Анна Шнайдер – След паука. Часть первая (СИ) (страница 62)
Прежде чем Тайра успела придумать ответ, Морган встал с крыльца и ушёл в дом, оставив девушку наедине с собственной растерянностью.
***
Весь день до вечера, находясь в Тиле, Гектор хотел наведаться к Моргану Риду, но так и не смог найти на это времени. Его беспокоил один вопрос, ответ на который он слышал однажды от Ив Иши, но теперь дознавателю хотелось, чтобы на этот же вопрос ответил Морган. Это было важно. Но поговорить с шаманом мешали то местные дела, то совещание с императором, то сообщения об отчётах коллег. Ещё и Кэт совместно с отделом кадров подбирали секретаря выходного дня взамен ушедшего в комитет культуры Марко, и это было отдельным кошмаром Гектора. Ему предстояло пообщаться хотя бы с парой из выбранных кандидатов и кого-то утвердить, и на это тоже нужно было время.
Хотя в глубине души Дайд был даже немного рад тому, что дойти до дома Моргана Рида так и не получилось. После утреннего разговора с Кэт откладывать объяснения с Тайрой было бы совсем неправильно, но отложить хотелось. Хотелось видеть сны, разговаривать и прикасаться. Гектор прекрасно понимал, что ничем хорошим это не закончится, поэтому собирался прекратить это всё как можно скорее.
А ближе к вечеру началась сильнейшая гроза, и дознаватель вздохнул с облегчением – значит, ночного свидания не будет, и объясняться пока не придётся.
Малодушно, да. Но слабости есть у всех, а Гектор никогда не считал себя исключением из общего правила.
ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ
Ледяной туман в этот раз показался Тайре не настолько ледяным. Словно он понял, что она теперь знает и понимает гораздо больше о том, что за ним скрывается, и чуть потеплел в знак благосклонности.
– Ау-у-у-у! – кричал кто-то за туманом, и Тайра как никогда остро вслушивалась в голос. Ей хотелось понять, мальчик кричит или девочка? – Ау-у-у-у!
Голос казался Тайре детским, но понять, кто это, она так и не смогла.
– Послушай! – закричала она в ответ, чувствуя себя очень глупо. – Слушай… Я не могу быть твоим учителем! Я тебе не подхожу! Выбери кого-нибудь другого!
На мгновение Тайре почудилось, что туман вокруг неё замер, и звуков тоже не стало – ей будто бы заткнули уши ватой. А потом она услышала смех. Тихий, очень далёкий, и странно расслаивающийся, словно принадлежал не одному человеку, а нескольким.
А за смехом последовали слова:
– Сильнейшие для сильнейших…
Тайра помотала головой – как и смех, голос, произнёсший эти слова, двоился, троился и множился – она даже с трудом разобрала смысл, как всегда бывает, когда что-то одинаковое говорят одновременно несколько десятков или сотен человек.
Голос рассмеялся ещё раз, а затем исчез, растворился, как и окружавший Тайру туман, оставив её наконец в собственном сне, в котором не было никаких туманов – лишь яркое солнце, зелёная трава и ослепительно-голубое небо.
Белый пёс появился рядом с ней через несколько минут, и Тайра, сев на корточки и обняв его, тяжело вздохнула, жалея о том, что сильная гроза помешает им встретиться этой ночью. Но предупредить его кое о чём всё равно было нужно.
– Отец знает, что я ходила к тебе по ночам, – сказала девушка негромко и к своему удивлению услышала в ответ фырканье, похожее на скептическое «Я и не сомневался». – Что, ты так и думал? А я не догадывалась. Я хожу очень тихо и полагала, что неслышно. Но это и к лучшему, наверное. Я и так вру отцу, и хотя бы в чём-то вранья получается меньше.
Пёс вновь скептически фыркнул, и Тайра улыбнулась.
– Да, врун из меня не очень. Я просто не говорила ему, что снился мне именно ты. Побоялась. Кстати, о снах… Папа сказал, что этот ледяной туман не опасен, и что он – это зов ученика. – Пёс замер, но Тайра, не обратив на это внимания, продолжала: – Бывает так, что шаманы рождаются в обычных семьях, и в таком случае, когда у них проявляется дар, их должен учить кто-то со стороны. Они выбирают себе учителя – не знаю, как, не спрашивай даже, – и начинают его звать. Вот и меня кто-то зовёт. Папа сказал, если не дозовётся, поймёт, что я не хочу отзываться, и выберет другого учителя. А жаль, – Тайра вздохнула, – мне бы хотелось знать, кто меня выбрал. Ещё и в учителя… Странный выбор. Логичнее было бы выбрать кого-то поопытнее, да и поздоровее. Мало того, что я молодая совсем, так ещё и незрячая! Кому у такой учиться захотелось?..
Судя по всему, псу эти слова не понравились – он, зарычав, по своему обыкновению повалил Тайру на траву, а потом так зализал ей лицо горячим шершавым языком, что она заливалась хохотом даже во сне. И когда сон исчез, она ещё долго улыбалась наяву, продолжая спать и не чувствуя этой улыбки, и не ведая, что совсем скоро всё изменится.
***
Гектор прекрасно понимал, что Тайра после этого сна благополучно продолжила спать, а вот ему не спалось. Он несколько минут просто лежал, уставившись в потолок и досадуя на то, что в ближайшем будущем придётся обидеть прекрасную девушку, чей отец, к тому же, в скором времени наверняка получит тюремное заключение. И он не может ничего изменить даже в одном из этих пунктов. Точнее, изменение одного пункта без изменения другого не будет иметь смысла. Гектор осознавал, что теоретически может оставить Кэт и начать ухаживать за Тайрой, но всё полетит к демонам в Геенну, как только выяснится, кто он такой, и будет арестован Морган Рид.
В конце концов, устав от собственного бессилия, дознаватель встал с постели, выкурил противно горчившую сигару, а затем оделся и перенёсся в комитет. Для посещения Арвена Асириуса время было самое подходящее – нормальные люди либо уже легли спать, либо ещё не проснулись. Но Асириус, очевидно, к нормальным людям больше не относился – когда Гектор вошёл в камеру, арестованный не спал, а одетый сидел на койке и хмуро смотрел на дверь, и сна у него, как и у Дайда, не было ни в одном глазу.
– Я вас ждал, – произнёс Арвен хрипло, кашлянул, почесал щетинистый подбородок и усмехнулся. – Так и думал, что скоро вы придёте меня проведать. Захотите узнать, до чего я с вашей помощью додумался.
– Защитник с вами, Арвен, – сказал Гектор с ласковой укоризной, опускаясь на стул. – Если я и помогал вам, то совсем немного. Вы ведь беседовали с другими моими коллегами. Разницы не заметили?
– Заметил, – Асириус поморщился. – Даже не знаю, чьи методы мне больше не нравятся. Их прямолинейные допросы или ваши… загадки для мозгов.
– Наверное, вам больше нравятся методы императора, да, Арвен? – Гектор закурил сам и достал сигару для собеседника. Зажёг её, протянул ему и, дождавшись, пока подозреваемый жадно закурит, продолжил с той же ласковостью: – Его величество их очень наглядно продемонстрировал на День Альганны, разве не так?
Асириус поперхнулся, вытаращил глаза на мгновение, вновь закашлялся и с трудом выдавил из себя:
– А я…
– Получите ли вы помилование за сотрудничество со следствием, вы это хотели спросить? Возможно. Однако гарантировать я не могу. – Дайд пожал плечами. – Но если вы не будете сотрудничать со следствием, всё станет гораздо хуже, и это я как раз могу гарантировать. Причём не только у вас, но и у ваших близких. Я предупреждал.
– Я помню. – Мужчина слегка побледнел. – Поэтому и решил… Хотя не только поэтому. Просто… вся эта демонова ерунда совершенно не имеет смысла после смерти Аарона. Я понимаю, он хотел выиграть любой ценой, но…
– Но не ценой вашей жизни и жизней ваших близких, верно? – Гектор понимающе кивнул. – Что ж, Арвен, я вас внимательно слушаю. И мы это, пожалуй, запишем, вы ведь не возражаете? – Арестованный покачал головой, и Дайд включил на браслете связи функцию записи разговора на кристалл памяти. – Начинайте.
Асириус сглотнул, бледнея ещё больше, и несколько секунд дознавателю казалось, что он всё-таки ничего не скажет. Но потом он заговорил.
– Аарон планировал вторую волну изначально. На всякий случай. И держал на расстоянии от заговора, чтобы у нас была возможность проявить себя после его возможной гибели. Он в неё, кстати, не верил, смеялся, говорил, что у Арена… то есть, у императора, не хватит характера убить его.
Гектор с трудом удержался от язвительной усмешки. Аарон… самодовольный паук, всю жизнь недооценивающий собственного младшего брата.
– Как вы знаете, Аарон ошибся. И тогда с нами связался тот, кого его высочество оставил вместо себя. Я не знаю, кто это, не торопитесь радоваться. Такова была задумка Аарона – мы должны были подчиняться этому человеку, ориентируясь на зачарованное кольцо на его пальце, но не зная, кто скрывается под иллюзией. Да, он встречался со мной, используя иллюзию клубящегося вокруг тела тумана, только руку с кольцом и было видно. Мужскую руку. И отдавал приказы либо лично, либо записками через почтомаг. У меня был незарегистрированный почтомаг, я его сжёг перед самым арестом.
– Почему сожгли?
– Он был единственной уликой. Чтобы её не было. Я уже понимал, что после случившегося возле Императорского театра меня рано или поздно арестуют. Да и… честно говоря, мне не очень хочется продолжать то, что мы начали. Одно дело – бороться с императором, взрослым мужчиной, другое – пытаться убить ребёнка.
– А вы не знали, что совершаете покушение на её высочество Агату? – Гектор поднял брови.
– Нет. Я думал, портальной ловушкой на крови Аарона мы пытаемся убить императора. Я считал, что это не сработает, но полагал – возможно, тот, кто отдаёт мне приказы, знает больше, поэтому и верит в положительный исход дела.