Анна Синнер – Академия Сейгард. Темный Владыка (страница 1)
Анна Синнер
Академия Сейгард. Темный Владыка
ПАРА СЛОВ ОТ АВТОРА
Дорогие друзья,
Рада приветствовать вас на страницах пятой книги серии «Академия Сейгард»! Эту часть, как и предыдущие, можно читать отдельно в качестве самостоятельного произведения.
Однако если вам хочется приоткрыть дверь в прошлое и узнать, с чего все началось, предлагаю познакомиться с книгами «Академия Сейгард. Город Тысячи Пещер», «Академия Сейгард. Форт Грез», «Академия Сейгард. Беатрис» и, конечно же, «Академия Сейгард. Огонь и Лед», где мы впервые встречаем Хинтару – золотую богиню созидания. Напоминаю, что у меня в Telegram (https://t.me/sinneranna) вас ждет множество красочных иллюстраций и видеороликов, которые помогут вам с головой окунуться в мир Академии Сейгард.
Приятного чтения!
Искренне ваша,
Анна Синнер
ПРОЛОГ
Шаарти нашла его у океана… А ведь Сой’ле дал деру, как только смазливая мордашка первой красавицы Академии Сейгард мелькнула в толпе.
– Не надоело тебе бегать от меня, Даэр’аэ?
Скрывать свои эмоции он и не думал:
– Ничуть.
Когда-то он считал ее подругой. Помогал с учебой, защищал от навязчивых поклонников. Играл для нее на рояле, читал ей книжки вслух. В библиотеке они могли сидеть часами, а потом им с Шаарти стукнуло восемнадцать, и она попросила Сой’ле научить ее искусству любви. По-дружески. Без обязательств. Сказала, что с кем-нибудь другим ей будет страшно и неловко. Да и смотрела так, что он не смог ей отказать.
Ничего не предвещало беды. Ночами он доводил ее до исступления, днем каждый занимался своими делами. Ей нравилось, ему тоже. Пока Шаарти вдруг не перешла черту и не заявила на него свои права. Взяла и растрепала на весь свет, что она его невеста. Даэр’аэ не прощали предательства.
– Я же люблю тебя… – маленькая женская ладошка легла ему на плечо. – Нам ведь было хорошо.
Сой’ле не обернулся. В сердце у него зияла дыра.
– Было. Не спорю. Только поздно, Шаарти. Уходи.
– Брось. Ты же хочешь меня, – единственная дочь кессарийского хана Файше пошла в атаку. Уткнулась носом ему в спину, аккурат меж лопаток, а свободной лапкой скользнула под рубашку, царапнув коготками его пресс.
Научил на свою голову.
– Хочу, – признал Сой’ле. – Но это пройдет.
– Тебе не кажется, что ты излишне драматичен? Делаешь из мухи слона. Я оступилась. С кем не бывает.
– Со мной не бывает.
– Соле… – Шаарти рывком развернула его к себе. – Кончай дуться. Я тебе в любви призналась, между прочим.
Поцеловать его у рыжей бестии не вышло. Сой’ле уклонился и сделал три шага назад.
– Нет, Шаарти. Нет. Возвращайся во дворец.
– Не то что?
– О боги. Ладно. Я сам уйду. Не подходи ко мне больше. Я тебя очень прошу.
Среагировать он не успел. Шаарти бросилась к нему. Лезвие клинка сверкнуло в свете луны, и Сой’ле рефлекторно закрылся рукой. Прохладный металл царапнул кожу, кровь потекла по рукаву, окропив ткань белоснежной накрахмаленной рубашки.
–
– Шаарти! Не смей!
–
Нестерпимая боль пронзила его запястье, и Сой’ле, к сожалению, знал, что именно расцвело у него под манжетой.
– Ты одурела? Эта дрянь убьет меня через минуту!
– Через семь минут, – Шаарти хищно оскалилась, скрестив руки на груди. – Поцелуй меня, и дело с концом. Я тебя не отпущу, Даэр’аэ. Не отдам. Никогда и никому. Ты мой. Только мой. До последнего вздоха.
– Не стану я тебя целовать.
В ее глазах мелькнул испуг:
– Выбираешь смерть?
– Размечталась. У меня есть целых шесть минут.
«Любовь и смерть»… Так называлось это древнее проклятье. Именно из-за него началась первая охота на ведьм. Богатым и родовитым мужчинам не понравилось, что колдуньи, которым хотелось красивой жизни, принуждали их к браку, положив их жизнь на чашу весов.
Лазейку в проклятье нашел герцог Норан Торн. Выбрал смерть и, послав к бесам ведьму, демонстративно поцеловал свою служанку ей назло. Метка обрела пару и уступила место узору брачной клятвы, а к Норану вернулись жизненные силы. Так простолюдинка Лилли Кейн стала герцогиней Торн. А значит… У Сой’ле было время, чтобы добежать до дворца и поцеловать первую встречную. Лучше уж связать свою судьбу с какой-нибудь кухаркой, чем взять в жены предательницу.
Шаарти что-то кричала ему в спину, но он ее не слушал. Бежал, цепляясь рубашкой за ветки кустов и деревьев. Спотыкался о кочки, но бежал. Магии он не чувствовал. Тень его притихла, как и его зверь. Треклятая метка блокировала все потоки. Ноги подкашивались, на лбу выступил ледяной пот, а боль от запястья быстро растекалась по телу… И тут он увидел ее.
Смуглая кожа, белые волосы, а глаза… Чистое золото. Созидательница! Носительница редчайшего дара, который не передавался по наследству. Волею богов такой дар достался Сианне, жене его друга Кайрана, и Сой’ле был уверен, что на данный момент Сиа – единственная созидательница света.
Надо же, как ему повезло. И что только эта девушка забыла в лесу? Вряд ли на праздник во дворце пришла. Ее бы заметили сразу. С такой-то внешностью. Да и наряд неподходящий для выхода в свет. Простое шелковое платье с длинными рукавами и туфли на плоской подошве, которые она несла в руке, ступая по траве босыми ногами.
Сой’ле и секунды не раздумывал:
– Госпожа! Стойте!
Она вздрогнула и перевела на него взгляд. Неужто не слышала, что он по лесу несется, как медведь? Это ж в каких облаках нужно витать, чтобы не заметить хруста веток?
– Стою… Вы в порядке? У вас кровь.
– В порядке? Буду. Если вы позволите мне вас поцеловать. Вопрос жизни и смерти. С вас поцелуй, с меня… Любой каприз. Руки распускать не стану. Даю слово.
Коснуться женщины без ее дозволения Сой’ле никогда бы не посмел.
Девушка растерянно повела плечами:
– Целуйте, раз надо…
ГЛАВА 1. ПРОБУЖДЕНИЕ
Хинтара рассыпалась на искры… Без крыльев боги в этом мире – сущность. Не более. Сущность, которой нужен сосуд.
– Аудиенция окончена, – фыркнула ее сестра, восседая на троне. – Выметайся.
Голову повело… Атхара исчезла. Улетучилась роскошь дворца, и Хинтара провалилась в темноту. В нос ударил запах жженых трав. Крики, ругань, суета. Под головой у нее лежала подушка.
– Мама! Мама! Она дышит! Дышит! Посмотрите!
Девчонка. Мелкая. Темноволосая, сероглазая. C россыпью веснушек на кукольном лице. Едва она открыла глаза, ребенок вцепился ей в плечо, сотрясаясь в рыданиях:
– Мама!
– Тише, тише, Амаль, – рослая женщина в белом халате и косынке, из-под которой торчали густые черные волосы, ловко подхватила девочку на руки. – Тише. Все позади. Идем, я тебя накормлю.
Хинтара приподнялась на локтях и окинула комнату взглядом. Три койки, кровь на полу, бинты… Банки-склянки. У окна стояла румяная упитанная дамочка, размахивая пучком трав, от которых исходил такой аромат, что можно было задохнуться.
– Что происходит? – во рту пересохло, и слова ей давались с трудом. – Где я? Ничего не помню.
– Так в целительской, госпожа. Наш мясник нашел вас в парке, когда выгуливал собак. Головой вы ударились, госпожа. Еле откачали. Сто раз говорила старосте, что эта лестница у фонтана опасна! Такие скользкие ступени!
– А ребенок? Я не помню.