Анна Шнайдер – Три рецепта для Зоюшки (страница 38)
— Ты всё-таки хочешь на ней жениться, — тяжело вздохнула Алиса и приняла несчастный вид. Глеб мог бы сказать, что пока не знает, но промолчал, не представляя, как племянница отреагирует на подобное заявление. Вдруг учудит потом что-то эдакое, из-за чего он не то что больше не захочет жениться на Альбине, а попросту не сможет этого сделать? Всё же Глеб предпочёл бы сам разобраться со своими чувствами и желаниями, без помощи Алисы или кого-то ещё.
Поэтому он промолчал. Только уточнил:
— В общем, никаких бассейнов. И в целом… постарайся не надоедать Зое. Помни, что у неё есть рабочий день, а после его окончания она должна отдыхать, а не составлять тебе компанию.
— Но ты же составляешь мне компанию после своего рабочего дня…
— Я твой дядя. А Зоя просто повар в нашем доме, не родственница. Понимаешь?
Алиса кивнула, но, судя по недовольному лицу, была категорически не согласна с подобным утверждением.
70
А следующий день начался с большого переполоха, потому что около одиннадцати часов в кабинет Глеба ворвалась взволнованная Алиса и заявила, что её крыса куда-то исчезла из клетки. Шмыгала носом, тёрла красные глаза и бурчала: «Это всё Альбина, я уверена, это она спрятала где-то мою Фису!»
У Глеба было запланировано важное совещание на полдень, но его пришлось отменить, так как все жители особняка (кроме Зои, которая занималась обедом) искали крысу. Пока слуги переворачивали дом, Глеб вместе с Алисой отправился к охранникам — смотреть записи с камер. Впрочем, они не дали ему решительно ничего, так как из комнаты Алисы никто, кроме неё самой, утром не выходил. У Глеба был вариант, что крыса убежала самостоятельно, но… ничего подобного на записях тоже видно не было.
— А когда ты видела Фису в последний раз? — уточнил он у Алисы, и она задумалась.
— Кажется, вчера вечером, перед сном…
Пересмотрели записи за вчерашний день, в том числе и за вечер, — нет, ничего подозрительного. Выходили из комнаты Алисы только она сама и Глеб, ну и горничная Тамара. Альбина один раз проходила мимо по коридору, но внутрь не заходила и крысу явно не трогала.
Озадаченный Глеб, отпустив расстроенную племянницу, вместо того чтобы идти в свой кабинет и всё же пытаться работать, сам не заметил, как добрёл до кухни, где вовсю кашеварила Зоя.
— Ну что, нашли? — поинтересовалась девушка, не отвлекаясь от плиты, на которой что-то аппетитно скворчало. — Ник забегал, сказал, что Алиса свою крысу потеряла.
Глеб подошёл к столу, сел на стул и, глядя на то, как Зоя быстро и споро двигается, перемещаясь между кухонными шкафчиками, плитой и духовкой, принялся рассказывать. О том, как Николай и горничные осмотрели весь дом, и о записях с камер, на которых не было решительно ничего подозрительного… и о собственных горьких мыслях, что Фиса, возможно, никуда и не убегала, а просто умерла где-то в комнате Алисы. Но как ей об этом сказать?
— Меня психолог предупреждала, что с крысой потом могут быть проблемы. Её купил Олег прошлым летом, она вроде как должна ещё пожить, но… недолго. Алисе сейчас вредно терять тех, кого она любит, даже если это всего лишь крыса. Вот, думаю, может, съездить в Москву, в зоомагазин, купить другую белую крысу? Потом скажем, что нашли Фису.
— Ага, но только она память потеряла. Иначе как объяснить, что эта самая найденная Фиса перестала откликаться на команды? Она же у Алисы дрессированная.
Глеб поморщился и потёр лоб. От усталости и досады разболелась голова.
— Вообще Алиса до сих пор верит в Деда Мороза. Может, и в потерю памяти у Фисы поверит?
— Вряд ли. — Зоя отошла от плиты, полезла в холодильник и спросила уже из его недр: — А в её комнате вы смотрели?
— В чьей? — не понял Глеб.
— В комнате Алисы.
— Ну, так. Поверхностно. Что в клетке нет, посмотрел. И под диваном поглядел, подумал… вдруг она там померла? Но пусто.
— Посмотрите лучше. Обыщите прям хорошенько.
— Зачем? Чтобы труп найти?
— Нет, — Зоя выпрямилась, держа в руках пучок свежей зелени, — чтобы найти вполне себе живую Фису, которую Алиса где-то заныкала, чтобы обвинить в краже Альбину.
Глеб в это мгновение ощутил себя старым и ржавым часовым механизмом, который старательно пытаются завести, просунув в отверстие для замка смазанный маслом ключ.
— Обвинить в краже Альбину?.. — повторил он в шоке, и Зоя кивнула.
— Вполне. Не факт, конечно, так что я заранее извиняюсь за плохие мысли, но… Алиса — манипулятор. Плюс — хотя, скорее, минус — она любит, чтобы всё было по её. Сейчас она заинтересована в том, чтобы вы не женились, и будет добиваться этого всеми возможными средствами. Припрятать на пару дней Фису, чтобы вы успели поссориться с Альбиной, а потом вдруг чудесным образом найти свою крысу — как раз возможный способ. И фиг вы что докажете, впрочем, как и Альбина.
— Но камеры…
— А что камеры? Ну вот посмотрели вы записи — и где результат? Никто не выходил, ничего не выносил. Может, сбой в системе? В общем, никаких выводов вы ожидаемо не сделали, правильно?
— Угу… — пробормотал Глеб и задумался.
Мерзко, но… Зоя была права, хотя он всё же надеялся, что она ошибается. Но зная характер Алисы… Ещё и Альбина усугубила ситуацию в воскресенье, сказав про школу за границей. И он сам — это было глупо отрицать — повлиял на настроение Алисы, когда отказал ей в том, чтобы взять Зою в бассейн. Вот племянница и решилась на кардинальные меры…
— И как её наказывать, если это окажется правдой?.. — пробормотал он себе под нос, но Зоя услышала.
— То, что вы обнаружите обман, уже станет для Алисы наказанием, поверьте. А ещё… запретите ей общаться со мной. И каша каждое утро пусть будет вместо утверждённого меню.
— Зоя, — Глеб улыбнулся и покачал головой, хотя весело ему на самом деле не было, — вы, оказывается, жестоки.
— Я справедлива. Простите, Глеб… мне тоже не очень нравится ваша невеста, но… подобные подлые поступки не стоит поощрять.
— Она мне не невеста, — зачем-то выпалил Глеб и, поморщившись от собственного признания, поспешил сбежать из кухни.
71
Зоя, к сожалению, оказалась права.
Фиса в запасной маленькой клетке обнаружилась в Алисиной гардеробной. Крыса мирно спала, не ведая, какие страсти-мордасти творятся вокруг её хвостатой личности. А её хозяйка…
Алиса, когда Глеб заявился к ней в комнату и начал решительно обыскивать шкафы, вся побледнела. Но, к её чести, остановить не пыталась, даже когда он полез в гардеробную. И когда обнаружил Фису, стояла рядом, то краснея, то вновь бледнея до синевы, и смотрела на Глеба несчастным-пренесчастным взглядом.
— Ну и чего ты добивалась? — вздохнул он, испытывая такую жуткую усталость, будто до этого полдня разгружал вагоны. — Чего ты хотела? Чтобы я поссорился с Альбиной? Верно?
Глаза девочки заполнились слезами, но на этот раз Глеб не впечатлился. Наверное, был слишком разочарован, чтобы сочувствовать.
— Плачь не плачь, а ты совершила плохой поступок, Лис. Сама же понимаешь, да?
Племянница быстро-быстро закивала.
— Значит, поймёшь и остальное, что я скажу. В качестве наказания ты у меня лишаешься сладкого на две недели. Кроме того, до следующего понедельника не будешь общаться с Зоей. Я её предупрежу, и, если ты сама придёшь к ней на кухню, Зоя тебя прогонит.
— Но, дядь Глеб…
— Никаких «но», Лис. Это и так слабенькое наказание. Придётся потерпеть. И заметь — я не прошу тебя извиняться перед Альбиной, а мог бы. Потому что я, слава богу, не успел ей ничего рассказать. И будет лучше, если она об этой ситуации не узнает, только расстроится.
Алиса поджала губы и шмыгнула носом. Она вновь принимала воинственный вид, и Глебу это не нравилось. Поэтому он решил добавить терапевтического эффекта и сказал:
— Между прочим, обыскать твою комнату посоветовала мне именно Зоя.
— Зоя? — На лице Алисы отразился почти священный ужас. Ну конечно, выставлять себя в подобном свете перед любимой подружкой ей вовсе не хотелось!
— Именно. Понимаешь, наши поступки чаще всего задевают не только тех, на кого они направлены, то бишь твоя выходка задела не только Альбину. Николай, Тамара, Саша, Света и Генриетта Максимовна всё утро, вместо того чтобы работать, искали Фису. Даже Дмитрий рыскал по саду. У меня было запланировано совещание, которое пришлось отменить. Зоя никого не искала, но переживала. А теперь… ну, не знаю, что она станет думать о тебе теперь, выяснив, что её версия подтвердилась.
Алиса горестно молчала, но глаза её были грустными и на мокром месте. И Глебу тяжело было выдерживать строгий тон с такой Алисой… поэтому он постарался как можно скорее уйти.
Она и так из него верёвки вьёт. Сколько можно-то?
72
История с крысой очень меня расстроила. Не то чтобы я совсем не ожидала ничего подобного от Алисы… Но в этом и суть: ожидала — но надеялась, что на откровенные пакости она не решится. Одно дело — придумывать обидные прозвища в стиле «Альбина — корзина», но совсем другое — пытаться оболгать невиновного человека. Нравится он тебе или не нравится — дело даже не десятое. Глебу, если он хочет, чтобы из Алисы не выросла законченная эгоистка, придётся постараться… И — да, Альбина ему в этом не помощник. Конечно, это не причина отказываться от свадьбы с ней, всего лишь факт. И — нет, я не ревную! Если только совсем немного. Просто… я-то сама, можно сказать, была на месте Алисы. И если бы мой отец женился не на Ларисе, а на женщине мягче и добрее, которая действительно смогла бы заменить мне маму… Ладно, не заменить, но хотя бы любила меня — я бы вспоминала собственное детство с большей теплотой. И была бы более счастливым человеком, а не рабочей лошадкой, которая давно смирилась, что её предназначение — пахать, пахать и ещё раз пахать. Разумеется, Алису ничего подобного не ждёт. Но вряд ли это к лучшему — и для неё, и для окружающих. Если она уже сейчас не способна осознать, сколько боли может принести её подлость — даже не Альбине, а Глебу! — что же будет дальше?