Анна Шукшина – Чистые (страница 10)

– Я не видела ее после уроков.

– Где же ты была? – удивился Артем. – Все-таки ходила к Матвею?

– Да, ходила! – гордо заявила Ева.

Парни засмеялись.

– И что? Стоило того?

Ева не ожидала такой реакции и немного смутилась.

– Не знаю… Просто это нужно было сделать.

Осмотрев зал, Ева нашла глазами Макса и, сказав друзьям: «Сейчас вернусь», встала из-за стола и пошла к нему.

– Макс, можно тебя на минутку? – окликнула она спокойно обедающего парня.

Он нехотя встал и подошел к ней.

– Я ходила к Матвею. Он сказал, что ты ни разу не заходил к нему, – сказала Ева, приблизившись к уху Макса.

Максим замялся и промямлил: «Что-то не хочется…»

– Как это не хочется? Вы же лучшие друзья? – возмутилась Ева.

– Честно говоря, он меня достал! Хоть отдохну от него немного.

– Если он вылетит со Стерила, будешь отдыхать от него всю оставшуюся жизнь! – все еще не понимала Ева.

– Значит, судьба такая, – пожал плечами Макс, – Не парься, этот крап12 нигде не пропадет! Может, у спарков ему самое место!

– Да что у вас случилось то?

– Как тебе объяснить? – снова замялся Макс. – Мне кажется, у Спарков ему будет даже лучше! У них можно многое из того, что у нас под запретом.

– Что? – не поняла Ева.

– Давай я не буду говорить? Сама догадаешься, хорошо. Нет – тоже хорошо. Можно я поем?

Макс сел обратно за свой стол, а Ева в состоянии недоумения вернулась к своему.

– Что с тобой? – спросил Еву Ярик.

– Ребят, что запрещено у нас и разрешено у Спарков?

Парни засмеялись хором, мгновенно поняв в чем дело, но объяснять подруге не стали.

– Давай ты займешься своими делами и к Максу с Матвеем больше лезть не будешь? – ласково, как ребенка, попросил Ярик.

– Ладно… – с ноткой обиды ответила Ева.

Обед закончили молча. Рита так и не появилась, и не перезвонила на браслет. Ева решила позвонить Лясику и спросить про подругу и сделала это как только большая часть шумных подростков покинула столовую. Клин Елисей нехотя, но все же ответил, что Рита сидит одна в комнате для свиданий номер семь. Туда и отправилась Ева сразу как закончила разговор, запихав два последних кубика еды в рот.

Комната была не заперта. Рита сидела на диванчике и тоскливо смотрела куда-то в космос. Мокрые тропинки слез еще не просохли на щеках. Появление Евы она проигнорировала, не став ни начинать разговор, ни выпроваживать подругу.

– Как ты? – робко спросила Ева, догадавшись что причина слез подруги клин Елисей.

Рита ничего не ответила и только еще одна прозрачная капелька пробежала по ее щеке.

– Что он тебе сказал? – еще раз попыталась начать разговор Ева.

– Что все было ошибкой и что мы не можем быть парой, потому что он учитель, а я ученик! – наконец ответила Рита.

– Подожди, он не хочет с тобой встречаться, или не может по этическим соображениям?

– Какая разница!? – почти выкрикнула Рита, и новая порция слез потекла из обоих глаз.

– Огромная разница! – воодушевилась Ева, – Если не хочет, то все – ничего не поделаешь. А если есть другие проблемы, то наверняка их можно решить!

– Я не зна-а-ю, – сквозь рыдания ответила Рита. – Он сказал мне общаться с ним как раньше, как будто он просто учитель…

Ева обняла подругу, прижала ее к себе и дала прорыдаться, поглаживая ее по голове. Через некоторое время поток слез утих, и можно было выпустить страдалицу из объятий.

– Ладно, посиди еще немного здесь, успокойся, а я попробую тебе помочь… – с серьезным видом сказала Ева и вышла из комнаты.

8.

– Светлана, к вам можно? – спросила Ева, заглянув в кабинет генетики.

Клин Светлана сидела на кресле возле своего стола, но спиной к нему и разговаривала с клином Николаем, который вальяжно развалился на диванчике возле иллюминатора. С появлением в дверях Евы он сгруппировался и сел прямо.

– Я не помешаю? – смущенно переспросила Ева, все еще стоя в дверях.

– Нет, конечно! – ответила Светлана и улыбнулась. – Мы тебе всегда рады! Заходи!

Ева вошла в кабинет и закрыла за собой дверь.

– Мне нужен совет, – начала Ева.

– Помогу, чем смогу, – непринужденно ответила Светлана. – Рассказывай, что случилось.

– Моя подруга Рита влюбилась в нашего учителя, клина Елисея. Ему она тоже не безразлична, вроде, но им нельзя иметь отношения пока он учитель, а она ученик.

– Кто сказал? – вмешался удивленный Николай.

– Клин Елисей так сказал…

– Странно, можно же получить разрешение на отношения у начальника станции и не важно при этом, у кого какой статус, – продолжил Николай. – Может, он просто не хочет?

– Поговори с ним! – придумала Светлана.

– Я? – снова удивился Николай, подняв густые брови аж до середины лба, но, увидев устремленные на него с одинаковым выражением надежды две пары женских глаз, устоять не смог. – Ладно, ждите здесь. Пойду решать вашу проблему.

Нехотя он встал с дивана и вышел из кабинета.

– Пусть поговорят по-мужски. Это наверняка будет эффективнее, чем если бы пошли к Елисею мы с тобой, – поставила точку в теме Светлана. – Как твои дела? Как подготовка к экзаменам?

Ева рассказала ей о своих успехах и о том, как ей помогли материалы для подготовки, которые дала Светлана. Постепенно рассказ перешел от учебы к личным делам. Ева рассказала и о суде над Артемом, и о том, как ходила в изолятор к нему, а потом и к Матвею. И в процессе общения ее осенило спросить старшего клина:

– Светлана, я не поняла, что запрещено у нас и разрешено у спарков?

– Вообще много чего. На Земле жизнь гораздо свободнее, чем у нас. Начиная от свободы перемещений, заканчивая свободой в отношениях. В том числе нетрадиционных.

– Ах, вот оно что! – догадалась Ева. – Значит Матвей из этих, на которых была мода в 21 веке, пока их не стало столько, что пришлось вводить запрет пропаганды на уровне государства? Так написано в учебниках по истории…

– Видимо, да, – согласилась Светлана.

– На других Стерилах это тоже запрещено?

– На Российских да, на Стерилах США да, а на Европейских и Азиатских нет.

– Почему так? – не понимая, задала вопрос Ева.

– Просто потому, что на Земле каждый сам за себя. Народ занят выживанием и всем все равно, чем заняты остальные. А на Стерилах у каждого государства свои исторически сложившиеся правила.

– Почему у нас запрещено?

– Нужна чистота нации, как генетическая, так и психологическая.