Анна Синнер – Город Тысячи Пещер (страница 23)
– Красивая… – прошептал герцог над самым ухом. – До неприличного красивая. Поверь, не будь ты чужой невестой, я бы уже всеми силами и средствами пытался затащить тебя в свою постель. А у меня очень хороший вкус.
Сомнительный, конечно, комплимент. Но что еще хуже, сказанное ей понравилось. В чью либо постель до свадьбы она, естественно, не собиралась, но чувствовать себя желанной хотелось. Хотя… Вдруг ей вспомнились слова Кейлора. Герцог ведь умудрился переспать чуть ли не с каждой девицей в академии, а теперь, и глазом не моргнув, рассказывал ей про свой
– Хватит мне зубы заговаривать, я ни единому слову не поверила. Но можешь считать, что извинения приняты. Забыли, – Аста все же умудрилась извернуться и выбраться из крепких объятий герцога, но он вновь схватил ее за руку.
– Ну не умею я быть вежливым и обходительным!
– Не правда, очень даже умеешь. Просто не хочешь, – Аста вновь выдернула руку и, оставив Рейдена в коридоре, направилась в прямиком в аудиторию. Разговор с герцогом напрочь испортил аппетит.
Зал, где вампир обычно читал лекции, всех желающих поглазеть на беса вмещал с трудом. Тем, кто пришел позже остальных, пришлось и вовсе стоять снаружи, просунув голову в дверь. Асте повезло. Она явилась одной из первых и даже успела застолбить местечко для Бьянки с Эннарионом.
– Рад, что все в сборе. Знаю, Вы пришли познакомиться с нашим героем, – Лиораэль стоял у стола, на котором гордо восседал «кот». – Прошу любить и жаловать. Относиться почтительно, а не как обычно… Кэфиррион Шестой. Или просто… Эфи. Многоуважаемый владыка леса оказал нам честь и предложил свою помощь с разрывами, которую я, естественно, охотно принял. Итак… Сейчас мы имеем грифона, более не агрессивного, в количестве одной особи. Шестнадцать гарпий, весьма миролюбивых. Пять вполне ручных гончих и тринадцать до смерти испуганных ящеров. Все они не опасны и будут жить в северной части города за болотами. Идем дальше… Новые разрывы мы теперь не трогаем и «живность» не уничтожаем. Список существ, которых убивать можно, Эфи составит лично и повесит в холле каждого учебного корпуса. Потрудитесь ознакомиться. И последнее. Владыка высказал желание открыть в Сейгарде мастерскую нарядов…
Ну Эфи! Пора бы провести с бесом воспитательную беседу. Мастерскую нарядов ему подавай. Возомнил себя мадам Лансанд, не иначе. Хотя, положа руку на сердце, модному модельеру бес с легкостью мог бы преподать пару уроков. Аста уж подумала, что Эфи засмеют, но в Сейгарде жили по своим правилам. Присутствующие студентки заметно оживились и навострили ушки. А юноши облегченно вздохнули, услышав, что спать «на пороховой бочке» им более не придется.
– Лавка с нарядами займет помещение, где раньше торговала Ула, – Эльф имел лицо поистине непроницаемое. Только смешинки в зеленых глазах игриво поблескивали. – Собственно, я все сказал. Расходимся.
Рядом раздался голос Бьянки:
– Погодите – ка. Лавка с нарядами, считай, есть, а носить их некуда… Нехорошо выходит, уважаемый ректор. Как насчет бала? А то все обещаете и обещаете.
Толпа одобрительно загудела.
– Принцесса… Знаете ведь, что ходите у меня в любимчиках, и нагло этим пользуетесь, – усмехнувшись, ректор сдался без боя. – Завтра вечером в кристальном гроте, но готовите все сами.
Ледышка расплылась в игривой улыбке:
– Вполне, с Вас танец!
– Как завтра? – пискнула какая – то блондинка, Асте незнакомая. – Мы же не успеем с нарядами!
Бес приосанился и «мурлыкнул» на весь зал:
– Эфи все успеет, леди! Балу быть!
Дальше начался сущий хаос. Студентки окружили Эфи, наперебой описывая наряды мечты. Бес внимание обожал и от счастья сиял так, что Аста чуть не ослепла. Даже ругать его передумала. В конце концов, такой талант пропадает. Ей, правда, было не до бала. Тем более, что с балами у нее отношения не сложились. Принц никак не шел из головы. Он ведь спас ей жизнь, рискуя своей. Причем без колебаний. Неужели что – то осталось от того Иллая?
Ответ нашелся неожиданно, поздним вечером вломившись к ней в комнату без стука.
ГЛАВА 24. СЕРДЦЕ МЭЙСА
После собрания Аста наконец – таки полноценно отобедала в компании эльфа и принцессы, которые совершенно неожиданно «спелись». А после – отправилась в свою комнату в надежде отдохнуть после трудного дня. Герцога не было, что очень радовало. Она смогла нормально принять ванну и, наконец, расслабиться, погрузившись в сладкую негу. Эта самая нега, правда, испарилась, стоило Асте вернуться в комнату. На ее кровати сидел принц. Бледный, сам не свой. Вместо формы одетый в черные брюки, сапоги и распахнутый кожаный жилет на голое тело. Удивительно, классический для эсгаров наряд, но именно в нем Иллай был каким – то совершенно невероятным образом похож на своего отца, хоть с бритой головой короля Шантилара она никогда и не видела.
– Ты что здесь делаешь?
– Тебя жду, – Иллай поднялся на ноги, чуть качнувшись.
Замечательно. Он еще и не совсем трезв. Мягко говоря.
– Не помню, чтобы я тебя приглашала. Уходи.
Принц недовольно поморщился:
– Неужели ты так сильно меня ненавидишь?
– Я? Тебя? – она и сама не поняла, как сорвалась. Слова Иллая стали последней каплей. – Ты ничего не перепутал,
Слезы застилали глаза, но Аста уже не могла остановиться. Столько лет в Килденгарде она молчала, строила из себя леди, не жаловалась, не скандалила. А порой так хотелось сказать все как есть. Все, что накипело. Вот она и сказала.
– Аста, ты совсем дура? – Иллай, кажется, внезапно протрезвел. – Ты серьезно думаешь, что я могу причинить тебе вред? Ты была моей семьей!
– Семьей? Считаешь, так с семьей поступают? Я пять лет ночами рыдала в подушку! Из – за тебя! А ты все это время был жив! Но мне сообщить об этом не потрудился!
Она обессилила. Совершенно. Принц, однако, решил ее добить:
– Да, не потрудился настолько, что приехал в твою дурацкую академию, как только перестал быть опасен для всего живого! Мне Рей чуть голову не оторвал, когда я сбежал из Сейгарда! И ради чего? Чтобы увидеть, как ты беззаботно заливаешься смехом, сидя на коленях у Деналя!
Аста даже ответить не смогла, замерла на месте. Она помнила тот день. Чуть больше года назад, когда она, наконец, сдалась и приняла ухаживания Винсента. В саду при академии… Впервые с момента «гибели» Иллая ей вдруг показалось, что он где – то рядом. Словно наваждение. Такое реальное, что она спрыгнула с колен Винсента и, сославшись на необходимость собрать травы для домашней работы, прочесала весь сад, но никого не нашла. А потом добрых два часа просидела в ванной, захлебываясь слезами.
Надо было рассказать принцу правду про Винсента, про приворот. Но нет, оправдываться она не собиралась.
– Ты должна была стать моей женой!
– Я никому. Ничего. Не должна! Ни тебе, ни Винсенту, ни кому – либо еще. Понял? А теперь уходи.
Не понял. Причем совсем. Аста даже пискнуть не успела, как принц сгреб ее в охапку, прижал к стене и поцеловал. Такого поворота она уж точно не ожидала, но Иллая не оттолкнула и даже робко провела пальцами по рельефному прессу. Не потому, что хотела большего. Нет. Из праздного любопытства. Ее ведь, по сути, никто и не целовал, кроме Винсента. Тот раз, когда пятнадцатилетний принц чмокнул ее в губы посреди оливковой рощи, а потом испугался настолько, что прятался во дворце до ее отъезда, не в счет. Сейчас же Иллай свое дело знал. Действовал мягко, без напора, лишь слегка придерживая ее рукой за талию. И она позволила себе насладиться и утонуть в приятных ощущениях. Жаль только, что бабочек в животе этот прекрасный поцелуй так и не разбудил.
– Прости, – принц остановился сам и сделал ровно то, что и пять лет назад. Сбежал, по пути споткнувшись о ее сапоги.
Аста рухнула на кровать. Злиться на Иллая не получалось. Даже наоборот. Пришло облегчение. Он искал ее, а значит, не все потеряно.
Заснуть никак не получалось, и Аста так и проворочалась всю ночь. Измученный трудами бес появился ближе к утру и, как обычно, развалился на герцогской кровати. Медом ему там, что ли, намазано?
– Эфи, слезай! Герцог вернется, нам обоим влетит.
Бес зевнул и завернулся в одеяло:
– Этот – то? Он у девицы своей.
Не сложно догадаться, чем именно герцог занимался в комнате своей подружки с косой. Лирии, кажется. Аста видела ее мельком на общем собрании. Красивая. Высокая, статная, с пышной грудью, аппетитными бедрами и предательски тонкой талией. Смуглая, черноглазая, черноволосая. Однозначно чистокровная эсгарка. Такую уж точно
– Астория ревнует… – «кот» расплылся в совершенно бессовестной улыбке.
– Еще чего. Спи давай.
Ревновать это несносное создание? Нет уж. До такого она, слава богам, пока еще не докатилась.
ГЛАВА 25. АРТЕФАКТ
К утру герцог так и не пришел. Эфи, вибрируя от восторга, умчался в лавку шить очередную порцию нарядов для бала. Аста, пообещав бесу непременно посетить его новые владения, неспешно собиралась на занятия, когда в комнату «на огонек» заглянула та самая подружка герцога. Проходной двор. Не иначе.