Анна Шнайдер – Слишком хорошая (страница 4)
— Главное, что Эдуарда всё устраивает, — буркнул Макс, останавливаясь перед дверью в отдел по работе с селлерами. Когда-то он привёл Диану на работу именно сюда — здесь она и оставалась, постепенно делая успехи, но до серьёзного повышения ещё не доросла. — Я пошёл, Диан. Удачного дня.
— И тебе, — улыбнулась она идеальными губами, на мгновение прижалась к нему — гибкая и соблазнительная, ну просто конфетка, а не девочка, — и Макс привычно погладил её по талии, не почувствовав к Диане ровным счётом ничего.
Впрочем, он почти ни к кому из своих партнёрш толком ничего не чувствовал. Лёгкая симпатия, сильное влечение, если девушка была приятна, но не больше. В отсутствие партнёрши Карелин не страдал, не скучал, не стремился поскорее увидеться. И уж конечно, ни одна из его девушек — ни нынешних, ни прошлых — не отравляла Максу кровь, как Наташа, которую хотелось одновременно и поцеловать, и придушить. За то, что умудряется перевернуть с ног на голову всю его налаженную жизнь, поставить под сомнение давно сложившееся мировоззрение, вызвать горькую тоску, которую Карелин давно научился заталкивать поглубже в подсознание.
Отправив Диану в отдел, Макс пошёл дальше по коридору, к своему кабинету. Вообще-то, его офис, как офис Эдуарда, находился в так называемом опенспейсе — в их компании был офис открытого типа, когда все сотрудники сидят в одном большом помещении. И двери в отделы из коридора были весьма условными, поскольку дальнейшее пространство было единым для всех, и найти отдел, в котором сидела Диана, можно было и просто пройдя насквозь, минуя столы других сотрудников. Отделена от остального пространства была лишь дирекция — вотчина Карелина. Там располагались три переговорные, одна большая и две поменьше, приёмная с парой секретарей, кабинет Макса и остальных директоров, а ещё небольшая комната отдыха, где можно было пообедать.
Карелин, как человек, родившийся в самом низу социальной лестницы, и карьеру свою начинал с низов. По образованию он был программистом, и как только закончил вуз, тут же устроился в крупную компанию, где занимался разработкой внутреннего программного обеспечения для оптимизации работы сотрудников. Оттуда перешёл в другое место, где программное обеспечение нужно было делать уже не для внутреннего пользования, а затем оказался в подчинении у отца Эдуарда — Арама Акопяна, который в то время решил организовать сеть онлайн-магазинов по доставке различной техники, и ему нужен был человек для разработки всей системы «от производителя до клиента». Макс, к тому времени не только поднаторевший в разработке, но и прошедший кучу курсов повышения квалификации по менеджменту, раскрутил этот онлайн-магазин так, что его название было на слуху у каждого жителя России. Однако…
— Прогорим мы скоро, — сказал однажды Акопян-старший. — Чувствую, что прогорим. Времена меняются, значит, мы тоже должны меняться. Но я для изменений слишком стар, поэтому теперь магазином будет заниматься Эдуард.
Поначалу переходить от старшего Акопяна к младшему оказалось тем ещё стрессом — Эдуард, только начинавший свой путь управленца, в особенностях работы онлайн-магазина понимал мало, приходилось объяснять. И однажды Макс даже психанул, заявил, что увольняется, после чего получил от Акопяна-старшего интересное предложение: передать Карелину небольшой процент акций тех компаний, которые будут работать на системах, разработанных Максом, чтобы он мог получать не только зарплату, но ещё и дивиденды.
С того дня Карелин из просто обеспеченного и очень талантливого программиста-разработчика на службе у одного из богатейших людей страны стал акционером и сам, а благодаря усилиям Макса, онлайн-магазин по продаже и доставке техники превратился в полноценный маркетплейс — и доходы его сильно выросли.
А с Эдуардом Карелин со временем подружился.
9
Обычно работа здорово отвлекала от лишних мыслей, тем более что на дворе стоял декабрь — а в конце года дел всегда много. Однако сегодня все словно затаились и не спешили заваливать Наташу заданиями. Эдуард Арамович только ещё накануне прислал пару писем, которые следовало перенаправить организациям, которым они предназначались, но больше ничего от начальства не было. Конечно, текучки тоже хватало, но Касаткина привыкла работать быстро и через пару часов всё разгребла. А шеф на работе всё не появлялся…
Сделав себе любимый кофе без сахара, но со сливками, Наташа села на всякий случай просматривать расписание начальства на неделю, хотя уже делала это в самом начале рабочего дня, как обычно бывало по понедельникам. Убедилась, что раньше двух часов Эдуарду Арамовичу в офисе делать особо нечего, а вот в два у него должно быть совещание с Карелиным и его непосредственными подчинёнными из «Неона» — так назывался маркетплейс, которым руководил Карелин. Генеральным директором числился Акопян-младший, а Максим — директором по развитию, но на деле рулил всем именно он, если получал одобрение от Эдуарда, разумеется. А он его обычно получал.
Да, Карелин…
Поняв, что вновь думает о нём, Наташа поморщилась. А как иначе, если большая часть работы, которая проходила через её руки, относилась именно к «Неону»? Эдуард Арамович подписывал кучу документов каждую неделю, и стремительно развивающийся благодаря Карелину «Неон» постоянно был на повестке дня. Максим приходил в офис к Акопяну-младшему минимум два раза в неделю — то на общее совещание, то на частную встречу, — и видела Наташа Карелина регулярно. Пожалуй, чаще, чем остальных директоров. Всё-таки Эдуард был держателем основного процента акций не только маркетплейса, но ещё множества различных организаций, среди которых наибольшую прибыль ему приносили банк «Новатор» и маркетплейс «Неон» — это Наташа знала точно.
И никуда от Карелина и его постоянного присутствия в собственной жизни и в рабочем дне Эдуарда Арамовича было не деться. Иногда Наташе казалось, что она смирилась, но сегодня что-то пошло не так — и резко захотелось как-то изменить своё положение. Только вот как? Увольняться? Нет, ни за что. Она слишком привыкла к прекрасной зарплате, которую платил ей за все старания Акопян-младший. Благодаря этой зарплате у Димы и Егора было всё, что она хотела, — платные кружки, крутые телефоны, поездки на море и за рубеж, отличные репетиторы. Дима в результате поступил на физико-математический факультет. Егору поступать пока было не нужно, но учился он на «отлично», правда, больше тяготел к гуманитарным наукам. Но пусть поступает куда хочет — главное, чтобы нравилось.
Где бы были её сыновья, если бы не финансовые возможности, которые давала Наташе эта работа? Неизвестно, но точно не там, где сейчас, — не смогла бы она оплачивать все их хотелки и компенсировать полное отсутствие отца, если бы не Эдуард Арамович.
Так что изменить ничего нельзя. Как там говорят? Если не можешь изменить ситуацию, измени своё отношение к ней — кажется, так. Вот только Наташа одиннадцать лет пыталась изменить своё отношение к Карелину и перестать думать о нём — и ни черта не получалось. Может, найти какую-нибудь современную ведьму, пусть даст ей отворотное зелье? А что, было бы отлично. Выпил микстурки от любви — и нет проблем!
Но пока микстурки не было ни рядом с Наташей, ни на горизонте — и она обречённо погрузилась в воспоминания о том, как познакомилась с Карелиным много лет назад.
10
Она помнила всё, будто это случилось вчера. Яркий летний день, солнце, льющееся в окно, как вода в кувшин, заполнявшее глаза почти до боли — так, что хотелось зажмуриться.
И мужчина, от внешнего вида которого у неё перехватило дыхание и стало сладко в сердце.
Да, красивый. Очень. Но дело было не только в этом — Эдуард ведь тоже был привлекательным, — но и в каком-то удивительном обаянии, которое из её нового знакомого буквально лилось. Почти как солнечный свет в комнату, не встречая сопротивления и никого не жалея.
— Познакомьтесь, Наташа, — сказал Эдуард Арамович и кивнул в сторону сидевшего на стуле возле его рабочего стола мужчины. — Максим Карелин. Директор по развитию нашего «Неона». Думаю, вы будете видеть его особенно часто.
— Приятно познакомиться, — ответила она вежливо, стараясь не очень таращиться на улыбающегося Карелина. Темноволосый и гладковыбритый мужчина с характерной ямочкой на подбородке и удивительными зелёными глазами — такого цвета глаз Наташа не видела ни до, ни после, — он показался ей похожим на голливудского актёра. Только не из слащавых новичков, а из классических красавцев прошлого, от которых захватывает дух у любой женщины.
— Можно просто Макс, — произнёс мужчина, сверкая идеально ровными и белыми зубами. — И на «ты», конечно. Я не того полёта птица, чтобы мне выкать.
— Не скромничай, — усмехнулся Эдуард. — Полёт у тебя в жизни был ого-го, куда выше, чем у меня.
Позже Наташа узнала, о чём тогда говорил Эдуард, поскольку Максим рассказал ей историю своей жизни. Вкратце, ни на чём не акцентируя внимания и не кичась достижениями, но она и без акцентов поняла: то, что он выбился в люди, и не просто в люди — то, что смог стать настолько высокооплачиваемым специалистом, — исключительно его заслуга. Эдуард Арамович говорил об этом так: