Анна Шварц – Опасное материнство. Семья для сироты (страница 13)
Эмир в этот момент смотрит на меня так пристально и долго, что я начинаю нервничать. Он же ничего не заподозрил? Наверное, не стоило соглашаться на его предложение поехать в частную клинику, потому что платить за все Эмир, и, следовательно, при желании он может узнать, на каком я месяце беременности. А потом сложить дважды два.
Но если такое произойдет — я изо всех сил буду отрицать. Скажу, что изменила своему постоянному мужчине, с которым до этого стремилась завести ребенка. В конце концов, совру, что делала ЭКО — это полностью исключает вероятность беременности от Эмира. После ЭКО, конечно, вряд ли бегут изменять мужьям, да и вообще заниматься любовью, но Эмир — мужчина и мало что понимает в таких вещах.
Пусть он думает про меня плохо, но зато мой ребенок будет в безопасности и не залезет однажды в стиральную машинку.
— Отдыхай. — внезапно произносит он таким же странным, изменившимся тоном. Такое чувство, что в меня плеснули леденящей задумчивостью. Нехороший знак.
— А... Арина? Как она без меня? Ты... — в панике пытаюсь я остановить и отвлечь Эмира, который уже хочет уйти.
— Ею займется Даниил, пока ты лечишься. — даже не замедлившись, бросает Эмир, а после дверь в палату закрывается.
Я нервно пихаю ногти в рот и покусываю. Блин. Может, сбежать, пока не стало слишком поздно?
(Глава от Эмира)
Когда я выхожу на улицу, то вижу Даниила, который качает на качелях Арину, на небольшой детской площадке, принадлежащей клинике. Стоит подойти ближе, как девчонка демонстративно надувает щеки, отворачиваясь.
Ну-ну. Кое-кому следует научиться хотя бы вежливо улыбаться при виде человека, который будет кормить и одевать ее еще лет пятнадцать.
— Как Лия? — вежливо интересуется Даниил. Я, сложив руки на груди, некоторое время испытующе смотрю на него, прежде чем спросить:
— Я тебя просил следить за ее жизнью. Ты мне всю информацию передавал?
— М-м... — тянет он, задумавшись. — Вообще, да. А что? Есть сомнения?
Обычно у меня нет сомнений насчет Даниила. Этот человек умеет незаметно собирать информацию о других, откапывая даже самые тайные факты, и при этом делать вид, что как бы не при делах. Его проявленное актерское мастерство перед Лией я хорошо помню, когда он предлагал узнать все о человеке, о котором и так знал почти все.
Но тут правда есть странности.
— За последние два-три месяца у нее кто-то был?
— Ты про мужчин? Не было. Ну... — он смотрит в небо, продолжая раскачивать качели, а у меня мелькает мысль — замечает ли он, что мелкое исчадие ада уже бледнеет от того, насколько высоко они взлетают. — Слежка-то была не круглосуточной. Если она хотела кого-то скрыть — она могла бы это сделать при желании. Но зачем?
Ну да, зачем? Она была точно не в курсе, что эти годы кто-то собирал о ней информацию, так что вряд ли бы она прятала какого-то мужчину. Что-то не сходится.
— До этого она встречалась с типом, который работал консультантом в бутике. — продолжает Даниил. — Но они расстались.
— Притормози. — говорю ему я, и парень опускает взгляд на меня:
— А?
— Она сейчас слетит. — Киваю на девчонку, и Даниил тут же останавливает качели. Арина с побледневшим лицом спрыгивает с них, пошатываясь, делает пару шагов и ее внезапно тошнит на землю. Судя по всему, с Лией они ужинали рисом с котлетами. — И зачем ты ее так раскачивал? Походу, ее снова придется кормить.
— Ну да. — соглашается Даниил, глядя на все это. После подходит к девчонке, и, похлопав ее по плечу, дает бутылку с водой: — На. Прополощи рот и поиграй в песочнице.
— Я хочу спать. — мрачно произносит мелкое исчадие ада, а Даниил приподнимает брови.
— Ты серьезно? Дети никогда не хотят спать, не ври.
— Но я хочу!
— Тебе кажется. Иди, поиграй, и все пройдет. — советует ей Даниил, а девчонка, насупившись, послушно топает в сторону песочницы.
Потрясающе. Похоже, Даниил умудрился сломать в ней генератор истерик.
— Не хочешь посидеть с ней пару недель вместо Лии? — интересуюсь я, а парень мотает головой.
— Нет. Дети меня не любят, я же говорил.
Удивительно, почему же? Однако, похоже, подход Даниила оказался эффективнее женского подхода Лии. Если она делает все для комфорта ребенка, то Даниил делает все, чтобы ребенок пожалел о том, что вообще подошел к нему и у него осталось бы одно желание — сбежать.
— Так о чем мы? — возвращается он к прежнему разговору. — Хочешь узнать, от кого она беременна?
А от кого реально? Загадка. И что она скрывает? Пока мелкое исчадие ада с шумом ковыряется в песке, я смотрю на полосу света от фонаря, чувствуя какое-то смутное подозрение.
До этого Лия встречалась с каким-то ушлепком, работающим в бутике — и это были последние ее отношения за пару лет. Было ясно, что они не продержатся долго — этот тип был явно нарциссом, тешащим свое самолюбие за счет Лии. Даже вмешиваться не пришлось — и они разошлись.
В итоге, последующие месяцы после расставания она провела одна.
Вряд ли бы за такой короткий срок она нашла кого-то, с кем можно захотеть завести ребенка. Женщины так обычно не поступают. Если, конечно, это не были отношения на одну ночь, закончившиеся внезапным сюрпризом.
— Запроси у Ярика видео с камер наблюдения. — говорю я Даниилу. — Нужен день, когда он праздновал открытие отеля. Пусть пришлет мне куда-нибудь.
— Эм. — произносит Даниил. — Я запрошу. Это когда тебя пыталась споить дочка Михайлова? Или прошлогоднее открытие?
— Нет, в этом году.
— Хочешь ее, все-таки наказать?
— Она уже наказала сама себя, допив мой бокал и переспав с официантом, который ее потом шантажировал. Нет, меня заинтересовало другое. — произношу я. — Ладно, поехали. Все остальное сделаешь по дороге.
— Ну ладно. — пожимает плечом Даниил и мы направляемся в сторону парковки.
На половине пути, нам в спину несется возмущенный детский голос:
— А я-аа-а?!
— А... — Даниил резко тормозит и разворачивается к Арине, которая стоит в песочнице, в комбинезоне, который превратился из розового в оранжево-черный, и с чьей-то лопаткой в руках. — Забыл про нее.
Похоже, придется, все-таки, оставить Лию работать няней. Я и сам забыл про это мелкое исчадие ада.
Мысли были заняты совершенно другим. Если до этого я думал, что та девушка в отеле, которую я сильно смутно помню, странным образом имела голос, как у Лии, то теперь события того дня могут подкинуть мне весьма неожиданный сюрприз.
Лучше бы я, конечно, ошибался. Потому что Лие следует держаться от меня подальше. Ей сильно не повезет.
Глава 19
Эмир
— Хм. — вырывается задумчивое, когда я проматываю видео, которое мне прислал Ярик. Среди гостей нет ни одной девушки, похожей на Лию, да и что бы ей делать на таком мероприятии? Она простая девушка, ее никто туда не пригласит.
Весь персонал — брюнетки, потому что Ярик тащится по таким, и в первую очередь даже на работу нанимает по внешности, а потом уже по профессиональным качествам.
Хотя...
Останавливаю видео на одном моменте. Вот эта девушка, которая в меня врезалась с подносом в руках. На видео я едва успеваю ее поймать, но все равно она заливает мне одежду напитками. Брюнетка, яркий макияж, как и у остальных. Но...
— Значит, вот как произошла наша первая за много лет встреча, Лия. — усмехаюсь я, приближая картинку.
Невысокий рост и черты лица не спрятать макияжем. Но тогда я был разозлен и уже немного не в себе, поэтому сразу ее не узнал. Запускаю видео дальше — Лия извиняется, подбегает администратор, и после я ухожу в номер отеля, чтобы переодеться и немного прийти в себя.
На других видео администратор, видимо, отчитывает Лию, но как-то слабо, что ли. Звука нет, однако, по жестам и выражению их лиц, становится понятно, что они либо подруги, либо старые знакомые. Лия все время трогает темные волосы на голове, словно они приносят дискомфорт. Неудобный парик?
Через какое-то время она отправляется на кухню взять воду и идет к лифту. Значит, это действительно она пришла ко мне тогда в номер?
Я откидываюсь на спинку стула и смотрю в потолок.
...Мы с ней переспали.
Лия девушка хорошая. Не помню, чтобы она хоть когда-нибудь искала отношения на одну ночь. Перед первым встречным ноги раздвигать она явно не станет. Каким тогда образом она оказалась в моей постели? Что я ей предлагал или что делал?
М-да, неожиданно.
Я этого почти не помню. Теперь она беременна от меня — какого вообще черта? Мы не предохранялись?