Анна Шнайдер – След паука. Часть первая (СИ) (страница 72)

Молчание.

– Что?..

– Не оттолкну. Обещаю. Что бы ни сделал.

Спина под её рукой дрогнула.

– А если поцелую?

– Тоже.

Риан обернулся, и Тайра ощутила, как от его взгляда вспыхнули жаром губы. Он медленно взял её лицо в ладони, провёл пальцем по подбородку, погладил щёки и спросил:

– Можно?

– Да, – ответила Тайра, стараясь не показывать, насколько сомневается, и сама положила ладони Риану на плечи. – Можно.

Лёгкое, почти невесомое прикосновение к губам – как касание мотылька, пролетевшего мимо. Вздох. Ещё одно прикосновение – чуть дольше, чуть отчаяннее, и руки, переместившиеся с щёк на талию и сжавшие её.

– Тай…

Голос был умоляющим: только не оттолкни, только не говори, что не хочешь, только не сейчас, пожалуйста!

– Да, – шепнула Тайра ещё раз, а в следующее мгновение Риан сорвался, поцеловав её так крепко, будто желал коснуться дыханием души.

Но продолжалось это недолго, не дольше десяти секунд. А затем он опустился на колени, прижался лбом к животу девушки и, выдохнув «спасибо», взял Тайру на руки и отнёс в её комнату. Она не успела даже испугаться, когда Риан, поставив её на пол, быстро коснулся губами щеки и сразу же вышел, закрыв за собой дверь.

***

Новая рабочая неделя началась у Гектора с хорошей новости – Кристоф Дан нашёл шамана, обучавшего Моргана Рида. Старик обитал на севере и занимался тем же, что и в Грааге – разводил цветы. Благодаря этому Кристоф его и нашёл, иначе оказалось невозможно – никакие документы шаман не оформлял, за медицинской помощью не обращался, а лицензию на торговую деятельность получала его дочь.

Теперь нужно было найти время, чтобы навестить этого человека, но пока Гектору пришлось отложить визит на потом. Сегодня вечером он должен был наведаться к Элен Льер, и перед этой встречей ещё следовало завершить кое-какие дела.

Когда Дайд с утра пораньше вошёл в камеру Арвена Асириуса, мужчина сидел на койке и читал один из последних вышедших приключенческих романов. Это было маленькое послабление арестованному за сотрудничество со следствием.

– Доброе утро, – произнёс Гектор, и Асириус тут же вскочил на ноги. – Сидите-сидите, я на пять минут. Так, кое-что уточнить.

– Я вроде всё вам рассказал, – пробормотал Арвен, осторожно опускаясь обратно на койку.

– Рассказать абсолютно всё невозможно, всегда что-то забудется, а что-то и вовсе… заблудится, – хмыкнул Гектор с иронией. – Такова человеческая природа: не могут люди без утайки. Сигару будете?

Асириус кивнул, глядя на дознавателя с опаской. Дайд достал портсигар, зажёг одну сигару, протянул её арестованному, а затем закурил сам. Курить не хотелось, но созданному образу нужно было соответствовать.

– Любовь – загадочное чувство, – продолжил Гектор, выпустив изо рта серый дым. – Мне всегда было интересно, почему это чувство может быть безответным. Странно – один любит, другой нет. Как думаете, почему?

Арвен, нервно зачастив с затяжками, пожал плечами.

– Понятия не имею.

– Вот и я не имею. А хотелось бы иметь. Тогда всё было бы гораздо проще, особенно с расследованием всяких преступлений. Вот смотрите, какая загадка у меня тут нарисовалась. Дано: молодая провинциальная актриса, талантливая и красивая, но таких талантливых и красивых много. И аристократ, не так, чтобы совсем молодой, но не старый, обеспеченный, женатый, но жену свою не любящий. Приезжает этот аристократ как-то в город, где живёт наша актриса, видит с ней спектакль, сначала очаровывается, затем влюбляется. И поскольку девушка мечтает играть в Императорском театре, совершает ради неё небольшую незаконную малость – убеждает родовой магией директора театра принять на работу объект его любви. То есть, ради возлюбленной наш аристократ нарушает закон. Значит, он свою актрису любит. А теперь вопрос. Любит ли она его?

– Вы уже спрашивали что-то подобное, – процедил Асириус, зло стряхивая пепел на пол. – И я отвечал.

– Было дело, – кивнул Гектор благосклонно. – Но сейчас мне не требуется ваш ответ. Вы, Арвен, лицо заинтересованное. Так что я собираюсь оперировать только фактами. А факты – вещь упрямая. Итак, актриса переехала в столицу, под бок к аристократу. Играла в спектаклях лучшие роли, наслаждалась огромным количеством поклонников и вообще вела праздную жизнь. И продолжалось это до Дня Альганны и гибели Аарона – именно тогда второй волне заговора пришлось выходить из тени, кроме того, с вас всех слетела печать молчания принца. Без печати молчания гораздо тяжелее сохранять это самое молчание, особенно с любовницей.

– Я ничего не говорил Элен, – возразил Арвен упрямо. – Зачем? Она не аристократка.

– Получается, жениться на ней вы не хотели?

– Я не хочу, чтобы у нас пропала родовая магия, – ответил Асириус спесиво. – Неужели это так сложно понять? Любовь любовью, но кровь и род – это неприкосновенно. Зачем император вообще полез в эти божественные начала? Маги с печатью благословления богов не должны жениться на тех, кто благословлением не отмечен!

«Типичные рассуждения аристократа до мозга костей», – подумал Гектор, хмыкнув, и поинтересовался:

– Вы говорили об этом Элен?

Асириус отвёл глаза, и уже по этой реакции Дайд понял – говорил.

– Я говорил что-то подобное, – сказал он, не глядя на дознавателя. – Она ведь знала про закон и была в курсе, что жену я не люблю. Я говорил, что не могу жениться на ней, да.

– А Элен что ответила?

– Не помню, – буркнул Арвен. – Кажется, сказала, что это не страшно и ей вполне достаточно моей любви.

Забавно. «Достаточно любви твоей, наполненной теплом, а больше ничего не надо мне, тебя, тебя лишь только!» – это была фраза из одного спектакля, в котором Элен играла главную роль.

– Значит, на брак с вами она не рассчитывала. Более того – судя по тому, что Элен говорила мне, она не рассчитывает и на брак с кем-то ещё из аристократии. То есть лично для неё исход заговора по отношению к закону о передаче титулов не важен – ей важно лишь её положение в театре. Элен им дорожит, это бесспорно.

– К чему вы это, айл Дайд? – Асириус прищурился, всё ещё не понимая. – Если вы думаете, что Элен участвовала в заговоре…

– Нет, я так не думаю. Хотя у нас по закону знание о каком-либо преступлении приравнивается к участию в нём, поэтому можно сказать, что Элен участвовала в заговоре косвенно.

– Я не…

– Допустим, вы ничего ей не говорили, – перебил Асириуса Гектор. – Но разве вы можете быть уверены в том, что ей ничего не говорил Виго Вамиус?

– Что?.. – изумился Арвен, но не слишком натурально. – А при чём тут…

– Он был в курсе, что во дворце находятся испорченные артефакты – это первое. Второе – ему помог устроиться на работу во дворец маг с родовой ментальной силой. И наконец, третье – скорее всего, именно Виго забирал у вас артефакты для портальной ловушки. Но к тому времени он, конечно, уже и так догадался о вашем участии в заговоре. То есть не только его личность была скомпрометирована перед вами, но и ваша – перед ним.

– Не понимаю…

– Элен дорожит своим положением в театре, – повторил Гектор. – Больше, чем мифическим браком с аристократами. Допустим, вы ничего не говорили ей о заговоре – я в это не верю, но допустим. Незадолго до происшествия возле Императорского музея в театр под личиной устраивается Вамиус. По свидетельствам многих его коллег из театра, он был неравнодушен к Элен. Притворялся ли он? Вряд ли – в этом не было смысла. Несколько раз его видели входящим в её гримёрную или выходящим из неё. Что конкретно он ей говорил, знает, наверное, только Элен. Или вы тоже в курсе?

Асириус заскрипел зубами. Он молчал несколько секунд, не представляя, будет лучше ответить правду или соврать, и в итоге признался, не выдержав:

– В курсе. Она жаловалась, просила убрать его из театра. Но это было невозможно на тот момент. Виго её откровенно домогался, считая, что он слишком важная для заговора фигура и ему всё можно. Я пытался с ним поговорить, но он только посмеялся, сказав, что в нашей ситуации позорно носиться с какими-то нетитулованными актрисульками.

– Вы рассказывали об этом вашему… хм… начальнику?

– Нет, разумеется, – ответил Арвен, удивившись. – Зачем?

Проигнорировав этот вопрос, Гектор продолжил:

– Получается, покой и идиллию Элен нарушил Виго, и приструнить его она никак не могла – его присутствие в театре было необходимо, поэтому её жалобы игнорировались. И вот, в ночь перед активацией портальной ловушки Вамиус сбегает из дома, чтобы обезопасить себя, а на следующий день вечером переносится в театр и приходит к Элен в гримёрную. К тому моменту он уже должен был представлять, что его ищут и скорее всего найдут. Не знаю, что он говорил Элен, но выясню у неё самой чуть позже. В любом случае, давайте представим себя на её месте. Вы успешная актриса, блистаете в театре, вас всё устраивает в жизни, кроме одного – какой-то человек врывается в вашу жизнь и позволяет себе вольности. Кроме того, вы понимаете, что он – угроза вашей безопасности, раз ходит под личиной и никто не может его уволить по вашей просьбе. Что вы будете делать в таком случае?

Асириус смотрел на Гектора, хмурясь и бледнея, и в глазах его был страх. На вопрос он не отвечал, опасаясь не за себя, а за Элен, и Дайд усмехнулся.

– Скорее всего, это было спонтанное решение. Но что сделано, то сделано. Я же говорю, любовь – загадочное чувство. Кто-то вроде вас будет выгораживать любимую до последней капли здравого смысла, а кто-то пожертвует всем ради собственной шкурки. Я давно понял: любить другого человека невозможно, пока до безумия любишь себя.