для меня познакомиться с кем-то – это как сальто назад с вышки в бассейне – то есть возможность описаться от страха от одной только мысли, или же способ заработать себе сердечный приступ.

– Хорошо бы так. Кстати, я думала, ты не любишь футбол.

– Не люблю, – серьезно ответил Саймон. – Но это не означает, что я буду болеть за «Медведей» вместо наших ребят. В команде много моих друзей.

– Блин… не знаю, что делать. С одной стороны, я жутко боюсь в одиночку, а с другой – я никогда не была на стадионе во время матча.

– Не была? – Саймон недоверчиво вздернул левую бровь.

– Серьезно. Как-то не удалось в прошлой школе. Ограничилась только просмотром по телевизору. Так что сегодня будет первый раз.

– Так, значит, все-таки придешь?

– Приду, – окончательно решила я. – И, правда, нужно же и с другими людьми общаться.

– Если получится, я к тебе подойду. Посходим с ума вместе, поорем, порвем глотки, ну, все как водится. – Парень заметно переменил свое настроение на более-менее веселое.

– Класс! – Иногда мне везет. – Сяду где-нибудь с краю, чтобы ты долго не искал меня.

– Договорились. Я уверен, что не возникнет никаких срочных дел после нашего выступления.

– Если возникнут, ты по-быстрому с ними разделаешься, чтобы составить мне компанию.

– Ну, раз уж за меня все решили, придется так и поступить.

Выходя из столовой, я задумалась: как нам с Саймоном удалось стать друзьями? Да, мне этого очень хотелось, наверное, с момента наших случайных прогулок до супермаркета (с некоторыми перерывами, когда я хотела его убить), но… Представить себя другом Саймона мне было трудно. Трудно было представить, как с ним может дружить хоть кто-то. Наверняка, если бы он хоть изредка улыбался, мне было бы проще. Имеется в виду добровольная улыбка, а не улыбка по просьбе в виде особого одолжения. Но, несмотря на все трудности и свое смущение, я была очень рада своему новому статусу. Было в Саймоне что-то такое, что очень тянуло к нему. И это было странно – ведь выглядел парень, как заядлый одиночка, который не нуждается в человеческом обществе. Мне чертовски сильно хотелось узнать, о чем он думает, хотелось стереть с его лица это постоянное выражение отрешенности и разочарованности во всем, хотелось, чтобы он улыбался. Однажды он все равно будет это делать, тогда я, без зазрения совести, смогу гордиться собой. Пока же мои попытки не увенчались особым успехом, но я верила, что в скором времени одержу полноценную победу. Главное – это не давить на него. Пусть все идет своим чередом.

И маленький бонус – похоже, я единственная девчонка, которая может похвастаться дружбой с ним.

4

Литература была по расписанию. Мы писали тест по рассказам Шекспира. Но все время урока я сгорала от любопытства – интересно, как Саймон будет «сходить с ума и рвать себе глотку»? Представить такое было невозможно, уж очень не подходило к его образу бурное проявление чувств, да еще и на людях. В общем, я с предвкушением ждала вечера.

После занятий я, к сожалению, без компании побежала домой. Начало игры в семь вечера, но я задумала прийти пораньше, чтобы хотя бы попытаться пообщаться с другими девчонками с параллели. Ведь именно с ними я планировала сесть на трибунах.

Приготовив маме ужин, я забрала Саманту из детского садика, забежала в магазин, где купила продуктов, дождалась маму, чтобы можно было спокойно пойти на стадион, оставив сестру под присмотром, и в пять уже стояла рядом с гардеробной, гадая, что надеть. Не знаю, сколько бы еще одежды я перерыла, если бы не вспомнила про новую толстовку. Ну конечно! На матчи по футболу надевают «патриотическую» одежду, чтобы почувствовать себя частью чего-то большого и подчеркнуть, за кого ты болеешь.

Из дома я выходила в толстовке, джинсах и кедах. На голове высокий хвост просунут через ремешок в кепке с эмблемой команды, и на лицо спадают несколько прядей – самый оптимальный вариант. Для Грега. Он оценит мою преданность команде и чуть-чуть постройневшие благодаря черным штанам ноги. Не забыла и про фотоаппарат – старый цифровик, прошедший со мной через многое, он – мое универсальное средство для налаживания отношений. Страшно будет кого-нибудь фотографировать, ведь люди все незнакомые, но я попробую, может, повезет. Надеюсь, хотя бы на это у меня хватит смелости.

Я шла в школу, думая о том, под каким предлогом можно кого-нибудь сфотографировать и завязать разговор, как меня уже второй раз за день окликнул Саймон.

– Энн, подожди! – Саймон нагнал меня, даже не запыхавшись.

– Привет еще раз.

– Привет. Я тут забыл пару дисков, а они очень нужны. Чтобы поставить перед игрой, пока все будут собираться. – Он показал на коробку в руках. – Ты на стадион?

– Да. Пойдем вместе, – предложила я очевидное.