Анна Синнер – Беатрис (страница 27)
Аромат жижа источала сомнительный.
Амина с осуждением покосилась на фамильяра:
– Болтун! Что – то вроде артефакта, но себестоимость ее копеечна. Такую свечу смогут позволить себе даже бедняки без дара. Сейчас, чтобы попасть, например, из Килденгарда на Фьяльку, простым смертным приходится несколько суток плыть на корабле. Что тоже недешево, да и качку многие перенести не в состоянии. Плюсом есть риск стать жертвой пиратов. Если повезет. А если нет, судно потопят русалки. Но выбора у людей нет. Один проход через стационарный портал, а имеются они далеко не везде, стоит пятьдесят тысяч крон! Одноразовый портальный амулет – все восемьдесят. Подавальщица в таверне получает около тридцати тысяч в месяц, банковский служащий – от силы семьдесят… Артефакторы частенько забывают, что быть магом – привилегия. Не норма. Больше половины жителей континента не имеют дара.
Дело свое девчонка, очевидно, обожала, и Кассея как – то даже к ней прониклась, несмотря на инцидент с похищением:
– И за сколько можно будет приобрести твои свечи?
– Тысяч восемь за штуку, если навскидку. Рецепт еще сыроват… – Амина осеклась. – Тебе правда интересно?
– Тебя это удивляет?
Вампирша нерешительно кивнула:
– Порядком.
– Боги, Фариарди. Давай начистоту. Злодейка из тебя так себе. На двоечку. В постель уложила. Тапки притащила. Новые! Одежду. Свежую! Уверена, ты купила ее специально для меня. Сама ты в этом свитере утонешь, про штаны я вообще молчу. Свечки, опять же, варишь для бедняков. Ну сколько ты протянешь, прежде чем тебя начнет терзать совесть? Неделю? Две? Я не держу на тебя зла. Увидела меня с Феанором и вспылила, сделала глупость. С кем не бывает. Ты меня в итоге отпустишь, но за это время мой брат поднимет на уши весь Эльсинор. С него станется бросить тебя за решетку, и тогда плакали твои свечки. Ты об этом мечтала? Стать преступницей?
Горе – похитительница тяжело вздохнула:
– Пес с тобой. Уходи. Кики, проводи принцессу к выходу, пока я не передумала.
Сердце съежилось от жалости. Хорошенькая, смышленая, талантливая, пусть и безрассудная. Влюбленная в Феанора настолько, что не возникало сомнений – с того дня, как эльф отправился в сады Накиры, к ней не прикасался ни один мужчина. Она хранила верность ему, потому и жила затворницей со своим бесом.
Уйти Кассея не смогла:
– Не сегодня. Сначала мы приведем в порядок твои потолки.
Глаза Амины округлились, как два блюдца.
– Бытовая магия тут не работает, – призналась болтливая рыжая нечисть. – Артефакт нам с госпожой достался бракованный. Денег не хватило на нормальный. Пришлось выбирать… Или исправный, с избой из пары комнат, или нормальный дом, но с изюминкой.
Это что же? Сие тощее создание, аристократка по рождению, руками драила трехэтажный особняк? Мыла полы? Котлы, колбы, банки, склянки? Выбивала во дворе ковры и шторы? Стирала в тазу постельное белье? Да Феанор просто обязан был на ней жениться! И чем скорее, тем лучше… Пока этот бриллиант не заприметил кто – нибудь другой.
ГЛАВА 20. ПРОПАЖА
Слова Кассеи повергли его в ступор. По – другому он представлял себе момент своей капитуляции… Они ведь провели вместе волшебную ночь! Далекую от того, что он смог бы охарактеризовать как связь на один раз. О нет, ему хотелось, чтобы это длилось вечно.
С ней было весело. Настолько, что Лиораэль, кажется, никогда в жизни так не смеялся. Особенно в постели с женщиной! Когда она, хрустя багетом, краснощекая, лохматая, предложила попробовать позы, о которых читала в каком – то дешевом, пошленьком дамском романе, а потом хохотала во весь голос, стоило ему, не удержав равновесие, завалиться в кусты, ободрав себе физиономию о ветки… Лиор понял, что влюбился. Окончательно и бесповоротно втрескался в эту рыжую негодяйку.
Он не стал затягивать с пари. Зачем? Принцесса честно победила. А если и мухлевала, изображая активную заинтересованность в его брате, то это мелочи. Думал, она загадает что – то озорное, легкое, подстать ее характеру, но Кассея ударила его по больному. Воспользовалась тем, что он дал слово и вроде как, будучи мужчиной, обязан обещание сдержать.
Конечно же, он знал, что Иллаю она желала добра, а Бьянка, к сожалению, в ее понятие добра не вписывалась. Что в свете последних фокусов Даэр’аэ в некоторой мере ожидаемо.
За то, что королевишна подкинула ему домой кулон, который он сам для нее когда – то заказал, помогая избежать навязанного брака с престарелым драконом, Лиораэль уже содрал с нее три шкуры. На правах бывшего ректора, друга и старшего товарища. Но разрыв клятвы – это слишком. Она не заслужила.
Иллая под венец силком никто не тащил. Бэан’на предложила ему союз, выгодный обоим, и он согласился. На брак и на ее условия, где наличие любовников с обеих сторон предусматривалось изначально, а о теоретическом продолжении рода в принципе не шло и речи.
Оснований для развода Лиор в упор не видел. С обязанностями королевы Даэр’аэ справлялась на отлично. Занималась вопросами казны и внешней политики, курировала лечебницы, детские приюты и дома престарелых, куда наведывалась по несколько раз в месяц, а каждое воскресенье летала вместе с младшим братом по определенному маршруту, дабы порадовать раненых солдат, малышню и стариков. У нее был белый дракон, у принца Сой’ле – черный. У нее ледяное пламя, у него огненное. Народ обожал наблюдать, как они кружат над Эльсинором.
Вонзить Бьянке нож в спину он никогда бы не посмел. Корона – единственное, что стояло между ней и ее возвращением в Сильвенар. Р’гар Даэр’аэ дочь не замечал. Ее острый ум, таланты, образование, в конце концов. Разглядеть все это за фасадом хорошенькой мордашки он даже не пытался. Зато с завидной регулярностью находил ей женихов. Драконов, разумеется. Иллай же его категорически не устраивал, но Р’гар терпеливо ждал, пока этот брак рассыплется сам. Способствовать этому Лиораэль был не намерен. Пусть и ценой собственной репутации. Справедливость для него оказалась важнее принципов.
Принцесса его разозлила, и он нахамил. Обидел дорогую ему женщину. Велел ей уйти, зная, что в лесу ей ничего не угрожает. Слышал, как ее душа разрывается от боли, горечи и сожаления, но за ней не пошел.
В гневе он был страшен. Груб и склонен делать из мухи слона, а потому решил выдохнуть. Собрать посуду, свернуть покрывало, посидеть в тишине, а потом уже поговорить с ней. С чувством, с толком, с расстановкой. Объяснить, что ее затея ужасна и что Иллай – взрослый мальчик, который со своей женой в состоянии разобраться сам. Без посторонней помощи.
Только вечером у нее дома он нашел не Кассею, а собственного брата и Уль’д’раксиса Аракса…
– Явился! Бес проклятый! – Феанор, развалившийся на диване с весьма прискорбным видом, вскочил на ноги. – Где тебя носило целый день?
Корона съехала набекрень. Та самая, в которой его короновали два десятка лет назад.
– И я, Феанор, тоже рад нашей встрече. Где принцесса?
Аракс, изображавший статую у окна, повернулся и сверкнул глазами:
– Это мы у тебя хотели спросить! Я не могу с ней связаться! Мой дракон в ярости. Потерял всяческий покой.
– Она что, домой не возвращалась?
Не осталась же она в лесу? Владения Аэлирана безопасны. Там и мышь не проскочит без ведома хранителя. Неужто опять сбежала? Как тогда, в Сейгарде, когда расстроилась из – за того, что он не предупредил ее об освобождении Деналя?
– Что ты! – брат оскалился. – Возвращалась. Рыдала здесь взахлеб на ковре! По твоей, между прочим, вине! Еле успокоил. Вот просто объясни мне, почему все женщины после общения с тобой непременно утирают слезы? Бестолочь!
– Будь добр, следи за языком! – про себя Лиораэль медленно досчитал до десяти. Не хотелось бы все – таки сорваться и съездить по лицу новоиспеченному монарху. – И объясни, наконец, что стряслось! Ты сказал, она вернулась!
Феанор было открыл рот, но дракон всучил ему флягу с кровью и усадил его обратно на диван:
– Выдыхай. Не то вы подеретесь. Я объясню. Утром принцесса пошла на рынок за овощами и пропала. Ее запах обрывается за публичными банями. Там, где начинается ремесленный район. Зачем она туда поперлась – загадка. Рынок в другой стороне. Скорее всего там она открыла портал. Или… Кто – то другой открыл портал и запихнул ее туда силой. На улице мы нашли остаточный след звуковой иллюзии, поэтому я склоняюсь ко второму варианту. Это могла быть имитация голоса близких, крика о помощи, да что угодно. Есть основания подозревать, что Кассею похитили.
– Давно ее нет?
От волнения у него вспотели ладони. Мозг отказывался верить в то, что его рыжая бестия в опасности. В опасности, потому что он,
– Тринадцать часов, – брат смерил его таким взглядом, что в пору было утопиться. – Тринадцать!
Лиораэль опустился на стул, судорожно перебирая в голове потенциальных врагов Иллая, которым наглости хватило бы покуситься на Кассею. Кроме Деналей на ум никто не приходил. Что, если до Винсента дошли слухи об освобождении отца и о том, что Гордон выбрал сторону врага? Страшно представить, что этот мерзавец мог с ней сделать. С его женщиной!
– Хватит себя накручивать! – рявкнул ему на ухо Аракс. – У тебя такой вид, будто ты сейчас в обморок грохнешься. Мне помощь нужна, чтобы ее найти, а не две кисейные барышни!