Анна Шнайдер – Слишком красивая (страница 9)

Помогла сестра, заявив:

— Не пойду учиться! Как я оставлю Алису? Вот придёт в себя — тогда ладно, а пока буду рядом с ней.

Я пришла в ужас, поняв, что своими страдашками могу сломать Диане жизнь, и буквально вытащила себя за волосы из болота депрессии. Потом сестра уехала в Англию, а мама забеременела — и у меня вновь появился смысл жизни.

Да, после Дениса я не хотела никаких отношений. А если кто и пытался познакомиться — отшивала. Но пытались редко, я ведь никуда и не ходила, кроме работы. Максимум — встречи с подругами, но все они были глубоко замужними дамами, поэтому никаких гулек мы не устраивали.

И вот… Эдуард своим прекрасным внешним видом — слишком красивым, как у Дианы, — напомнил мне, что я вообще-то ещё не старая женщина. И захотелось вдруг вновь влюбиться, начать встречаться…

«Ага, чтобы вновь получить от судьбы по морде», — подумала я, вспомнив Дениса, и скептически улыбнулась.

Глупости это всё, Алиса. И гормоны. Два «г», короче говоря. И если ты, не дай бог, позволишь себе влюбиться в Эдуарда — получится третье «г», гораздо масштабнее и вонючее предыдущих.

Ещё бы Диана его разлюбила… Тогда бы моей радости не было предела.

Но сестра, увы, пока не собиралась выходить из своего режима Золушки и старательно примеряла хрустальные туфельки.

Глава 17. Алиса

Конечно, Диана позвонила вечером, как раз перед сном — я уже залезла в постель и лениво листала то новости, то ленту в соцсети, то пыталась почитать книжку, но ни на чём не могла сосредоточиться. Эдуард своей бешеной харизмой выбил меня из колеи, зараза такая.

Ева уже спала, поэтому звонок у меня был отключён. И когда я увидела, что звонит Диана, впервые в жизни захотела не брать трубку. И тут же застыдилась: Алиса, ну ты совсем, да? Сестра звонит, хочет поговорить, а ты из-за какого-то мужика, благодаря которому кипит твой разум возмущённый, малодушничаешь и медлишь, глядя на экран телефона.

Я давно поняла, что нельзя позволять посторонним людям ссорить нас с сестрой. За все предыдущие годы на моём пути постоянно попадались личности, которые пытались настроить меня против Дианы. Говорили разное. Кто-то ограничивался банальным: «Ты бы с ней поменьше общалась, она же специально ведёт себя так, чтобы вы превращались в карикатурных красавицу и дурнушку». Другие были более изобретательны и выдумывали такую клевету, от которой у меня вяли уши и слезились глаза. Например, один из друзей Дениса после нашего с ним расставания делал нехорошие намёки, что к этому приложила руку Диана. Ничего конкретного не говорил, но намекал вполне определённо, и я его быстро послала в голубые дали. Фантазёр.

Поэтому важно не дать Эдуарду повлиять на наши отношения с сестрой. Выйдет она за него замуж или не выйдет (скорее второе) — мы с Дианой всегда будем сёстрами, самыми близкими людьми на всём белом свете.

— Ну что, Эд вроде доволен, — сказала Диана, когда я сняла трубку. — Несмотря на то, что всё прошло совсем не так, как я рассчитывала, ему тем не менее зашло.

— Я не сомневалась. Ты же знаешь, мама прекрасно готовит. Её оливье достоин «звезды Мишлен»!

— Бесспорно, но дело не только в этом, — засмеялась сестра. — Знаешь, мне кажется, что Эду не хватает искреннего дружеского общения. А ты перед ним не выпендривалась, не лебезила, вот он и оценил.

— Ладно, я рада, — хмыкнула я. — Но всё-таки погоди пока выбирать свадебное платье.

— О, нет, — сестра фыркнула. Ну хорошо хоть капля разумности в ней осталась. — Я понимаю, что нахожусь лишь в начале пути. И я не хочу на него давить… Мне кажется, если Эд поймёт, о чём я мечтаю, бросит меня. Найдёт себе другую.

Мне так не «казалось» — я вполне понимала, что так и будет. Рано или поздно бросит. И лучше бы Диана сама прекратила мечтать о «журавле в небе», но…

— Я утешаю себя тем, что Эдуард — это твой первый абсурдно-идиотический поступок, — проворчала я, и Диана засмеялась, не обидевшись. — Жила-была умница и красавица, и всегда она поступала разумно и правильно, но потом ей попался на глаза прекрасный принц, красавица влюбилась и начала творить дичь. Захотела сложить из трёх букв слово «вечность» и так далее…

— Аха-ха, — расхохоталась Диана, но негромко, приглушённо, и меня осенило.

— А ты с Эдуардом живёшь, получается?

— Ну… — Сестра замялась. — Не всегда, но часто. Понимаешь, он сам решает всё. Куда мы сегодня пойдём, останусь я у него дома или нет. Если я мешаю, он говорит об этом, и я ухожу.

— Диктатор.

— Да, он во многом очень жёсткий, — Диана ещё сильнее понизила голос. — И переубедить его в чём-то сложно. Но я верю, что возможно. И раз он, поняв, что я влюбилась и хочу выйти за него замуж, не выгнал меня сразу, значит, шанс есть.

Ну, своя логика в подобном рассуждении была.

Может, и правда всё у Дианы получится? А я просто слишком цинична. Собственно, как тот же Эдуард, только женщина.

— И что ты будешь делать теперь, Ди?

— Пока ничего. Подожду. Я же не могу таскать его к вам в гости каждые выходные, — хмыкнула сестра. — Да и излишне навязываться тоже не стоит. Буду действовать аккуратно.

— Удачи тебе, — пожелала я искренне, мы попрощались и положили трубки.

Я вздохнула и перевернулась на другой бок, покосившись на спящую напротив Еву.

Да… Если для Золушки сказка ещё может закончиться хэппи-эндом, то для её сестёр — однозначно нет.

Глава 18. Эдуард

«Захотела сложить из трёх букв слово «вечность»».

Услышав эту фразу, Эдуард не удержался от ухмылки. Да, он позволил себе подслушать разговор Дианы с сестрой, хоть раньше никогда этого и не делал — но раньше ему и не было настолько любопытно.

Любопытство… Он давным-давно не ощущал его по отношению к какой-либо женщине. Почему? Да потому что все представительницы прекрасного пола были Эдуарду предельно понятны. Что там можно увидеть или услышать нового? Анатомически все практически одинаковы, мысли и желания тоже сходятся. Даже его младшая сестра, которую Эдуард безмерно любил, точно так же, как другие девушки, до дрожи любила драгоценности, шикарную жизнь и обеспеченных мужчин. Точно так же хотела детей и не особенно хотела работать. Нет, конечно, бездельницей она не была, но Эдуард отлично знал: любая женщина предпочтёт семью карьере. А как же карьеристки? Разумеется, существуют и такие представительницы прекрасного пола, но чаще всего карьеристками становятся женщины, у которых не складывается личная жизнь. Нужно куда-то девать накопленную энергию, вот и строят из себя бизнесвумен. Но копни поглубже, и окажется, что собственной жизнью такая дама совершенно не удовлетворена и, если бы было можно немедленно выйти замуж за прекрасного принца с покладистым характером и быстро родить, она сделала бы это с удовольствием.

Однако Алиса несколько выбивалась из представлений Эдуарда о женщинах. Интересно всё-таки — специально? Может, это действительно спектакль? Вдруг она хороший психолог и просчитала его личность на раз-два, вот и решила разыгрывать из себя… кого?

Эдуард даже не мог подобрать подходящее для Алисы слово. Для Дианы мог — она была стрекозой. Несомненно, прекрасной, и в чём-то даже хрупкой, но тем не менее безжалостной хищницей, которая способна сожрать добычу в полёте, не испытывая при этом ни малейших сомнений или угрызений совести.

А Алиса? Кто она? Действительно ли она — невинный мотылёк, невзрачная бабочка, которая просто не разглядела хищную стрекозу в своей младшей сестре? Или Алиса — искусная и хитрая паучиха, способная выплетать паутину любой сложности? И дурить голову родственникам, в том числе Диане, которая всегда отзывалась о ней с лёгкой небрежностью. Как о милой, но старой и слегка нелепой вещице, которую любишь, но стесняешься демонстрировать окружающим.

— Ты сегодня такой задумчивый, — проворковала вернувшаяся из ванной Диана, ложась рядом с Эдуардом. Он был с ней согласен — и правда задумался. Смотрел в большое панорамное окно на вечерний город и не мог выбросить из головы Алису, её слова и поведение. Да и внешность тоже.

Забавная девушка — чуть смуглая, кареглазая, с тёмными волосами, убранными в тугой пучок на затылке, из-за чего оказывались видны её забавные лопоухие уши. Глядя на эти уши, Эдуарду хотелось улыбаться. И совсем не верилось, что эта похожая на юркую обезьянку девушка способна на подлости.

Диана была совсем другой. Рядом с Алисой она смотрелась изящной фарфоровой статуэткой, а её сестра была поделкой из простой красной глины, даже не раскрашенной. Однако, по иронии судьбы, Эдуарду всегда гораздо сильнее нравились именно такие несовершенные изделия.

— Устал за неделю, — коротко обронил мужчина. Открыл глаза и окинул быстрым взглядом прекрасную фигуру Дианы. Она всегда носила кружевные пеньюары на голое тело, как он просил, и в ярко-алом облачении смотрелась просто шикарно. Тонкая ткань почти ничего не скрывала, и Эдуард мог отлично рассмотреть и розовые вершинки идеальной груди, и плоский живот, и то, что ниже. А ниже у Дианы всё было очень соблазнительно — нежно и, разумеется, совсем без волос. Она всегда ухаживала за собой, и на её теле нельзя было найти ни одного лишнего волоска. Идеальная во всех отношениях, своей ангельской внешностью она напоминала Эдуарду Грейс Келли.

— Хочешь, помогу тебе расслабиться? — мурлыкнула Диана, погладив Эдуарда по паху.