Анна Шнайдер – Ты меня бесишь (страница 30)
А он очень хотел есть. И речь была совсем не о еде…
61
Если поначалу Арина была зажата, то потом, самостоятельно приготовив ужин и основательно наевшись, расслабилась. Ещё помогло вино, которое Александр с трудом, но нашёл в холодильнике. Оно было так себе, но Бесов сделал из него глинтвейн — добавил апельсин, специй, мёда и подогрел. Арине понравилось, но главное — под влиянием глинтвейна она стала более смелой, начала немного кокетничать и задавать больше вопросов. Хотя все они в основном касались работы или учёбы, но для девушки, которая ещё час назад выглядела как мышь под веником, и это можно считать достижением.
— Пойдём в гостиную? — предложил Александр, когда заметил, что Арина допила весь глинтвейн, и улыбка девушки из радостной сразу стала слегка панической.
— Уже? — выпалила Мельникова, и Бесов фыркнул. — Ой, то есть…
— Знаешь, сначала я хотел бы немного переварить всё, что мы съели, — Александр показательно похлопал себя по животу. — Поэтому предлагаю пока поиграть… — Он на мгновение замолчал, и Арина приоткрыла рот и чуть округлила глаза. Интересно, о чём подумала? Что Бесов предложит ей поиграть в карты на раздевание? — Скажем, в «Монополию». Умеешь?
— Конечно, — закивала девушка. — А… вы, то есть ты играешь с Аней в «Монополию»?
— Нет, ей всё-таки рановато. Это очень старая игра, её ещё мои родители покупали, — объяснил Александр. — Раритетная. Я в детстве любил в неё с отцом резаться.
— А где твои родители сейчас? — ожидаемо спросила Арина, и Бесов, встав с табуретки, протянул девушке руку.
— Пойдём. Переместимся в гостиную, там и расскажу.
На самом деле тема не слишком подходила для романтического вечера, но не отказываться же от рассказа? Это как-то по-детски.
— Знаешь, вполне возможно, на мой не самый покладистый характер повлияли ещё и родители, — произнёс Александр, роясь в одном из шкафов. Здесь хранились все Анины настольные игры и пазлы. Их было много, а «Монополию» он последний раз доставал, кажется, ещё до развода с Жанной, поэтому игра по закону подлости была в самом углу. — Точнее, не сами родители, а то, что они рано ушли из жизни. Отец работал инженером на вредном производстве, он умер от рака лёгких, когда я заканчивал школу. Ему даже пятидесяти тогда не было. Мама… прожила ещё четыре года. Смерть отца её очень подкосила, у неё постоянно болело сердце, но по врачам она не ходила, хотя я просил. В итоге — инфаркт. Вот так я остался совсем один, наверное как раз в твоём возрасте, и был вынужден пробивать себе дорогу в жизни, ни на кого не надеясь — знал, что помочь мне больше некому. Поэтому я, по-видимому, и жестковат. Но, будь я другим человеком, не факт, что из меня вышел бы толк.
Александр наконец нашёл «Монополию», вытащил её наружу, повернулся к дивану, на котором сидела Арина, — и улыбнулся, заметив, с каким искренним сочувствием она на него смотрит.
— Не переживай, это всё дела давно минувших дней, — сказал он мягко, подошёл и положил игру на журнальный стол перед диваном. — У каждого человека есть подобные воспоминания. У кого-то они появляются раньше, у кого-то позже, но, как говорится, жизнь прожить — не поле перейти.
— Я просто представила, — пробормотала Арина со вздохом. — Папа-то от нас ушёл давно, я уже плоховато помню, как он выглядит. Не уверена даже, что я что-нибудь почувствую, если узнаю о его кончине. А вот мама… Хотя у меня в любом случае есть Вера, а ты был совсем один…
— Не совсем, — покачал головой Александр. — Меня поддерживали друзья и знакомые, очень помог мой дипломный руководитель. По сути, он и поспособствовал тому, чтобы я получше устроился в этой жизни. Понятное дело, что он не стал бы напрягаться, если бы не мои умения, навыки и стремление двигаться дальше, но тем не менее… Ладно, я думаю, хватит об этом. Подожди минутку, Арин, — я уберу обратно всё, что достал из шкафа, а потом начнём игру. Можешь пока правила почитать, освежить в памяти.
— Хорошо, — кивнула девушка, и Бесов вернулся к полкам.
На самом деле он очень давно не был в подобной ситуации. Точнее, Александр в такой ситуации не был никогда — все его, скажем так, партнёрши были женщинами с опытом отношений. Даже в юности как-то так совпадало, что он не был первым мужчиной ни для кого. Поэтому сейчас Александр ощущал лёгкую растерянность, и невольно проскальзывали мыслишки — а может, вообще не стоит тащить Арину в постель сегодня? Ограничиться разговорами и поцелуями. Пусть привыкнет к нему хотя бы немного.
Но с другой стороны — когда ещё удастся организовать свободный вечер, похожий на этот, Бесов не знал. И решил действовать по обстоятельствам.
Вот только обстоятельства, то есть Арина, пока не спешили падать в его объятия. Что вполне объяснимо — у Мельниковой опыта в соблазнении было ещё меньше, чем у Александра.
Так они и сидели рядом во время игры — на одном диване, почти вплотную, периодически бросая друг на друга взволнованные взгляды, но никто не делал первый шаг. Арина явно стеснялась, а Бесов сомневался, что стоит спешить. И сам на себя удивлялся — хотел же именно эту девушку до умопомрачения, но сейчас, когда она сидела рядом, умудрялся заморачиваться на тему всяческих морально-этических принципов.
Это ли не признак влюблённости?
62
В итоге Арина оказалась смелее. И когда стало понятно, что Бесов безнадёжно выигрывает, девушка пересела поближе к нему, прижалась всем телом, а затем положила голову ему на грудь и закрыла глаза.
— Арин? — Александр засмеялся. — Ты собираешься использовать меня вместо подушки?
— Возможно, — ответила Мельникова почти серьёзно. — Но точно не здесь. Я просто хочу послушать твоё сердце.
— Это тебе нужно для диплома? — сыронизировал Бесов. — Чтобы детектор лжи получился достовернее?
— Нет, — улыбнулась Арина, не открывая глаз. — Просто так.
Александр вздохнул и обнял девушку, погладил ладонью длинную тёмную косичку, потом коснулся спины…
— Сердцебиение стало чаще, — шепнула Арина и сама шевельнула рукой, до этого спокойно лежавшей у Бесова на груди. Повела вниз, и вниз, и ещё ниже… — Ого, какое частое…
Александр не выдержал и засмеялся, а потом наклонился и поцеловал тёплые и нежные губы, которые тут же раскрылись и ответили на поцелуй.
Руки Арина подняла, обвив ими его шею, чтобы прижаться теснее, а затем, осмелев, перекинула одну ногу через Александра и села на него верхом, не прерывая поцелуй.
— Ничего себе, — хмыкнул Бесов, на мгновение отрываясь от губ Арины. Посмотрел девушке в глаза — и из-за чувственной поволоки в них и расширившихся зрачков на секунду перехватило дыхание. — Нахалка ты…
— Тебе же нравится? — спросила Арина слегка дрожащим голосом. — Я чувствую, что…
— Нравится. Но ещё немного — и мне настолько понравится, что я перестану соображать. Поэтому… предлагаю поменять место дислокации.
Александр резко встал, держа Арину на руках. Она показалась ему лёгкой, как пушинка, а её смех звенел в его ушах колокольчиком.
— А как же «Монополия»? Мы же не доиграли, Саш…
— Завтра, — прошептал он и понёс Арину в свою комнату. — Или послезавтра. В общем… потом. Сейчас у меня появилось более интересное занятие.
— Я чувствую, — повторила Арина, ласково коснувшись его груди в области сердца.
Кажется, она больше не боялась. Ну или Александр был не в силах выискивать в девушке признаки страха — его куда больше занимали её страсть и нетерпение, а ещё — забавное любопытство, с которым Арина изучала его тело. И восторг в её глазах — особенно когда он снял с себя рубашку и позволил девушке обеими ладонями хорошенько пощупать его пресс. Впрочем, прессом Арина не ограничилась — спустилась и ниже и даже помогла Бесову с джинсами, причём получилось у неё ловчее, чем в прошлый раз.
— Тренировалась? — пошутил Александр, с улыбкой целуя Арину в губы, сладкие и чуть пьяные из-за глинтвейна.
— Учусь на своих ошибках, — хихикнула девушка и настолько сильно скосила глаза, пытаясь рассмотреть то, что находилось ниже его талии, что Бесов рассмеялся. Чуть отстранился, чтобы окончательно избавиться от джинсов, а затем лёг, не прикрываясь. Хотя он понимал, что в полумраке комнаты — свет-то Александр так и не включил — Арина вряд ли хорошо его рассмотрит, но ей хватит и этого.
— Может, мне ночник включить? — усмехнулся он. — А то в темноте исследования проводить неудобно.
Кажется, девушка не услышала. Молчала и смотрела, закусив губу, а потом… протянула к Александру руку.
И стало совсем не до смеха.
63
Удивительное ощущение — когда тебя одновременно разрывает пополам от страха и от страсти. А ведь эти два слова даже похоже начинаются… Но означают вроде бы совсем разное, однако, как выяснилось, дополняющее друг друга. Получался причудливый коктейль, от которого я дрожала, чувствуя, как одновременно учащается и дыхание, и сердцебиение.
И не только у меня. Хотя, я уверена, Саша не боялся так, как я. Волновался — да, может быть. Но нетерпения и желания в нём было гораздо больше.
Да, сейчас, в полумраке незнакомой спальни, мне было гораздо проще называть его Сашей. Ну какой «Александр», тем более — «Александр Андреевич», если в какой-то момент я поняла, что способна только стонать? Протяжно простонать: «Са-а-аша!» — я ещё могла, но ни о каких полных именах речь точно больше не шла.